Хозяйка волшебного дома. Книга 1 - Мартиша Риш

И все же надежда тает, устало прикрываю тяжёлые веки. Тело ломит. Сколько на мне синяков? Ребро треснуло, на спине следы от тяжёлой плети. Пожалуй, мне и в бою с пиратским судном так не досталось. Ещё и магия заперта. Нет той силы, что способна быстро восстановить тело, унять ненадолго боль. Устал.

Скрипнули доски подгнившего трапа. Неужели берсерк спускается вниз? Так и есть. Вглядываюсь в его лицо, надеясь предсказать свое, нет, наше будущее. Только обо мне он бы хлопотать не стал, свою выгоду ищет. Хочет выжить, получить свободу и место при моем родовом замке. Получит. Выберемся отсюда вдвоем.

— Поднимайся! Потом полежишь, — нарочито грубый окрик не соответствует делу. Бережно он помогает мне встать, сует в руки корзину. Шепчет в ухо, — Поддавайся. Молчи и держись на ногах. Понял?

— Да.

— Свой гордый нрав показать сможешь позже, если нам удастся выбраться с корабля.

— Это не корабль, это дырявый таз со шваброй и вместо мачт!

— Теперь и сам знаю. Идём, — и уже куда громче, — Шевели ногами, хватит придуриваться.

Толкает в спину, ухватив за рубашку. Вроде и держит, по крайней мере, не позволяет упасть.

Вместе мы выходим на палубу. Команда вся в сборе. На меня смотрят с ненавистью. Ещё бы. Я же "украл" бочки их солонины. Не совсем понятно зачем, да и не сознался, но разве матросам объяснишь хоть что-то?

Я запинаюсь о доску, почти падаю. Хватка берсерка мгновенно слабеет. Он толкает меня к сундукам нашего груза, разворачивает к себе лицом и звереет. Глаза из зелёных становятся ярко-желтыми, надуваются все желваки на лице, губы искривляет оскал. Зверь. Та самая легендарная ярость берсерков. Та, о которой слагают легенды. Та, которую никто не смог описать. Ибо с яростью сурового воина лицом к лицу можно столкнуться только единственный раз в жизни. В последний.

На мое горло опускается рука недавнего друга. Отбиваться, скорей всего, бесполезно. Вижу, как напряжено все его тело. Но горло мое свободно? Пальцы он вдавил только в мышцы. Ни трахею, ни сосуды не тронул.

— Разнять их! — громогласно кричит капитан. Матросы не решаются подойти. Лицо друга искажено такой истовой злобой, что замерло маской.

Свистит плеть. Нас разнимают грубые руки. Точнее, берсерка оттаскивают от меня.

— Взбесился! Мы с таким в море не выйдем! А этот еле живой! — ревёт толпа.

— Стоять на ногах можешь? — подходит капитан ближе.

— Могу, — мне довольно легко удается подняться с тех сундуков, на которые я был опрокинут.

— На берег обоих. Продать!

— Но как же? — выцепляю я голос мага и внутренне холодею.

— Один ущерб чего стоит! И это мы ещё не отошли от берега! За солонину вам и так нечем платить. Я должен покрыть свой ущерб. Продать обоих и точка.

Словно во сне я спускаюсь по трапу. Берсерк идёт рядом, ему, похоже, тоже досталось.

— Спасибо.

— Ты смелый. Мало кто способен взглянуть в лицо подобных мне без страха.

Упоительная твердь берега, теплый воздух, благоухание цветов. Город, что распахивает объятия всем, кто вернулся из моря. Идти тяжело. Но только в груди все больше разгорается пламя надежды. Ослепительной, яркой. Впереди меня определенно ждёт счастье.

— Повезет, если нас купит кто-то из горожан. Обратно в море я не намерен вернуться. Опусти голову. Нам нужно добраться до рынка. Там, может, выкупит лавочник.

Глава 30

Анджей

Доводы разума соперничают в моей голове с доводами безрассудства. Я помолвлен. Невеста чудо как хороша. Ее локоны, ее запах, ее одежда. Она безусловно прекрасна во всем.

Но, черт побери, как хочется жить! Невероятно, немыслимо, сильно! Я ощущаю себя зависшим над пропастью, стоящим на лезвии ножа каленой дворфовой стали.

По одну сторону бездны величие, превосходство, титул и вероятная смерть.

По другую спокойный быт. Моя шхуна, шале где-то в окрестностях родового надела, поля, крестьяне, вечное клеймо бастарда.

И что выбрать? Кто бы мне только подсказал. Как решиться сделать шаг в сторону с лезвия и не разбиться о скалы реальности?

Связь с ведьмой, брачная связь, ночи, проведенные с ней. Половина мира, что так щедро откроется передо мной, а с ней и богатство, я в этом уверен. Титул тоже станет моим. Я стану тем, кто смог не просто зацепиться в торговой эльфийской столице, а тем, кто останется здесь навечно. Наш король благоволит смельчакам.

Решиться так просто, но как же, черти побери, страшно! Один неверный шаг, и красотка ведьмочка превратит меня в элегантный комод.

Не решусь, всю жизнь проклинать себя буду. Так, может, начать с малого? Удовлетворить только свою похоть? Глупо и бесполезно, но так желанно. Подержать в руках настоящий снег, сжать его в пальцах, узнать, каков он на самом деле. В моем мире это немыслимо. Нужно пересечь все море, долго идти по суше, найти способ переправиться через океан и лишь потом, оставив позади себя штормы, насладиться великолепием северного подарка.

Так что, рискнуть? Здесь-то он рядом. Ни плыть не придется, ни шагать по земле, только дверь открыть. Неважно, что она выходит в мир демонов. Я же быстро. Сбегу с вершины башни, зароюсь рукой в сочную мякоть сугроба и сразу обратно. Рискну. Иначе перестану себя уважать. Да и хочется это сделать просто нестерпимо, аж поджилки дрожат.

Украдкой, чтоб не разбудить чупокабра, нырнул в заветную дверь.

Морок Зазеркалья обступает этот мир. Здесь все простое по виду, но чудовищное внутри, это мир монстров. Кто знает, что скрыто внесложной с виду коробке?

Тихо ступаю сапогами по удивительно гладкому полу, выложенному из деревянных досок в сложный узор без единой щели. Стены убежища покрыты рисунком. Рискую поднести к нему руку. Прохладный, чуть бархатистый на ощупь, дивный.

Впереди дверь из тонких досок. Лёгкая с виду и тем прекрасная. Ума не приложу, сколько труда потребовалось мастерам, чтоб придать ей нужную прочность, вделать стальной замок в абсолютно гладкое полотно.

Крохотный ключик манит взгляд, своим видом предлагает прокрутить его в замке. Поддаюсь соблазну.

Снаружи холод и сырость. Должно быть, в этой впечатляющей башне обитают верховные маги. Стены окрашены с темно-синий и бежевый, не чадят факелы, магические светильники мерцают повсюду. Сами ступени выточены из камня. И лестница длинная! Ступить на нее или не рисковать? Страх подарили людям боги, чтоб сохранить жизнь.

Пренебрегу божественным даром. Ступаю. Черт. Как же теснит в