Своенравная красавица - Эйна Ли

– Да, ты права. Но сегодня он будет ночевать в Лоуфорде, так что завтра с утра я ему скажу.

Немного позже Мэгги спросила:

– Кэролайн, скажи, почему ты решила, что Коул сделал мне предложение? – Мэгги давно уже хотелось задать этот вопрос.

– Даже не знаю. У меня такое впечатление, что вы созданы друг для друга.

– Забавно. А мне то же самое кажется в отношении тебя и Кита.

Кэролайн покраснела.

– Я и Кит? Да ты с ума сошла, Маргарет. Мы с ним просто друзья. – Ну так вот – мы с Коулом даже не друзья. Мы терпеть друг друга не можем.

Девушки еще немного поболтали и уснули. Когда наутро Мэгги спустилась к завтраку, на кухне работала Элли. Мэгги обняла ее.

– Ты все еще злишься на меня, Элли?

– Я не злюсь на тех, кого люблю, – возразила Мэгги. – Но не всегда с ними соглашаюсь.

– Вот за что я тебя и люблю, – улыбнулась Мэгги и, чмокнув няню в щеку, направилась к выходу.

– Куда ты? Ты же еще не позавтракала! – крикнула ей вдогонку Элли.

– Я сейчас вернусь.

Коул проснулся и вышел на балкон подышать свежим воздухом. Он заметил, что к конторе Лоуфорда, который отсюда прекрасно виден, спешит Мэгги. Она постучала в дверь, и ей открыли. Кит расплылся в улыбке, приветствуя невесту. Коул инстинктивно сжал кулаки, когда увидел, как Кит привлек к себе Мэгги и поцеловал. Поговорив с ней пару минут, Кит закрыл контору, и они с Мэгги, взявшись за руки, пошли к дому.

«Уйди с ее дороги, Маккензи, – сказал его внутренний голос. – У Мэгги теперь новая жизнь».

Коул вернулся в комнату, его мутило от увиденного.

Мэгги, Кэролайн и Кит по дороге в Ночес распевали веселые песенки. Однако, исподволь наблюдая за Китом, Мэгги постоянно сравнивала его с Коулом. И сравнение оказалось не в пользу жениха. Иногда она ловила случайные быстрые взгляды, которыми обменивались Кит и Кэролайн. Мэгги показалось, что эти двое понимают друг друга без слов.

Добравшись до Ночеса, они разделились. Мэгги и Кэролайн отправились в лавку подбирать материал для подвенечного платья, а Кит решил навестить своего крестного отца судью Гарднера. Встретиться они договорились за ленчем.

В первую очередь девушки купили понравившуюся выкройку для платья. На груди изящный вырез, а широкая юбка спадает вниз пышными складками.

– Тебе очень пойдет, Маргарет, – убеждала Кэролайн. – Такой фасон платья еще больше подчеркнет твою изящную фигуру. Кроме того, у тебя очень красивая линия шеи, вырез тебе очень пойдет.

Мэгги даже не догадывалась, что у нее «красивая линия шеи», никто раньше не говорил с ней о таких вещах.

Теперь перед девушками стояла задача выбрать подходящую ткань. Они подобрали отрез белоснежного атласа для самого платья, атлас, тонко расшитый розами, для украшения пышной юбки и шелк с блестками для фаты.

– А может, украсим блестками все платье? – предложила Кэролайн.

– Но работа будет трудоемкая и займет очень много времени! У нас ведь всего дня три, не больше.

– Мы справимся. Нам помогут мама и Элли. А мама к тому же, не забывай, настоящая портниха. Она зарабатывала себе на жизнь шитьем, пока не вышла замуж.

Кэролайн развила бурную деятельность. Она выбрала для Мэгги белые туфли-лодочки, перчатки и чулки. Потом потащила ее в магазин нижнего белья и, выбрав желтую ночную сорочку и пеньюар, вручила их Мэгги со словами:

– Это мой свадебный подарок.

– О, Кэролайн, какие они красивые! У меня никогда не было таких прекрасных вещей!

– Они очень пойдут к твоим золотисто-каштановым волосам.

– Ты так хорошо разбираешься в моде, Кэролайн! Где ты всему научилась?

– Не забывай, что я пять лет жила в Чикаго и работала в магазине. Но ты быстро учишься.

– Я даже не знаю, что бы я без тебя делала, Кэролайн! Ты самая замечательная девушка из всех, кого я когда-либо знала.

– Я просто стараюсь сделать приятное двум моим самым лучшим друзьям. Кроме того, рано меня благодарить, мы еще не закончили. Помнишь, что нам еще надо сшить платье?

Когда девушки присоединились к Киту за ленчем, он удивленно взглянул на многочисленные коробки и свертки, которые они принесли с собой.

– Когда Коул узнает, сколько я сегодня потратила, он с ума сойдет, – заявила Мэгги.

– Ну что ты, Маргарет, его волновало только, что ты не хотела продавать дилижансную контору, – возразил Кит.

Весь обратный путь Мэгги молчала, уютно устроившись в экипаже. Она рассеянно слушала тихую беседу Кита и Кэролайн, но каждую секунду мысли ее возвращались к Коулу. Она старалась не думать о нем, снова и снова представляя свою предстоящую свадьбу.

Последующие три дня девушки полностью посвятили подвенечному платью. Мэгги приходилась то и дело снимать и надевать его, чтобы правильно подогнать по фигуре.

Они очень сблизились. Мэгги укрепилась в мысли, что Кэролайн влюблена в Кита, но подозревала, что ее любовь безответна. Уж кто лучше Мэгги мог знать, как болезненна неразделенная любовь! Ради подруги Мэгги с радостью отказалась бы от помолвки, если бы убедилась, что Кит разделяет чувства Кэролайн. Но, судя по всему, Кит видел в Кэролайн только хорошего друга.

Кэролайн упорнее всех трудилась над подвенечным платьем Мэгги. Казалось, она готова на все, лишь бы осчастливить Кита. Пусть и с другой женщиной.

После многочисленных примерок и переделок платье наконец было готово. К пятнице четырем мастерицам осталось доделать только свадебную фату. Загвоздка заключалась в длине. Мэгги хотелось фату покороче, а Кэролайн и ее мать утверждали, что, согласно последним веяниям, фату надо делать подлиннее. В конце концов им удалось настоять на своем. Поскольку обе знали толк в моде, Мэгги пришлось сдаться.

За все три дня она ни разу не видела Коула. Когда она спросила у Элли, не уехал ли он уже в Техас, та спокойно ответила, что он уедет в день свадьбы.

Ночью Мэгги не могла уснуть. Слова Элли не давали ей покоя. Неужели она больше никогда не увидит Коула? Сон не шел, и Мэгги решила выйти подышать свежим воздухом.

Она устроилась на крыльце и стала смотреть на звезды. Внезапно со стороны заднего двора донеслось лошадиное ржание, и Мэгги решила сходить проверить, в чем дело. Но как только она завернула за угол, то сначала замерла, а потом отступила в тень.

Рядом с лошадьми стоял Коул. Он что-то говорил Плутовке. Казалось, кобыла понимала каждое его слово, вытягивая к нему морду и прядая ушами.

«Боже, – подумала Мэгги, – есть ли на свете хоть одна особа женского пола, которая может не подпасть под обаяние Коула? Элли, Даллас, Кэролайн очарованы им. Лайла и Глэдис от него без ума, впрочем, как и те проститутки, которых он знал на Аляске. А теперь вот даже лошадь – Плутовка, похоже, находит его бесподобным. Неужели я единственная женщина в мире, которая сумела проникнуть сквозь его броню и узнать его истинную сущность? Неужели я единственная, кто знает, что Коул Маккензи – настоящий мерзавец, думающий только о своем благе?»