Ледяная корона - Ева Верми

– Мы? Нет, я на такое не подписывался. Ты хоть знаешь, как опасен камень стечения? А если ничего не выйдет? Я не готов погибать за просто так. Я, конечно, хочу тебе помочь, Нивис, но не такой ценой.

– Нам бы найти сначала этот камень, – откликнулась я.

Пока мы ищем, может пройти непозволительно много времени, кто знает, сколько у нас его осталось. Сколько его осталось у Поляриса.

– Я рассказала деду о наших теориях. Все вместе мы что-нибудь выясним.

– Он и на тебя похож, – заметил Дубхе, сев напротив портрета. – Но какой-то он приторный.

Я заметила, как Мерак подошел к портрету, принявшись его рассматриваться вблизи.

– Одного понять не могу, – продолжил Дубхе, – как этот портрет оказался у художника? Его точно писали на заказ.

– С чего ты это взял? – спросила я, присев рядом. Мерак едва носом не уткнулся в холст.

– Подпись внизу картины, – Дубхе кивнул на правый нижний угол, где золотой краской были выгравированы инициалы Артифекса. – Для личной коллекции художники золотом картины не подписывают. Даже для будущей продажи. Тут сразу видно, эмблема должна была выделяться, как знак мастера.

– Допустим, – кивнула я. – Тогда почему он висит в галерее Артифекса?

– А ты у Имбри спроси, – фыркнул Мерак. – Ее ведь родственничек.

– Может, отказались уже после написания. Не понравился, например, – пожал плечами Дубхе.

– Или не выкупили, – добавил Мерак. – Вот и оставалось у себя на выставке держать, авось, кто из женщин захочет повесить этого красавчика у себя в спальне напротив кровати.

Из-за высоты мольберта, Полярис и Мерак как бы были одного роста. Мерак встал рядом с портретом и огладил его нарисованную щеку ладонью.

– Ох, Полярис, как же мне спать, – затем театрально вскинул эту же руку и прижал кисть ко лбу: – не зная вас!

– Артист, – сдержанно хохотнул Дубхе.

Мерак плюхнул руку на грудь Поляриса, едва не опрокинув мольберт, но будто даже не заметил.

– Ах, милый… – он всмотрелся в подпись, – … кшяжне! Будьте моим мужем!

Выступление Мерака нас рассмешило.

– Куда повесишь красавца? – поинтересовался Мерак у меня, усаживаясь рядом со мной. Я оказалась между ними. – Думаю, в спальне было бы слишком пошло.

– Мерак, – осуждающе одернул его Дубхе, – твое мнение в данном вопросе никого не волнует.

– Да? – Мерак наклонился вперед, чтобы посмотреть на Дубхе, которого я от него загородила. – Еще чего! Нивис, не хватало только, чтобы ты любовалась на него по утрам и вечерам.

– Почему? – удивилась я. – Девушке моего возраста полезно помечать на сон грядущий.

Дубхе поперхнулся и закашлялся, а Мерак раскусил меня, потому скрестил руки на груди и буркнул:

– Будто больше не о ком помечать.

– Ты считаешь его красивым?

– А ты нет? – пришла очередь Мерака удивляться.

– Скорее нет, чем да. Но портретам Артифекса, конечно, доверять не стоит. Возможно, в жизни он харизматичнее, но на холсте… эти красные волосы, хитрые глаза, и взгляд какой-то надменный. Такие мужчины не в моем вкусе, хотя аурумцы и пользуются популярностью в Аэтерне.

– Для аурумца он слишком лощенный, – заметил Дубхе. – Кожа золотится даже сквозь холст, черты лица правильные донельзя, будто он не аурумец, а наследница Осени. Признаться, даже Имбри не столь хороша.

– Ты только ей об этом не говори, – усмехнулся Мерак. – Пусть ты и считаешь, что он на нас похож, но у него на лице написано, что он тот еще ловелас, взгляд такой ссальный. Фу, ощущение, что он меня глазами раздел.

Мерака передернуло, он отвел глаза от портрета под наш с Дубхе смех.

– Теперь я понимаю, почему тебе не нравятся портреты Артифекса.

– Кстати о нем, – припомнила я, – точнее о финансовом вопросе. Ты наверняка потратил на портрет свои деньги, поэтому скажи мне сумму, я попрошу, чтобы тебе все оплатили.

Дубхе положил свою ладонь на мое плечо:

– Не извольте тревожиться, ваша светлость, портрет куплен на мои средства, и возмещения я не попрошу.

Я попыталась заикнуться, что не согласна, но Дубхе весьма красноречиво дал понять, что этот вопрос закрыт.

– Спасибо вам обоим.

Я улыбнулась мужчинам по очереди, благодарная за их помощь. Дверь в гостиную открылась, мы обернулись.

– Вот ты где! – это оказался Ичес. Я заметила, что он замялся, увидев портрет: – Это тот самый?

– Это Полярис, да, – кивнула я. – Ты меня искал?

– Да, дед звонил. Говорит, на твой кристалл никак не дозвонится.

– Ах, точно! – я положила руку на лоб. – Мой кристалл разбился перед вторым похищением. Мне не до него было после возвращения. А зачем дед звонил?

– Мне говорить отказался, – бросил Ичес недовольно, – пришлось искать тебя. Мама сказала, что ты можешь быть здесь. Держи.

Брат отдал мне свой кристалл, а сам подошел к портрету.

– Лицо такое… знакомое. Где я мог его видеть?

Он обернулся. Его глаза сощурились, а взгляд забегал от Мерака к Дубхе и обратно. Затем Ичес сравнил их с портретом.

– Почему вы на него похожи?

– Этого мы пока не выяснили, – пожала я плечами. – У тебя что-то еще?

От меня не ускользнуло, как Ичеса задели мои слова.

– Оставьте нас, пожалуйста, – попросил он мужчин с той деликатностью, на какую был способен. Мерак с Дубхе переглянулись, но встали.

– Мы будем за дверью, Нивис, – сказал мне Мерак, закрывая за собой дверь. Когда мы оказались наедине, я молча смотрела на него со своего места. Я не злилась на брата, но внутри меня словно чего-то не хватало. Может, если бы не его проклятье, мне не пришлось бы сейчас искать траву под вечной мерзлотой.

– Ну что мне сделать, Нивис? – спросил Ичес. – Да, это моя вина.

– Вовсе нет, – покачала я головой.

– Тогда почему ты так изменилась? Почему не улыбаешься мне как прежде, не смотришь на меня?

– Мне нужно время, чтобы все переварить. Мы ничего не знаем о похитителях, об их плане, а тут еще ты со своим проклятьем. Дед сказал, что это было так, баловство больше, но все-таки, кто знает, может, не будь его…

Ичес встал напротив меня.

– Нивис, мне очень жаль, но что сделано – то сделано. Я не могу вернуться в прошлое.

Было жаль Ичеса, но мне нужно было время.

– Почему вы сказали, что не могли найти Поляриса?

– Потому что никого с таким именем не было! – возмутился моему вопросу Ичес.

– Ни одной живой души? – переспросила я, стараясь не допускать волнения в голосе. – А это кто тогда? Как вы искали, если первый же, кто должен был вам попасться – кшяжне Аурума?

Я внимательно вглядывалась в лицо брата,