180 секунд - Джессика Парк

– Стеффи это устроила. Она вынашивала план с той самой минуты, когда увидела ролик. Эти предполагаемые отношения между нами… – Я поворачиваюсь, глядя на него с мукой и невыразимой скорбью. – Всё было не так, как я думала. Совсем не так. Просто ты взял на себя обязательство, которое должен был выполнить. Ты… ты заставил меня поверить в свою любовь, но на самом деле ничего не было, не так ли? Просто… большой, прекрасный, самоотверженный социальный эксперимент. Но нет… я знаю тебя… я наверняка ошибаюсь. Пожалуйста, скажи, что я ошибаюсь.

– Конечно, ошибаешься. – Как бы я ни пыталась жестами остановить Эсбена, он подходит и становится на колени передо мной. – Мы с тобой оба знаем, что полюбили друг друга еще до того, как появилась Стеффи. Ты знаешь это, Элисон. Я растерялся, когда Стеффи пришла ко мне. Э… что я должен был делать? Я убеждал ее рассказать тебе правду, но она стояла на своем. И я… я просто сказал ей то, что она хотела услышать. Но я имел в виду… – Он качает головой. – Не знаю. Я влюбился в тебя сразу, как только увидел. Всё, чего мы достигли вместе… это сделала не Стеффи, а мы с тобой. Это – настоящее.

– И всё это время… – Я так смущена, что едва слышу слова Эсбена и с трудом могу говорить, – всё это время ты знал. Знал, что она больна – задолго до того, как Стеффи призналась мне. Если бы я только знала, как она страдает, я бы, наверное, что-нибудь сделала. Прилетела бы к ней, пусть даже она отказывалась меня видеть. Может, Саймон смог бы ее убедить. Ты говоришь, что любил меня, но ты не дал мне никакой свободы выбора.

Очень трудно сейчас не заплакать.

– Ты сделал то, что требовала от тебя умирающая девушка.

Эсбен решительно качает головой.

– Я не хотел тебя обижать. Прости, Элисон. Правда, не хотел. Только проявить уважение к Стеффи. Ты же читала переписку. Ты сама видела, сколько раз я просил ее рассказать тебе правду.

– Ты спал со мной и…

Я замолкаю.

О нет.

Вдруг меня охватывает паника. Я встаю и начинаю мерить шагами комнату, пытаясь сложить два и два.

– Может, Стеффи была права.

– По поводу?

Я останавливаюсь и смотрю на него.

– Есть кто-то один. Она всегда твердила, что у каждого есть только один близкий человек. Помнишь, я тебе рассказывала? И она не ошиблась. У меня была Стеффи… – Я смеюсь от мучительного осознания и глотаю воздух. – У меня была Стеффи, и я сменила ее на тебя. Поэтому она умерла. Жизнь так устроена, что вы оба не могли остаться… Если бы я послушала ее…

Теперь я понимаю, что натворила.

Эсбен энергично качает головой:

– Элисон, не сходи с ума. Ты сама знаешь, что это неправда. Таких законов нет.

– Если бы не мы с тобой, – говорю я, обращаясь в основном к себе, – Стеффи не заболела бы опять. Она осталась бы жива.

– Нет, Элисон, – резко отвечает Эсбен. – Стеффи заболела бы, невзирая ни на что. Рак невозможно контролировать. С ним нельзя заключить сделку.

Он прав. Или я права. Не знаю. Неважно, потому что Стеффи умерла, и ничто ее не вернет.

Я беру сумку и тупо произношу:

– Мне надо ехать домой.

– Нет, пожалуйста, не уходи. Ты сейчас ничего не соображаешь, честное слово. – Эсбен касается моей руки. – Элисон, я люблю тебя. Люблю всем сердцем. Скажи, что веришь мне.

Я боюсь, что сейчас заплачу и не сумею остановиться, поэтому я подавляю слезы и смотрю на него с невыразимой тоской.

– Я тоже люблю тебя, Эсбен. Но этого сейчас недостаточно.

Мне никогда еще не бывало так больно.

– Или, наоборот, это слишком много. Ты всегда будешь напоминать мне про смерть Стеффи. Я очень тебе благодарна – настолько, что не могу выразить словами – за то, что ты привез меня в Лос-Анджелес. Но я буду смотреть на тебя и думать про Стеффи. Ты всегда… – Я начинаю слабеть, – всегда будешь разбивать мне сердце – из-за того, что мы пережили вместе. Всё остальное, что было между нами, теперь уже не важно.

– Элисон, не надо. Пожалуйста, не говори так.

У Эсбена слезы на глазах. Он пытается обнять меня.

– Нет, нет, пожалуйста, не трогай.

Больше ничего я не могу сделать, чтобы удержаться. Только собрать остатки сил, которые у меня еще остались.

– Мне нужно ехать. Прости. Прости, что я снова всё испортила.

– Я ничего не понимаю. Пожалуйста, сядь. Давай поговорим, – просит Эсбен.

– Не могу. Эсбен, я уже давно предупредила, что сломлена. Возможно, тогда я ошиблась, но сейчас это именно так. В конце концов, тебе не нужны мои проблемы. Я очень люблю тебя, но мне лучше уехать.

Я отступаю от него. Всё очень непонятно, грустно и ужасно. И, прежде чем я успеваю сделать какую-нибудь глупость, например передумать, я поворачиваюсь и выхожу из номера. Это единственный разумный вариант, который остался. Ни для меня, ни для нас нет возможности восстановления.

Я сажусь в такси и еду в аэропорт. По пути звоню Саймону. Я отчаянно хочу расплакаться, услышав его голос, но удерживаюсь.

– Элисон?

Я проезжаю семь кварталов, прежде чем мне удается что-либо сказать, но Саймон терпеливо ждет.

– Я хочу домой. Папа, я хочу домой. Пожалуйста, помоги мне. Пожалуйста, помоги. Пожалуйста.

– Езжай в аэропорт, я куплю тебе билеты.

– Пожалуйста, помоги мне, – повторяю я.

– Обязательно.