Его вторая семья - Юлия Гауф

— Позвони.

Посмотрела на телефон, зажатый в руке.

Нет, не буду пока звонить. Наверное, полиция там. И они разговаривают. Скоро он придет домой. С ним Владислав, он, в случае чего, не бросит его на улице без сознания.

— Надо было Артуру пойти поговорить с этой женщиной, — вздохнула Аня. Она сидит за столом, обхватила чашку с чаем. — Ужасная ситуация, конечно.

— Ты в курсе?

— Ну, — она опустила глаза на секунду, а потом посмотрела прямо. — Да. Я тоже включаю новости. А Денис все-таки мой брат, пусть и не родной. Все наладится, Соня. Ведь у вас ребенок.

— У них тоже ребенок.

— Не простила?

Пожала плечами.

Аня переглянулась с моей мамой и отставила чашку.

— Ты права, это не мое дело. Мы, наверное, пойдем. Спасибо, все было очень вкусно.

— Заходите ещё, — пригласила радушно.

Вместе вышли в коридор. Из гостиной доносится заливистый смех Макара. Заглянула туда и наткнулась на Артура, который играет с моим сыном. Этот мужчина очень похож на Дэна, потому сразу понравился Макару.

Артур почувствовал мой взгляд, поднял голову. Долго смотрели друг на друга, и он усмехнулся. Отложил в сторону машинку, выпрямился.

— Аня домой собралась? — понял он, шагнул на меня.

— Да.

— Денис ещё не вернулся?

Покачала головой.

— Что думаешь делать? — он поравнялся со мной.

— С чем? — растерялась.

— С моим братом, — сказал Артур в лоб.

Не нашла что ответить на подобный вопрос, лишь нервно хмыкнула.

— Денис нездоров. Если нужна моя помощь — любая — я готов, — продолжил Артур тем же ровным тоном, словно мой лучший друг, а не посторонний, едва знакомый человек. — Подумай на этим.

Нужна ли мне помощь? Нужна, но я понимаю что Денису она нужнее. У меня есть понимающие родители, а у Дэна из нормальных людей в окружении только брат с сестрой. Но они не так уж близки. Поддержат ли?

— Спасибо, — пробормотала, продолжая думать о Денисе.

Никак не могу перестать тревожиться о нём. Вот и сейчас места себе не нахожу.

В свои мысли я ушла глубоко, а потому и возвращение в реальность было внезапным. Даже шоковым. Щеку обожгло чужим теплом — Артур заправил мне за ухо выбившуюся прядь волос и, словно нечаянно, провел пальцами по моей скуле. И всё это — в сгустившейся тёмной тишине.

Я отшатнулась. Артур тоже вздрогнул, отошел от меня на шаг, нахмурился, будто наваждение прогоняя, и произнес ровно:

— Извини за это. Больше не повторится. Мне, пожалуй, пора.

— Да.

— Спасибо за гостеприимство.

Думала, он задержится, скажет ещё что-нибудь, снова смутит меня. Но Артур уверенным шагом двинулся к выходу. Слышала, как они прощаются с моей мамой, а потом хлопнула дверь. И я расслабилась — это неуютное мгновение позади.

— Макара пора на сон-час укладывать, — мама зевнула. — Мы пойдем в детскую. И ты сама приляг, отдохни.

— Дениса дождусь.

Мне надо знать, что там с Полиной. Ведь если ее после того, как она камни нам в окна кидала не проверят на вменяемость — решу, что это я сама ненормальная.

Макар уже выспался и сел полдничать, а я занялась ужином. За это время десять раз звонила Денису, и все мои звонки остались без ответа.

— Ну чего ты маешься, Сонечка, — вздохнула мама, когда я отошла от плиты и посмотрела на часы. — Видимо, в полиции его задержали. Скоро приедет.

— Мог бы и позвонить.

— Значит, некогда.

Я почти задремала, свернувшись на диване в кухне, когда хлопнула входная дверь.

— Папочка пришел! — закричал сын.

Ну наконец-то.

Встрепенулась и вышла в холл. Денис обнимает Макара и выглядит таким уставшим, словно неделю не спал.

Мама тут же засобиралась домой.

— Звони завтра, я приеду, если с Макаром надо будет посидеть, — сказала она, обматывая шею шарфом.

Закрыла за ней дверь и развернулась к мужу.

— Голодный?

— Не хочу, — Денис скрылся в ванной, и там долго шумела вода. Я стояла под дверью и от нетерпения ногти кусала.

Он вышел ко мне, чуть посвежевший, за ним потянулся аромат морозного геля для душа. Денис постоял напротив, рассматривая меня. Прислонился плечом к косяку.

— Полину арестовали, — выдохнул он. — Она грозилась под машину бросить Матвея и сама прыгнуть. В отделении устроила истерику. Скорую вызывали. Успокоилась только, когда ей вкололи что-то. Я дал все показания, — продолжил муж. — И про угон машины, часы… часы, Сонь. Там…

— Я знаю, — перебила.

— Да. Как я понял — быстро ее не выпустят. Будет медицинская экспертиза. Если подтвердится, что она не в себе — определят в клинику. Матвей на ночь остался там. Завтра с утра будут решать, что с ним делать.

Всмотрелась в лицо мужа. Он говорит об этом с сожалением, я и сама не представляю, каково маленькому мальчику будет ночевать в полиции, одному.

— Что с ним потом будет?

— Сонь, я сейчас ничего не скажу. Я не знаю, — Денис шагнул мимо меня. Слегка покачнулся. — Я посплю немного, не против?

— Я тебе постелю, — пошла за ним. — Точно не будешь есть?

— Кусок в горло не лезет.

Вот и мне тоже.

Пока Денис переодевался, застелила постель чистым бельем. Приоткрыла форточку, впуская в комнату свежий воздух. Краем уха слышала, что звонил мой телефон.

Разговаривать сейчас, вообще, ни с кем не хочется. Но вдруг что-то срочное. Вдруг с работы.

Вышла за сотовым. И остановилась, заметив его в руках мужа. Экран светится, Денис уставился в мой телефон и хмурится.

— Что там? — спросила недовольно.

Денис поднял на меня стеклянный взгляд. Резко развернул телефон экраном ко мне.

Я шумно выдохнула.

Сообщение от Баркова. В одно предложение. Где адвокат спрашивает, сказала ли я Денису, что процесс развода пошел.

Глава 55

ДЕНИС

Буквы расплываются перед глазами, соединяются в слова, снова расплываются…

Нет, — сказал я себе мысленно, твёрдо.

— Ты забыла сказать своему адвокату, что передумала насчет развода? — спросил Соню спокойно, протянул ей телефон.

Черт, как сердце грохочет! В руки отдаёт, они дрожат, я эту дрожь унять не могу.

Надеюсь, Соня не заметит моё состояние.

— Давай спать. День безумный был, тебе нужно отдохнуть. Да и я с трудом на ногах держусь, — отмахнулась от меня жена.

Значит, она просто замоталась и забыла отбой дать адвокату. Бывает.

Кивнул, пытаясь проникнуться облегчением. Это такой соблазн — выдохнуть, расслабиться. И это такая… трусость.

— Соня! — позвал.

Жена обернулась, лицо у неё и правда уставшее. И очень печальное. А глаза… в её глазах — приговор.

— Ты не передумала насчет развода, — прохрипел