Выбор королевского дознавателя - Ульяна Муратова

— Нога здорова! — воскликнула я, поднимая вверх забинтованную конечность. — Да я и на одной ноге до портальной станции допрыгаю, если будет нужно!

Сидеть взаперти, пока Аршес отправляется в Нинар, чтобы выяснить всю правду? Ни за что! Видя мой энтузиазм и загоревшиеся глаза, ардан мягко успокоил:

— Ви, мы можем отправиться в Нинар и завтра. Если целитель сказал, что надо беречь ногу пять дней, то необходимо соблюдать рекомендации.

— Но сегодня уже пятое число! А связки я порвала первого! — взвыла я.

— Не переживай так, я не пойду один, — попытался успокоить меня Аршес.

— Но ждать до завтра… — протянула я, сделав жалобное лицо.

— Твоё здоровье важнее, — он оказался глух к мольбам. — Ятора никуда не денется. Я могу отправить Хазарела…

— Только не Хазарела! — сделала я большие глаза. — Она и так натерпелась, наверное, а тут ещё и он…

Отношение к гварфу Хазарелу у меня, конечно, поменялось, но хамом он от этого быть не перестал.

— Тоже верно. Сделать тебе чаю? Принести пирожное?

— Да, пожалуйста. А какие новости по приюту? Ты говорил, что я смогу навестить девочек, когда нога заживёт.

— Новое здание для приюта уже нашли, сейчас его оборудуют и готовят к переезду детей. Навестить сможешь, только мне нужно будет выбрать время, одну тебя я не хотел бы отпускать.

Аршес принёс мне кружку с горячим ароматным напитком и блюдечко с пирожным.

«А чего только одно?» — возмутился внутренний голос.

Ардан сел за свой стол, откинулся на спинку рабочего кресла и посмотрел на меня. От этого особенного, наполненного чувствами взгляда я зарделась и чуть не забыла задать волновавший меня вопрос.

— А девочки из моей группы, что достигли возраста ответственности? Ты обещал о них позаботиться, — напомнила я.

— Они все сейчас выполняют роли воспитательниц и помогают с теми детьми, что пока живут в гостевом доме. Получают жалование. Дальше — решим. Про новый архив я разговаривал с королём, идея пришлась ему по вкусу.

— Ты разговаривал с самим королём! — восхитилась я. — Вот это да! И какой он?

— Ну… очень своенравный гайрон с тяжёлым характером. Конечно, до Хазарела ему далеко, но тем не менее. Иногда бывает излишне резок, требователен и бескомпромиссен. Впрочем, в его семье всё такие, — весело закончил Аршес и с азартом посмотрел на меня.

Я сощурилась, буравя его взглядом. Что-то неспроста он так веселится! Но прочитать что-либо на счастливом лице ардана так и не смогла.

— А ты меня с ним познакомишь? — неуверенно спросила я.

— Обязательно. Придётся рано или поздно, — фыркнул королевский дознаватель. — Вот на свадьбе и познакомлю, когда станешь моей женой. А раньше — нет. А то руки у него загребущие — мало ли что, — смеясь, добавил Аршес.

— Мне никто, кроме тебя, не нужен, — заверила я любимого. — Даже король. И потом, он же старый!

— Определённо старый! — с готовностью поддакнул ардан и развеселился окончательно. — Не гайрон, а ископаемое. Слава Ха́инко, в тех местах больше не копают, а то выкопали бы второго такого, что бы мы делали? Свихнулись бы.

— Он настолько вредный?

— Ужасно вредный, — охотно закивал мой ардан, а в душе только укрепились подозрения: что-то тут нечисто. — А ещё страшный. Потому и неженатый. На него как девица какая взглянет — сразу в обморок падает. Вот такой у нас король, да.

— А девочки говорили, что он красивый, — подозрительно сощурилась я, чувствуя, что меня водят за нос.

— Был красивый. А потом состарился и стал страшный. А вредный он всегда был. Вот такая трагическая история, Ви, — радостно закончил Аршес, не переставая скалиться во весь комплект своих белых гайроньих зубов.

Я вознамерилась допытаться, почему так веселится ардан, но тут в открытую дверь кабинета постучал лекарь.

— Позволите, зайтан Эррагер?

— Конечно, проходите. Хотелось бы знать, можно ли Виоле наступать на ногу или пока рано?

Целитель размотал повязки и опутал ногу магическим плетением.

— Ходить можно, все ограничения я снимаю. Нога абсолютно здорова. Другие вопросы есть?

Вопросы были, но не к врачевателю, а к развесёлому Аршесу.

— Спасибо вам огромное! — сердечно поблагодарила я целителя, вставая с дивана.

— Да, благодарю. Пока что это всё, можете быть свободны.

— Аршес, я собираюсь и буду готова через пять минут. Какая там погода в Нинаре?

— Такая же, как у нас. Дождливо, промозгло, сыро, холодно, ветрено.

За окном действительно уже который день бушевал шторм, но под ливень хорошо болеется, так что я ничего не имела против. Аршес приносил мне папки с делами и свитки в постель, и я разбирала их, не вставая с кровати. Или же он выносил меня в кабинет, чтобы я не скучала в спальне, но за пять дней такой жизни уже захотелось на улицу. Пусть даже и в дождь.

Я ушла в спальню и быстро переоделась в тёплое платье. Натянула сапоги и уложила вещи в саквояж — чистое платье для себя, смену одежды для Аршеса, как униформу, так и обычные шальвары с курткой, несколько свежих рубашек, по запасному комплекту обуви, два умывальных набора. Ну и банку варенья. Одну из тех, что мы уже свозили в Эртзамунд. Вторая не пережила периода вынужденного обездвиживания и пала жертвой моей навеянной скукой прожорливости. А эта пусть хоть попутешествует напоследок, наверняка каждая банка варенья мечтает, чтобы её съели в каком-нибудь отдалённом и необычном месте.

Аршес немного удивился, увидев саквояж, но возражать не стал. Подхватил его за ручку, а меня под локоть — и потянул нас к выходу.

Портальная станция Нагуссы была почти пуста. Как ни странно, очередь стояла в ту самую обычно свободную арку для служащих. Видимо, все, кто хотел путешествовать по личным делам, удовлетворили своё желание в опорретан. Переход в Аллоран ничем не отличался от перехода в Эртзамунд — арка засветилась золотом, и мы шагнули сквозь пространство.

Портальная станция Нинара сияла странной белизной. Как и весь город. Стоило выйти из здания, как на нас обрушились звуки и запахи портового города. Накрапывало, и Аршес раскинул над нами защищающий от дождя аркан. Белые стены домов влажно поблёскивали в рассеянных лучах обложенного тучами солнца.

Аршес уверенно огляделся и зашагал влево от портальной станции, прочь от порта.

— Ты уже был здесь?

— Да. У