Тэррлисс - Лия Стеффи

– Нет. Она нажралась, как свинья, и ничего не соображала. Да и я, между прочим, тоже. Не будь я тогда пьяный, никогда бы не стал с ней спать. Я ее слишком любил и уважал, а тут просто грязный и пьяный секс. Омерзительно. Еще и итог какой. Я буду до конца жизни себя винить в том, что случилось. Не представляю, что делать дальше. Вот правда, что?.. Кого любить? Чем заниматься?! Сотни вопросов, на которые нет ответов. Но это ничто по сравнению с тем, что я, наверное, никогда не увижу брата.

В глазах Кристины сверкнули слезы.

Несколько секунд я смотрел на нее, а потом из уст вырвалось:

– Что такое? Почему ты плачешь?

– Он ведь не вернется, – закрыв рот ладонью, произнесла девушка.

Риана приподняла голову и испуганно уставилась на нас.

– Не вернется?! – воскликнула девчушка. – Как это не вернется? Он обещал!

– И он бы сдержал обещание, Риана… Если бы выжил. – Я сглотнул ком в горле. – Вы сами верите во все это? Прошло несколько месяцев. Месяцев, а не дней, понимаете? Его либо убили на границе, либо пристрелили где-то в Рибовски. А может, в тюрьму посадили. Мы не увидим его больше. Ждем каждый день чуда, но его нет.

Ри вскочила на ноги и злобно посмотрела на нас.

– Неправда! Он вернется! – выкрикнула она.

– Риана, пожалуйста, успокойся, – попыталась утихомирить ее Кристина.

– Вы не верите, но я буду верить! У меня забрали дядю Армо, но Терри я не позволю забрать. Если бы не он, я бы до сих пор была с теми людьми, которые меня били и унижали. Он спас меня, а я буду верить в него! Он сильный и обязательно вернется, ясно?! – прорыдала Ри и бросилась прочь.

– Риана! – выкрикнул я, но девочка не хотела меня слушать.

Я не собирался ее догонять. А смысл? У ребенка характер – не дай бог. Что-то доказывать или убеждать – совершенно бессмысленно.

– В ней столько надежды и силы, хоть отбавляй. Если честно, я ей завидую, ведь за время проживания в адских условиях я превратилась во что-то гораздо худшее. У меня нет веры вообще ни во что. – Кристина взяла еще одно одеяло и принялась заматывать ноги. – Ну почему же так холодно… – прохрипела она.

Я поднял голову и увидел одну-единственную звезду, которая светила прямо над нами. Около минуты я глазел на нее. В памяти всплыло детское воспоминание…

Терри всегда загадывал желание, когда видел одну звезду на небе. Он верил, что если желание заветное, то оно точно сбудется. Конечно же, я всегда смеялся над братом и твердил, что это полнейший бред, но… Но все меняется.

Пожалуйста, пусть мой брат будет жив. Мне ничего не нужно, только бы увидеть его живым и сказать, как я его люблю.

* * *

Гюстав, неужели ты не боишься, что с твоей дочерью может что-то случиться? Пора бы выбраться из Франции и посетить Рибовски.

Р.

Гюстав стоял возле Анастасии: они оба читали записку. Спустя пару секунд бывшие супруги посмотрели друг другу в глаза, затаив дыхание.

– И ты хочешь сказать, что это снова прикол?! – грозно спросила Анастасия. – Гюстав, с нами кто-то ведет совсем нешуточные игры, а ты воспринимаешь все так, будто бы записочки ребенок от скуки подкидывает! Ты понимаешь, что здесь что-то явно неладно? Ты не разрешаешь мне звонить Филиссе, запретил выезд из Франции. А не пошел бы ты к чертовой матери?! Я понятия не имею, что с моей дочерью, а ты воспитательные меры включаешь. Или мы сегодня же летим в Рибовски, или я буду действовать по-другому. Не намерена больше это терпеть!

Анастасия начала ходить по комнате из угла в угол, размахивая руками. Ее лицо побагровело от возмущения. Гюстав тем временем сел на черный кожаный диван и продолжал внимательно изучать почерк того, кто написал странное послание.

– Ты долго будешь молчать?! – Анастасия подошла к нему и вырвала бумажку из рук. – Чего ты пялишься? Надо не перечитывать идиотскую чушь, а лететь в Рибовски!

– Да подожди ты! – выкрикнул он. – Я не могу понять, кому это нужно.

– Ты меня слышишь вообще?! Я наплевала на твои запреты и сегодня звонила Филиссе, ее телефон выключен! У нас нет информации о том, что с ней, а тут еще вдобавок какой-то псих шлет нам неадекватные записочки. Ты за дочь хотя бы переживаешь?!

– Переживаю! Еще как! Довольна?! Но ты со мной не полетишь. – Гюстав встал и направился в кухонную зону, чтобы налить себе воды.

– Чего?! – выкрикнула Анастасия. – Разбежался!

– Нет, это исключено. – Он резко развернулся и посмотрел ей в глаза. – Ты больна. Забыла? Твои приступы очень опасны. Во время них ты начинаешь говорить все что надо и не надо. У нас есть две тайны, которые мы унесем с собой в могилу. И если Филисса о них узнает от твоей гребаной второй личности, начнется самый настоящий хаос. Ясно?!

– А теперь выслушай меня. – Анастасия буравила Гюстава своими выразительными карими глазами. – Я полечу с тобой. Увижу, что с дочерью все нормально, и вернусь сюда. Никаких приступов у меня не предвидится! Если ты не замечал, они бывают пару раз в месяц. Прогресс налицо. Я борюсь с болезнью и знаю, что совсем скоро смогу окончательно победить недуг. Я хочу увидеть дочь – и увижу ее. Не надо здесь командовать, ты для меня бывший муж. Приказывать будешь своей нынешней особе. Через час вылетаем. – Она откинула назад волосы и уверенно направилась в свою комнату, чтобы собрать вещи.

Терри

Лежа в горячей воде, я понял, насколько счастлив. Черт побери, я счастлив из-за, мать его, воды! Люди определенно не ценят мелочей, которые окружают их ежедневно. Но стоит только мелочи исчезнуть, и они вдруг понимают, как ее не хватает и как без нее тяжела жизнь. За все время, проведенное в Алегрии, я напрочь забыл о том, что такое чистая вода и что значит хорошенько помыться. В колонии тоже не было удобств, поэтому мне уже начинало казаться, что я никогда не почувствую запах геля для душа и парфюма.

Бабушка сняла мне номер люкс в самом дорогом отеле Рибовски, и