Поклонница (СИ) - Игнатов

— Плохо. Я вообще не справляюсь. Наверно, не была готова к такому потоку ненависти. Даже в относительной безопасности нашего фан-клуба уже не так спокойно. Я перестала туда заходить.

— Мне очень жаль. — Саша помолчал, внимательно рассматривая меня, а потом, улыбнувшись, спросил: — Готова получить горстку мудрых советов?

— Ох, ну куда же мы без них! — рассмеялась я.

— Жить в чужой стране тяжело. Я знаю. Я жил в Лос-Анджелесе два года. Возвращаться обратно тоже тяжело. Ты вроде как уже привык ко всему здесь, начал вписываться, а потом тебя снова вырывают и засовывают в другой, враждебный мир. Почему-то этот мир всегда оказывается враждебным, ты не замечала? Но именно от твоего настроя всё и зависит. Если относиться к происходящему как к ситуации «всё, что нас не убивает…» — то появляются силы действовать. Мне жаль, что твои розовые мечты не сбылись. Но и к этому надо было быть готовой. Жить с человеком в одном доме, не то же самое, что переписываться с ним в чате или иногда говорить по телефону. Даже если вы оба из одной страны и города, это бывает очень и очень тяжело. — Он замолчал, отвернувшись к окну, и это навело меня на мысль, что у него тоже случались неудачи, хотя вёл он себя так, будто был победителем по жизни. — Тебе надо хорошенько подумать, готова ли ты бороться за свою американскую мечту. Или оставить всё это в прошлом, превратив в воспоминание о приключении. Только учти, что когда будешь рассказывать, что сбежала от знаменитого актёра из Америки обратно в Москву, тебе никто не поверит. — Саша улыбнулся. — Готова будешь выдержать и этот удар судьбы?

— Я не знаю, я запуталась. Всё казалось таким простым в теории! Я влюбилась и совершенно потеряла голову. Мне казалось, что всё наладится само собой. До сих пор так кажется.

— Слушай, я не хочу быть тем, кого ты потом обвинишь в том, что уехала отсюда, поэтому последнее, что я скажу, — он накрыл мою руку своей: — это твоя жизнь, и только тебе решать, что с ней делать. Если ты чувствуешь в себе силы бороться, если у тебя с тем парнем настоящие чувства, то дерзай и иди вперёд. Но иногда… иногда, что бы мы ни делали, добиться желаемого не получается. Как будто бьёшься лбом о стену. И тогда нужно выбирать, сдохнуть от бессилия с разбитой головой или найти другой путь.

Я задумалась. Мне не хотелось выглядеть той, что легко сдаётся. Но разве я не приложила уже достаточно усилий, чтобы быть счастливой здесь?

На прощание Саша снова обнял меня.

— Я буду рядом, что бы ты ни решила.

***

— Тони, ты здесь?

Машина стояла в гараже, но это не было гарантом.

В ответ залаяла Куки, которая, кажется, начала ко мне теплеть. Она подбежала ко мне и обнюхала ноги, тявкнула ещё раз для порядка и убежала. Тони не было.

Я достала из холодильника баночку с «Колой» и присела на диван. Разговор с Сашей вызвал во мне разные чувства. Я понимала, что он прав. Мне пора что-то решить. А я даже не могла решиться купить билет в Москву. Каждый день я открывала сайт, вбивала в строку «Место пребывания» Moscow, смотрела на цифры — вылет, прилёт, стоимость — и закрывала вкладку. Я рисковала нарваться на проблемы с посольством, но мне почему-то казалось, что если я сейчас куплю этот билет, то это будет конец. Почему я так думала? Я ведь знала, что мне надо вернуться домой, хотя бы чтобы уладить вопрос с работой. В моём страхе не было логики. Встреча с Сашей одновременно и успокоила меня, и напугала ещё больше. Предчувствие чего-то, на что я никак не могу повлиять, захватывало меня. «Это твоя жизнь, и только тебе решать, что с ней делать», — какие нужные слова. Но такие правильные, что аж раздражает. Я усмехнулась — вот с ним всегда так. Он говорит то, что правильно, и это бесит. Почему? Саша мне нравился. Я даже могла бы назвать его своим другом. За всё время, что мы знакомы, он ни разу не сделал мне плохо. Даже подтрунивая надо мной, он принимал меня такой, какая я есть. Может, даже специально ради его подколок, я иногда вела себя нарочито по-девчачьи глупо. Я улыбнулась — приятно было знать, что у меня есть такой друг.

Домашний телефон вырвал меня из размышлений. После первого звонка сработал автоответчик.

«Хей, это Тони! Рад, что вы позвонили, но сейчас я не могу ответить. Так что скажите мне что-нибудь приятное после сигнала. Пока!»

— Тони, не смог дозвониться на мобильный. — Звонил Марк, и я уж было хотела взять трубку, но следующие его слова меня остановили. — Слушай, новости нехорошие. Они отказали. Мне жаль. — Марк помедлил, потом вздохнул и добавил: — Позвони мне, как сможешь.

Очередная проба на роль провалилась, и если это была та роль, о которой я думала, то это кошмар… Рассиживаться мне было больше некогда. Я встала и отправилась на кухню готовить его любимое пикадильо. Попутно просмотрела запасы чипсов, пива и виски. До закупок было ещё три дня, но я бы не хотела остаться без того, что ему потребуется, чтобы вернуть душевное равновесие. Потом я пробежалась метелочкой по клавиатуре пианино, мысленно пропев «Похоронный марш». Странно, Тони никогда не играл его, когда был расстроен или получал плохие новости. Моцарт и Бах. Интересно, как продвинулась его работа для тех ребят, которые попросили музыку? Я слышала какие-то вариации мелодий, но не спрашивала, что это.

Ну всё, я сделала, что могла, и поспешила скрыться в спальне. У меня были и свои дела. Блог и рисование отнимали много времени теперь, когда я брала заказы.