Месяц надежды - Александр Бушковский

Оля принесла в спальню выглаженные джинсы и футболки, положила их на комод, выдвинула верхний ящик и тут же печально покачала головой. Ну конечно, мужчина, что с него взять.

Все там лежало вовсе не комьями, было свернуто более или менее, однако не в аккуратных стопочках, а кучей, как придется. Ну да, Леша вчера этот принцип точно обрисовал. «Клади наверх, на свободное место». Сразу видно, что так он все время и поступал. И куда только смотрит «Уютный дом»? Или Алексей в промежутках меж их визитами, выбирая джинсы, рубашки и футболки, все опять по-своему перекладывает? Скорее всего, так оно и происходит.

Ну, это не проблема. Оля решила, что не так уж и много времени потребуется ей на то, чтобы уложить все в порядке, теми самыми аккуратными стопочками. Причем джинсы к джинсам, рубашки к рубашкам, футболки к футболкам, а не так, как сейчас, когда они варварски перемешаны.

Оля выдвинула верхний ящик комода до конца, запустила обе руки в кучу белья, подняла ее, оказавшуюся неожиданно тяжелой, и собралась положить на постель, чтобы уж потом содержимое всех трех ящиков привести в божеский вид. Тут из этой кучи неожиданно выскользнула большая конфетная коробка и тяжело шлепнулась на постель. Крышка, два уголка которой были надорваны еще раньше, отлетела. На темно-красное покрывало посыпались фотографии, какие-то маленькие красные книжечки и награды на разноцветных ленточках.

Оля присела на постель и тихонько сказала самой себе:

– Любопытство губит кошку.

После этого она, не колеблясь, протянула руку к этой куче. Ей было чуточку стыдно, но то самое любопытство пересилило. В конце концов, она не копалась специально в чужих вещах, они сами вывалились, все равно их следует собрать назад в коробку, а сделать это можно только руками.

Крест чуточку странной формы, с закругленными концами, весь покрытый рельефными треугольными полосками, в центре – государственный герб, двуглавый орел. На обороте номер и надпись старославянскими буквами: «МУЖЕСТВО». Красная лента с белыми полосками по краям.

Медаль на серой ленте с двумя синими полосками по краям. Посередине большие, залитые красной эмалью буквы: «ЗА ОТВАГУ». Под ними какой-то странный танк с двумя башнями и еще третья пушка сбоку торчит. Над ними три самолета, мал мала меньше, тоже какие-то странные, с прямыми крыльями. На обороте только номер.

Медаль на красной ленте с зелеными полосками по краям. Профиль старика со странной прической, по бокам, полукружьями, буквы: «АЛЕКСАНДР СУВОРОВ, под барельефом две лавровые веточки. На обороте, кроме номера, две перекрещенные то ли сабли, то ли шпаги – Оля в таких вещах плохо разбиралась – остриями вниз.

Медаль на зеленей ленте с красными полосками по краям. На взгляд Оли, самая красивая. На ней… ну да, это же пограничный столб! У дедушки на медали похожий. Поверх него перекрещенные винтовка и сабля, а по бокам венок из дубовых и лавровых листов. На обороте, кроме номера, выпуклые буквы: «ЗА ОТЛИЧИЕ В ОХРАНЕ ГОСУДАРСТВЕННОЙ ГРАНИЦЫ».

Красные книжечки носили одинаковые названия: «Удостоверение к государственной награде Российской Федерации» и выглядели совершенно одинаково: красная обложка, внутри две странички. Орден Мужества, медаль Суворова, медаль «За отвагу», медаль «За отличие в охране государственной границы». В каждой подпись – президент Российской Федерации Б. Н. Ельцин. И везде – Гартов Алексей Валентинович.

Все четыре награды еле уместились на Олиной ладони. Они были тяжелые и настоящие, очень убедительные.

Она ничего еще не понимала, но не сомневалась в одном. Таких наград ни за что не получил бы повар, служивший не только на безопасной и даже веселой финской границе, но и в любом другом месте. Их вообще не получил бы повар!

Оля вспомнила, что недавно говорил ей дедушка. Теперь она начинала думать, что зря ему не поверила.

Девушка отложила награды и – семь бед, один ответ – взялась за фотографии, цветные, но явно сделанные каким-то скверным аппаратом. Она собрала их в стопочку и стала разглядывать по одной.