Твое злое великолепие - Кара А. Хэвен

Несмотря на романтичность слов, Габриэль в этот момент представлялся больше дикарем, нежели поэтом. Лилит, хоть и пребывала в шоке от внезапного поцелуя, но все же смогла уловить некую сумасшедшую изюминку, проскользнувшую в этот миг в глазах мужчины. Пусть она и хотела проанализировать ненормальное действие Габриэля и разобраться, что послужило спусковым крючком, дабы избежать его в будущем, но мерзкое чувство зуда накрыло ее тело новой волной. Казалось, словно тело постепенно начало покрываться язвами, гнить изнутри и увядать посекундно.

— Вези меня в столицу, — прошептала дрожащими губами Лилит, прикрывая лицо капюшоном так сильно, что даже малейшего участка кожи не было видно.

— Хорошо.

Глава 52

Габриэль по нескольку раз взмахивал поводьями, заставляя строптивую лошадку гнать на высокой скорости обратно в столицу, при этом бережно поддерживая девушку в своих руках.

Лилит тяжело дышала, ее разум мутился, при этом легкая дрожь не покидала измученного тела. В этот момент весь лик хитроумной уверенной в себе ведьмы пропал, обнажив израненную уязвимую душу, которая в очередном припадке с силой вцепилась в одежду Габриэля, прижимаясь к заветному теплу, оберегающему ее от безжалостного холода.

Габриэль молчаливо взглянул на Лилит, после вновь переведя взгляд на дорогу. На секунду он утратил над собой контроль из-за раздражения, вызванного тем, что ситуация не находилась под его полным контролем. Еще в детстве он привык делать все в соответствии со своим планом, чтобы максимально осторожно сближаться с людьми, а теперь из-за банальной ревности, он чуть ли не сошел с ума. Если бы его отец сейчас увидел его в таком рассеянном состоянии, он наверняка бы посмеялся над ним.

Через несколько часов непрерывной езды, они добрались до церкви Корлес, где, подхватив Лилит на руки, он бегом отправился в купальню, по пути раздавая инструкции низшим служительницам. Ворвавшись в ванную, Габриэлю сразу же предстала простая бежевая комната, сделанная из каменных плит, где в центре находилось углубленная яма, похожая на маленький бассейн в башне, заполненная теплой водой, от которой шел матово-белый пар и чувствовался резкий травяной запах.

Опустив девушку, Габриэль сразу направился к ванне и опустил в нее руку, проверяя воду. Чувство жжения не последовало, как было в ванне башни, наоборот, легкое покалывание прошлось по коже, расслабляя тело.

— Тут все нормально, раздевайся.

— Выйди… — Лилит сильнее прятала лицо в глубине капюшона, все еще дрожа, даже в таком душном помещении.

— Лилит, я уже видел тебя голой, так что можешь не стесняться, — полушутя сказал Габриэль, плавными движениями снимая плащ с девушки.

— Я не стесняюсь, просто…

— Успокойся и вдохни побольше воздуха, — перебил Габриэль, приглаживая спутавшиеся волосы Лилит, — смотри, ванна прямо перед тобой. Теплая и полезная. Идеальная для твоих косметических процедур.

Лилит завороженно посмотрела на гладь воды затуманенным взглядом. Она поспешно начала снимать с себя одежду и начала подходить к ванне, при этом взяв из кармана сумки странный маленький мешочек с неизвестным содержимым. Когда Лилит дошла до края, она осторожно коснулась воды бледной стопой, прежде чем полностью погрузится. Взяв мешочек, она достала оттуда золотые листья и рассыпала их вокруг себя, наконец полностью расслабляясь в приятном чувстве комфорта и тепла.

— Что это такое? — спросил Габриэль, с интересом беря один из листиков и осматривая его, сразу вспоминая, что видел их в молочно-белом бассейне башни Верум.

— Особый сорт листьев Квилз, они омолаживают кожу и поддерживают красоту. Насколько мне известно, все священнослужители Корлес принимают ванну с ними, — с чистым удовольствием от чувства омовения, прошептала Лилит, прикрывая глаза.

— Разве они золотые?

— В саду Пекатум растет особый сорт королевских Квилз, где в прошлом моя мать также собирала эти листья для своего купания и приучила меня их использовать.

Габриэль промолчал, как только Лилит упомянула Клаудию. Уже достаточно изучив характер этой женщины, он полагал, что она не стала бы просто так приучать свою дочь к пользованию ванны с одним и тем же сортом неизвестного растения. И причина, послужившая столь травмирующей привычке, может быть заложена в этих ничем не примечательных листьях, с виду кажущиеся отдельным элементом искусства.

Убрав лист в нагрудный карман, Габриэль опустил руку в воду, вновь проверяя ее. Внезапно, на его лице проскользнуло гневное выражение лица, когда он почувствовал легкое жжение, которое в прошлый раз принял за слишком низкую температуру воды. Теперь он окончательно убедился, что с этими листьями что-то не так!

— А ты не хочешь использовать проверенный сорт Квилз?

— Не думаю, что его эффект сравнится с эффектом королевского Квилза.

— Чтобы избавится от привычки, стоит начать что-то менять, так почему бы не сменить листья?

— Я пыталась, но у меня никогда не получалось этого сделать. Другие врачи, которые пытались помочь мне, тоже не могли заставить меня отказаться от старого и перейти к новому. Это бесполезно, — с тяжелым выдохом прошептала Лилит, задумчиво смотря в потолок, вспоминая былые деньки.

— Но ты уже сделала прогресс. Теперь ты не так сильно опасаешься теплой воды.

— Это потому, что ты рядом. Если бы… если бы не твоя поддержка во время кошмаров, то я бы не стала продолжать купаться в теплой воде, так что сегодня тебе стоит быть готовым спать под моим боком и оберегать мои сны, — Лилит посмотрела своим нежным взглядом прямо в несколько смущенные глаза Габриэль, издевательски улыбаясь, наслаждаясь его растерянным выражением лица. В этот момент к ней вновь вернулась ее привычная хулиганская черта и она вновь почувствовала, как покинутые силы возвращаются к ней последовательными волнами, от которых ненароком забылся недавний пугающий припадок.

— В таком случае, я каждую ночь, на протяжении всей своей жизни, буду защищать тебя от кошмаров, а днем оберегать от холода, — Габриэль слегка поджал губы и уверенно смотря прямо в прищуренные глаза девушки, давая вечную клятву и признаваясь в пылких чувствах одновременно.

— Как поэтично, а ведь совсем недавно ты так безумно целовал меня в лесу мертвецов, зато сейчас мило стесняешься, не зная, куда деть взгляд, — несмотря на насмешливую шутку, подтекст в этом предложении был так же ясен, как безоблачное небо.

— Тогда я просто очень торопился получить свой приз, — мужчина неловко почесал затылок, однако Лилит смогла заметить обезумевший взгляд, направленный на ее все еще не зажившие от ран губы, хоть и продлилось это всего секунду, она очень четко прочувствовала всем своим естеством сводящую с ума опасность, которая притаилась глубоко внутри сердца мужчины.

Лилит