Все ради любви - Кристин Ханна

Мистер Десариа, так вот он какой!

Это было, конечно, глупо, но Лорен про себя назвала его папой. Она разглядывала фотографии и видела картины детства, о котором она могла только мечтать: путешествие всей семьей к Большому каньону и в Диснейленд; окружная ярмарка в Грейс-Харбор, все едят сладкую вату и катаются на карусели; семейные вечера в этом домике, на пляже, у самой кромки воды.

Раздался стук в дверь.

— Лорен, уже полседьмого. Вставай и одевайся.

— Я уже встала.

Лорен быстро задвинула коробку под кровать и тщательно застелила постель. Уходя из комнаты, она оглянулась, чтобы убедиться: комната выглядит так, будто она в ней и не ночевала.

Спустившись вниз, Лорен нашла Энджи на кухне.

— Доброе утро, — поздоровалась та, перекладывая омлет на тарелку. — Ты вовремя.

— Ты приготовила мне завтрак?

— А что такого? Ты против?

— Ты шутишь? Да это же замечательно!

Энджи улыбнулась:

— Отлично. Теперь тебе надо хорошо питаться.

Повисла неловкая пауза. Воцарившаяся тишина нарушалась гулом океана, который, казалось, с каждым мгновением становился все громче. Лорен непроизвольно дотронулась до живота.

Энджи поморщилась:

— Наверное, зря я это сказала.

— Я беременна. Нет смысла делать вид, будто это не так.

— Действительно, нет.

Лорен прошла к столу, села и втянула носом воздух:

— Пахнет обалденно.

Энджи поставила перед ней тарелку с омлетом из двух яиц и двумя коричными тостами, на которых лежали ломтики мускусной дыни.

— Это единственное, что я умею готовить.

— Спасибо, — тихо произнесла Лорен, поднимая на нее глаза.

Энджи села напротив.

— Пожалуйста. Как тебе спалось?

— Хорошо. Мне придется привыкать к тишине.

— Верно. Когда я переехала в Сиэтл, я очень долго привыкала к шуму.

— Ты скучаешь по городу?

Вопрос удивил Энджи. Похоже, она об этом никогда не задумывалась.

— Вообще-то нет. В последнее время я сплю очень крепко, а это для меня что-нибудь да значит.

— На тебя действует морской воздух.

— То есть?

— Твоя мама рассказывала, что, если девочка выросла на морском воздухе, она никогда не сможет дышать другим воздухом, в частности тем, что вдали от моря.

Энджи расхохоталась:

— Очень в духе моей мамы. Но Сиэтл не так уж далеко от моря.

— Твоя мама считает, что все другие города, кроме Вест-Энда, находятся далеко от моря.

Они еще немного поболтали о всякой всячине, а потом Энджи встала.

— Помой посуду, а я приму душ. Через десять минут мы выезжаем в школу.

— В каком смысле?

— В том, что я тебя отвезу, естественно. Сегодня ресторан закрыт, так что время у меня есть. Да, кстати, мне казалось, что для твоей школы форма обязательна.

— Так и есть.

— Тогда почему ты в обычной одежде?

У Лорен запылали щеки.

— Они отобрали у меня стипендию.

— Ты хочешь сказать, что тебя исключили из школы из-за беременности?

— Ничего страшного. — Лорен надеялась, что голосом не выдала владевших ею чувств.

— Как раз напротив!

— Я не знаю…

— Мой посуду, а потом надень свою форму. Мы нанесем визит в «Академию Фиркрест».

Час спустя они уже были в кабинете консультанта. Лорен стояла, вжимаясь спиной в стену, как будто хотела раствориться в ней. Энджи сидела на стуле лицом к миссис Детлас, которая, сплетя пальцы, положила руки на стол.

— Рада наконец-то познакомиться с вами, миссис Рибидо, — сказала она. — Полагаю, произошло некоторое недоразумение касательно будущего Лорен здесь, в «Фиркресте».

Лорен судорожно втянула в себя воздух и посмотрела на Энджи. Та улыбалась.

— Вот именно ради этого я и пришла сюда, чтобы обсудить… будущее своей дочери, — заявила она, кладя ногу на ногу.

— Ясно. Вообще-то вам следовало бы обсудить это с советником в «Вест-Энд». Видите ли…

— То, что я вижу, — ровным голосом произнесла Энджи, — является основанием для подачи жалобы. Или темой для статьи на первой полосе. Представляю себе заголовок: «Католическая школа исключает бедную отличницу за беременность». Я хорошо в этом разбираюсь, потому что мой бывший муж — репортер в «Сиэтл таймс». Между прочим, он на днях говорил, что газетам мегаполиса очень пригодился бы хороший скандал в маленьком городе.

— Мы… э-э… в техническом плане мы не исключили Лорен. Я просто предположила, что девочки могут очень жестоко обойтись с одноклассницей, у которой возникли подобные проблемы. — Миссис Детлас нахмурилась. — А я ничего не знала о вашем муже. — Она принялась внимательно читать личное дело Лорен.

Энджи повернулась к Лорен:

— Тебя очень волнует, как отнесутся к тебе девочки?

Лорен помотала головой. Вслух ответить она не могла, так как у нее пропал голос.

Энджи перевела взгляд на миссис Детлас:

— Вы очень добры, если так заботитесь о чувствах Лорен, но, как вы сами видите, она стойкая девочка.

Миссис Детлас медленно закрыла папку с личным делом, а затем сказала:

— Полагаю, она могла бы закончить семестр и сдать выпускные здесь. Осталось всего шесть недель, да и то на одну из них приходятся рождественские каникулы. Она могла бы сдать выпускные в январе и закончить школу экстерном, однако я действительно считаю…

Энджи встала.

— Спасибо, миссис Детлас. Лорен закончит «Фиркрест», как и должно быть.

— Пожалуйста, — не скрывая раздражения, ответила миссис Детлас.

— Уверена, вы приложите все силы к тому, чтобы помочь ей. Я передам своему дяде, как хорошо все устроилось для Лорен.

— Вашему дяде?

— Ах, разве я не сказала? — Энджи буквально сверлила миссис Детлас взглядом. — Кардинал Ланца — брат моей матери.

Миссис Детлас съежилась. «О» было единственным, что ей удалось выжать из себя, причем возглас получился настолько тихим, что его едва можно было расслышать.

— Пошли, Лорен, — сказала Энджи, направляясь к двери.

В коридоре Лорен догнала ее.

— Это было потрясающе! — восхищенно произнесла она.

— И очень весело. Эту старую вешалку надо было хорошенько встряхнуть.

— Откуда ты знала, что нужно говорить?