Взгляд незнакомки - Шеннон Дрейк

— Белые никогда не воюют бок о бок с индейцами. Они используют нас как союзников, но никогда не действуют вместе с нами. То, что ты предлагаешь, это…

Кендалл впервые услышала, как вождь запнулся, подбирая подходящее английское слово.

— …смешно! — взорвался он, наконец, кипя от негодования. Кендалл повернулась к нему спиной.

— Я уже сказала тебе, Рыжая Лисица, это — мое судно. И я буду ходить на нем, с твоей помощью или без нее.

Рыжая Лисица разразился потоком ругательств — так, во всяком случае, показалось Кендалл. Вождь говорил на своем языке так быстро и горячо, что она совершенно не улавливала смысла его слов. В конце тирады прозвучало имя Брента, и Кендалл резко обернулась. Она посмотрела в его глаза. В ее взгляде была откровенная мольба.

— Рыжая Лисица, Брент ничего не узнает. Он вернется сюда не раньше чем через несколько месяцев. Мы можем незаметно курсировать в гавань и обратно, поставляя амуницию, которую Брент сможет потом забирать для нужд нашей армии. Знаешь, Рыжая Лисица, я даже немного разбираюсь в пушках. Эти, например, называются «попугаи», и из них можно очень неплохо стрелять. Я, — глаза Кендалл слегка затуманились, — достаточно долго прожила в Форт-Тэйлоре, чтобы узнать кое-что об артиллерии. Ты что, не слушаешь меня. Рыжая Лисица? Мы изменим название и назовем наш корабль «Гордость повстанца»! Нам не нужен экипаж больше чем в двадцать человек. Десять белых, десять индейцев, и…

— Одна женщина? — спросил вождь с невеселой усмешкой.

— Да, — спокойно ответила Кендалл. — Между прочим, я не такой уж плохой моряк. Ведь смогла я добраться сюда из форта в гребной шлюпке! Мы будем осторожны и сначала опробуем крылышки на чем-нибудь простом, прежде чем пытать счастья в большом полете. Рыжая Лисица, женщины уже участвуют в этой войне с обеих сторон как шпионки. Иногда они вступают в армию, как мужчины, переодеваясь в мужское платье. Я конфедератка, Рыжая Лисица, и мой долг — сражаться!

— Ты хочешь сражаться или мстить?

— Какая, в сущности, разница?

— Ты знаешь, что тебя ждет, если ты попадешь в плен? — Кендалл, не дрогнув, выдержала взгляд индейца.

— Да, я знаю, что меня ждет.

Рыжая Лисица поднял якорь и закрепил его. Потом сказал:

— Я не могу сделать такую гадость единственному белому человеку, которого называю своим другом.

— Тогда мне придется обойтись без тебя, — упрямо произнесла Кендалл.

Рыжая Лисица устало вздохнул. В разговоре ни разу не упоминалось о смерти Аполки, но Кендалл знала, что индеец никогда не забывал об убитых жене и сыне.

— Армстронги не позволят тебе это сделать. Они никогда не согласятся с такими дурацкими планами.

Кендалл опустила глаза, чтобы спрятать улыбку. Она поняла, что сумела убедить Рыжую Лисицу. И уж если ей удалось уговорить индейца со стальной волей и железным характером, то это значит, что ей удастся уговорить кого угодно.

«Гордость Новой Англии» превратится в «Гордость повстанца», судно выкрасят серой краской, и оно станет верно служить Конфедерации.

Конечно, Брент будет очень недоволен, когда узнает об этом, но Кендалл от души надеялась, что ему никогда ничего не станет известно.

Да и не может она позволить себе роскошь все время думать о Бренте. Так же, как и нельзя постоянно думать о том, что она могла ударить человека ножом, а Рыжая Лисица спокойно прикончил его. И нельзя постоянно терзать себя мыслью о возможной встрече с Джоном Муром.

Ни Брент, ни Рыжая Лисица никогда не поймут, что она сама должна вести битву с человеком, который превратил ее жизнь в ад задолго до того, как началась эта злосчастная война.

Но все же, как долго нет Брента! В эти бесконечные дни и бессонные ночи она иногда думала о том, как трудно ей поверить, что когда-то этот человек страстно сжимал ее в своих объятиях.

Любовь — тонкая и неосязаемая материя. Кендалл часто одолевали сомнения, сможет ли она сохранить свою любовь среди этого кошмара братоубийственного кровопролития…