Романовы forever - Анна Михайловна Пейчева

Екатерине не хотелось именно сейчас затевать с Ангелом спор на тему того, что Россия целый век шла к тому, чтобы стать светским, а не церковным государством, и Регистрационная дуга – это вишенка на торте свободы вероисповедания; поэтому она просто сказала, повернувшись к Генри:

– Мой перстень включен и полностью заряжен.

– Мой тоже. – Генри снова ей подмигнул. – Приступим?

И нажал большую красную кнопку на дисплее, вмонтированным в одну из стоек Дуги.

Гаджет высотой в два с лишним метра напоминал по своей форме то ли тот самый изгиб на русской тройке с бубенцами, то ли древнегреческую арку. Если бы, конечно, у русской тройки или древнегреческой арки была электронная начинка и беспроводное подключение к Интерсетке. Впрочем, обвитый вокруг Дуги снежно-белый остролист смотрелся очень даже мило и празднично.

– Если желаете заключить брак, нажмите "один", – произнёс роботизированный женский голос откуда-то сверху, из встроенного в Дугу динамика. – Если желаете расторгнуть брак, нажмите "два". Для того, чтобы дать имя новорождённому ребёнку, нажмите "три"…

Ангел, подсматривая из-за плеча Екатерины, фыркнул прямо ей в волосы.

– Прямо как в сети трактиров «Самолепная служба», только вместо пельмешек – статусы. Эту Женительную арку…

– Регистрационную дугу, – поправила великая княжна.

– …пардон, Женительную дугу следовало назвать "Давай сделаем это по-быстрому". Мне так сейчас не хватает запаха ладана! Свадьба называется!

Генри, не отвлекаясь на трескотню Ангела, нажал на сенсорном экране единицу, украшенную переплетёнными колечками. Дело было на мази.

– Жених и невеста одновременно прикладывают свои перстни к датчикам на экране, – проинструктировала брачующихся Дуга. – Допустимая задержка – не более пяти секунд.

– И это вместо освящённого веками вопроса "согласны ли вы взять в мужья этого человека?", – с горечью констатировал Ангел, взмахивая сиреневыми рукавами, словно какая-то грустная экзотическая птица.

Екатерина и Генри посмотрели друг другу в глаза и синхронно приложили перстни к сенсорному экрану.

Дисплей – вероятно, из-за мороза – немного подзавис, и на протяжении десятка мучительных секунд новобрачные наблюдали красную рамочку "запрос обрабатывается". Однако потом информация всё же отправилась на главный сервер Центрального Статистического Комитета Министерства внутренних дел, извещая всех и каждого, что гражданин Соединённого Королевства Великобритании и Северной Ирландии Генри Маунтбаттен-Виндзор, 25.12.1987 года рождения, и гражданка Российской Империи Романова Екатерина Николаевна, 17.01.1991 года рождения, – отныне, и присно, и во веки веков будут считаться мужем и женой.

Великая княжна Российской Империи вышла замуж.

– Ну не знаю, я ожидал большего, – капризно протянул Ангел, наблюдая за тем, как на экранчике мигают поздравительные анимированные фейерверчики.

В этот момент бабахнуло в небе над Зимним. Начался огненный звездопад. Дворцовый комендант запустил настоящую пиротехнику.

Народ взорвался криками и аплодисментами.

Генри привлёк Екатерину к себе, откинул наверх вуаль и радостно поцеловал.

– I love you, Kate .

– Я люблю тебя, Генри.

– А я люблю вас, милые зрители, друзьяшечки мои! – вклинился между новобрачными и камерой Ангел. – И не забывайте подписываться на мой блог в Интерсетке. Ох, и горяченьким же он будет на этой неделе!

Император, поднявшийся со своего места, помешал Ангелу как следует себя отрекламировать.

– Сограждане! – разнёсся голос Николая Константиновича над Дворцовой площадью. – Я первым поздравляю свою дочь с этим знаменательным днём. Она нашла любовь всей своей жизни, и это лучший из всех возможных подарков на день рождения!

– Прости, я тебя ещё не поздравил с днюшкой, – тихо сказал Генри.

– Да я и сама совершенно о ней позабыла со всей этой свадебной суматохой.

– Ты не думай, у меня есть для тебя кое-что!

– Надеюсь, это коллекция лучших эфиров Ангела Головастикова? – сострила Екатерина.

– Нет, диск пока придержу, – поддержал шутку Генри. – Слишком большая ценность. Вручу тебе на юбилей свадьбы.

– Сегодня великой княжне исполняется двадцать шесть, – продолжал император. – А это значит, что настало время продолжить традицию! Мой отец, – он улыбнулся Константину Алексеевичу, тот одобрительно кивнул, – всегда говорил: страной должны управлять молодые! Только так Россия будет идти вперёд. Я сам стал государем в двадцать шесть. И сегодня, Кати, в день твоей свадьбы и твоего рождения, я тоже приготовил тебе подарок. Это вся Российская Империя.

Николай Константинович распрямил плечи и возвысил голос:

– Сограждане! Я отрекаюсь от престола. Приветствуйте новую императрицу! Да здравствует Екатерина!

Глава 2. "Дождёмся хорошей погоды"

Любить актрису – дело неблагодарное.

Она закатывает истерики. Она заливается слезами, а через секунду – смехом. Она снимается в откровенных сценах с другими мужчинами. Её никогда не бывает дома, потому что она вечно на съёмках. А когда всё же приходит домой, приносит с собой не продукты, а очередную роль, чужие слова и эмоции.

Трудно любить актрису. И ещё труднее – её потерять.

Кинозвезда Василиса Прекрасная бросила Николая Константиновича двадцать три года назад. Примерно год он пытался её забыть. Мешал ребёнок – иногда Кати очень напоминала свою мать – и тот факт, что Василиса была незабываемой.

Через год Николай Константинович решил вернуть жену. Мешал российский трон – свалившийся как снег на голову – и тот факт, что следы Василисы затерялись в одной из выжженных солнцем стран третьего мира, где она вместе с другим известным актёром "поднимала африканское кино". Агенты Третьего отделения Императорской Канцелярии, отправленные на поиски неверной супруги, вернулись ни с чем.

С тех самых пор у Николая Константиновича появилась мечта – навязчивая и мучительная, как комариный писк. Он задался целью найти Василису. Пусть даже для этого придётся обойти все страны – первого, второго, третьего, да хоть четыреста восемьдесят пятого мира. Он без конца повторял себе "сердце укажет путь", цитируя одну из романтических комедий, в которой когда-то снялась его супруга.

Поскольку Николай Константинович был в первую очередь инженером-новатором, и лишь во вторую – романтиком, он серьёзно подготовился к путешествию: создал аква-авиа-автомобиль, названный в честь летающей рыбки "Фодиатором". Машинка могла покорить три стихии, а четвёртая – огонь – бушевала в груди экс-императора.

Теперь сердце могло указывать любой путь – как по горизонтали, так и по вертикали.

Поэтому сегодня, в день своего отречения от престола, Николай Константинович чувствовал себя по-настоящему счастливым – как человек, наконец-то избавившийся от булыжника, с которым был вынужден таскаться двадцать три года.

Судя по всему, Кати была не против подхватить груз ответственности: вид у дочери был одухотворённый. Она всегда была довольно амбициозна. Зелёные глаза – такие же, как у отца – светились довольством. Хотя, с другой