Самая долгая ночь - Андрия Уильямс

– День добрый, Эсром, – поприветствовала его Нэт, прежде чем он успел постучать.

– Решил заскочить, – заглядывая на кухню, сказал мужчина. – А почему шепотом? Прячешь беглого преступника?

– Нет, просто подруга зашла.

Нэт приятно было смотреть ему в глаза, но она отвернулась.

– А! Это замечательно, – обрадовался Эсром.

Ее слегка смутил такой ответ. Почему она всегда чувствует себя любимой деревенской дурочкой? Ура! Смотри! У Нэт Кольер есть подруга! Умом она, конечно, понимала, что Эсром на самом деле искренне за нее радуется.

– Мама! Мистер Эсром пришел? – послышался голосок Саманты.

«Как они нас услышали? – удивилась Нэт. – Уму непостижимо!»

По полу застучали детские туфельки «Мэри Джейн». Прибежали все трое. Эсром опустился на колени, чтобы обнять Саманту и Лидди, которые наперебой выкрикивали его имя и липли к ногам. Молодой человек прижал их к себе и только тогда заметил Патрицию, выглядывающую из-за угла. Отпустив девочек, Эсром выпрямился. Кэрол-Энн побежала к маме.

– У нас тут пирожные из слоеного теста! Заходите. Хотите пирожное? – предложила Саманта. – Миссис Патриция принесла.

– Здравствуйте! Вы, надо полагать, и есть миссис Патриция? – Молодой человек в знак приветствия слегка приподнял шляпу.

Патриция, не выпуская из рук чашку, поджала губы и попыталась изобразить подобие улыбки.

– Проходите, мистер Эсром! – настаивала Саманта.

– Ну… я бы не хотел вам мешать.

– Не помешаете, – не унималась девочка. – С Кэрол-Энн не очень интересно играть.

– Сэм! – повысила голос Нэт. – Очень даже интересно. Гляди, как вы принарядили Лидди.

Все посмотрели на Лидди. Малышка была одета в купальник прямо поверх пышного платья, и фалды из тюля причудливыми сугробами дыбились на ее худеньких бедрах.

– А Лидди понравилось? – поинтересовался гость и, уловив вопросительный взгляд Патриции, счел нужным пояснить: – Я заехал проверить, все ли у Нэт в порядке. Машина работает без сбоев?

Теперь его голос стал несколько напряженным, а он сам – нарочито сосредоточенным.

– Да, это был дар небес. Большое спасибо.

– Замечательно, – застенчиво улыбнулся Эсром и, повернувшись к девочкам, добавил: – Извините, что оторвал от игры.

Он подмигнул Лидди, и счастью девчушки не было предела.

– М-м-м… – расстроилась Саманта.

Темные глазенки стали мокрыми от слез.

– Тише, дорогая, – погладила дочку Нэт. – Спасибо, Эсром. Берегите себя.

Мужчина чуть дольше, чем следовало бы, задержал взгляд на ее животике. Нэт заметила это и, рассмеявшись, взялась за округлость руками, как за большой мяч.

– Я знаю. За одну ночь он стал огромным! – воскликнула она. – А еще пупок наружу вылез. Сэм пытается нажимать на него, как на дверной звонок.

Женщина умолкла, осознав, что разговаривает слишком громко, к тому же несколько грубо, но в присутствии Патриции и Эсрома вести себя естественно не получалось.

Ковбой покраснел:

– Вы тоже берегите себя.

Прикрыв дверь, Нэт махнула девочкам рукой, чтобы возвращались обратно, и принялась переставлять маффины на блюде. Патриция, прислонившись спиной к двери, молча наблюдала.

– Только не говори, что это и есть та «подруга», которая одолжила тебе автомобиль, – наконец заговорила она.

Нэт молчала.

– Ну же, Нэт! О чем ты только думала?

– Он очень добрый человек, – начала оправдываться женщина. – Когда сломался автомобиль, он приехал его чинить.

– И до сих пор приезжает?

– Ну да. Я коплю деньги на ремонт своей машины. А эту он отремонтировал в свободное время.

Брови Патриции поползли вверх, а Нэт продолжала оправдываться:

– Он быстро нашел общий язык с девочками, вот и приезжает время от времени их навестить.

– Он навещает твоих дочерей?

– Да.

– А мне так не кажется.

– Да нет же, так и есть.

Патриция скрестила руки на груди:

– Во-первых, ты позволяешь взрослому мужчине играть со своими дочерьми. Ты его даже не знаешь. Он может оказаться извращенцем.

– Он не извращенец.

– Ну тогда тебе повезло. А еще он в курсе, что твой муж очень далеко!

– Эсром – добрый человек, – продолжала настаивать Нэт.

Она схватила кухонное полотенце, висевшее на спинке стула, и принялась ожесточенно тереть стол.

– Вижу! – повысила голос Патриция. – Красивая машина. И он просто взял и дал ее тебе? Ничего не потребовав взамен? И пожалуйста, не надо повторять, что он добрый человек. Знаешь, как это выглядит со стороны?

Нэт совсем потухла. Патриция, скривив рот, покачала головой:

– Очень нехорошо выглядит.

– Патриция! Клянусь, ничего недостойного здесь нет, – совсем отчаялась Нэт.

Хотя теперь она отчетливо видела, что Патриция, пожалуй, в чем-то права. Иначе зачем она красится перед его визитами и зачем каждую ночь «заказывает» один и тот же сон с его участием?

– Он часто к тебе заезжает?

– Ну… пару раз в неделю.

– И заходит в дом?

– Ну да.

– И он дал тебе попользоваться машиной?

Нэт кивнула, сжимая пальцами полотенце.

– А твой автомобиль ремонтирует. Сколько? Уже пару месяцев? Нэт! Да ему просто нравится, что ты ездишь на его машине.

Все это звучало вполне разумно, но почти обличительно. У Нэт перехватило дыхание.

– Тебя как послушать, так прямо ужас-ужас…

– Надолго ли он задерживается, когда приезжает?

Нэт медлила с ответом.

– Не знаю, на час или два…

– Кто-то из соседок видел его у тебя?

У Нэт запершило в горле, допрос сводил ее с ума.

– Возможно.

– И как они должны реагировать? – громогласно вещала Патриция. – Хочешь сказать, тебе ни разу не приходило в голову, что посещения постороннего мужчины могут тебя скомпрометировать?

– Э-э-э… приходило, – честно призналась Нэт.

– Но ты не отвадила его, не запретила приезжать.

– Нет. Я понимаю, что люди могут судачить, но они всегда о чем-то сплетничают. А мне более важна его дружба, нежели пересуды соседок.

– Считаешь, что это честно по отношению к Полу?

Нэт ответила не сразу.

– Что тут нечестного? – прикинувшись простушкой, недоумевала она.