Обольстительная леди - Гэлен Фоули

— Тихо, Гром, тихо. Чего ты испугался? — бормотал бедняга. — Это кричат коты на крыше…

— Извозчик! — крикнула Джесинда. — Мы едем обратно!

Парень с облегчением вздохнул.

— Слава Богу, мэм, что вы вернулись.

Чтобы отблагодарить его за то, что он не струсил и дождался ее возвращения, леди Найт протянула извозчику небольшой кошелек, туго набитый монетами.

— Вези нас на Линкольнс-Инн-Филдс! — велела она.

— Слушаюсь, мэм! — воспрянув духом, сказал он. Рэкфорд открыл дверцу экипажа и помог Джесинде сесть в салон, а затем занял место рядом с ней.

— У тебя идет кровь, — промолвила девушка, когда экипаж тронулся в путь.

— Ерунда, — заявил Рэкфорд и смахнул рукавом со щеки капли крови. В пылу борьбы он не заметил, как О'Делл полоснул его ножом по лицу. Впрочем, рана была неглубокой и скорее походила на царапину.

Однако Джесинда внимательно осмотрела ее.

— Мой бедный Билли, — прошептала она, качая головой. — Слава Богу, что ты не получил более серьезных увечий.

Она нежно поцеловала его в щеку. Рэкфорд порывисто обнял ее и посадил себе на колени.

— Я и не знал, что ты так метко стреляешь, — сказал он. — Как ты могла попасть в цель с двадцати ярдов, стреляя в такой темноте? Прими мои поздравления, твоя пуля угодила негодяю прямо между глаз! Отличный выстрел! Что называется, в яблочко.

Джесинда поежилась, хотя ей была приятна похвала Рэк-форда.

— Мне просто повезло, вот и все. Братья вообще-то учили меня метко стрелять и попадать в цель даже с завязанными глазами. Но не в этом дело. Это ты, мой дорогой, а не я, заслуживаешь похвалы. Ты проявил недюжинную смелость и держался с большим достоинством. Ты доблестный воин.

Джесинда начала расстегивать пуговицы на его рубашке. Рэкфорд оцепенел.

— Что, черт возьми, происходит? — с недоумением спросил он.

Джесинда вздохнула и поудобнее уселась у него на коленях.

— О, Билли, то, что случилось сегодня вечером на балу, привело меня в чувство, — промолвила она, потупив взор. — Я уехала сразу же за тобой.

— Прости меня за несдержанность. Я был очень резок, — перебил он ее. — Я вспылил, вышел из себя. Мне не следовало вести себя столь вызывающим образом. Должен извиниться перед тобой за сказанные в сердцах слова…

Джесинда прижала пальчик к его губам, заставляя замолчать.

— Эйсер Лоринг получил то, что заслужил, — сказала она. — Как и я сама. Если двери великосветских гостиных закроются для тебя, то я тоже перестану выезжать в свет. Я хочу быть всегда рядом с тобой — в логове бандитов, на крышах домов, на луне, мне все равно. Я люблю тебя, Билли, и разыскивала тебя, чтобы сказать об этом. И если твое предложение все еще остается в силе… — Джесинда замолчала на мгновение, пристально глядя в глаза Рэкфорда, как будто силясь прочитать его тайные мысли, а потом продолжала: — Я сочла бы за честь стать твоей женой.

Слова девушки ошеломили Рэкфорда. Он не сразу обрел дар речи.

— Ты любишь меня? — изумленно спросил он. Она кивнула, залившись краской смущения.

— И согласна выйти за меня замуж? Это правда, Джесинда? Ты не обманываешь меня?

— Нет, Билли, я говорю совершенно серьезно. Рэкфорд с ликующими возгласами опрокинул Джесинду на подушки сиденья и упал на нее сверху.

— Значит, ты согласна стать моей женой, мой отважный стрелок?

— Да; — смеясь, ответила она.

— Честное слово?

— Честное слово.

— Ты никогда не разлюбишь меня?

— Никогда.

— И будешь всегда слушаться? — недоверчиво спросил он.

— Давай не будем забегать вперед, — уклончиво ответила Джесинда.

Рэкфорд рассмеялся, но в его глазах отразилась печаль.

— Неужели все это происходит наяву? — спросил он, наматывая на палец золотистый локон Джесинды. — Мне кажется, что я сейчас проснусь и пойму, что все это было всего лишь сном.

— Все это происходит наяву, — нежно поглаживая Рэкфорда по щеке, промолвила леди Найт. — Я люблю тебя, Билли. Ничто не может изменить моих чувств к тебе. И как бы ни сложилась твоя судьба, я всегда буду рядом. Я пойду за тобой на край света, любимый, даже против твоей воли.

Рэкфорд прижал ее ладонь к своей груди.

— Миледи, вот мое сердце, отныне оно принадлежит вам, — прошептал он.

— Я позабочусь о том, чтобы оно никогда не сжималось от боли, — промолвила Джесинда и поцеловала Рэкфорда в лоб.

Когда она вновь посмотрела ему в глаза, то заметила, что в них зажегся мрачный огонек.

— Что с тобой, милый?

— Я подумал о том, что ты могла бы выйти замуж за более достойного человека. Что ты нашла во мне?

— Я обожаю тебя, Рэкфорд, мой милый варвар. Ты нужен мне. Поцелуй меня, — прошептала она.

Он приник к ее губам, и Джесинда, распахнув его рубашку, стала ласкать обнаженную грудь.

— Ты сказал, что твой отец уехал в Корнуолл? — спросила она в промежутке между поцелуями.

— Да.

— И взял с собой твою мать?

— Угу, — пробормотал Рэкфорд, осыпая поцелуями ее шею. — Особняк отца в моем полном распоряжении.

— В таком случае я хочу сегодня на ночь остаться у тебя, — заявила она.

Рэкфорда бросило в жар. Но он взял себя в руки и внимательно вгляделся в ее карие глаза.

— А ты не пожалеешь об этом?

— Не пожалею, — тихо ответила она и покраснела до корней волос.

Лицо Рэкфорда озарилось радостью.

— В таком случае я приглашаю тебя в гости.

Когда наемный экипаж остановился у особняка маркиза Труро, охваченных страстью Рэкфорда и Джесинду уже била дрожь нетерпения. Лицо девушки горело от возбуждения. Рывком распахнув дверцу экипажа, лорд спрыгнул на землю и, подхватив возлюбленную на руки, понес ее к дому.

Экипаж тронулся с места, и вскоре цокот копыт стих в глубине улицы. Рэкфорд подошел к решетке ворот, и Джесинда, достав из внутреннего кармана его сюртука ключ, открыла железный замок.

— Лорд Рэкфорд? — раздался рядом голос одного из сыщиков с Боу-стрит, несших дежурство у дома маркиза Труро. — Мы не заметили, что вы покинули особняк.

— Я вышел через дверь черного хода, — объяснил Рэкфорд. — Мужчине бывает порой одиноко, и тогда он выходит на улицу, чтобы найти себе женщину, не так ли?

Сыщики удивленно переглянулись. Джесинде не понравилось, что Рэкфорд выдает ее за проститутку.

— И все же впредь, — миролюбиво сказал один из сыщиков, — не покидайте дом без нашего ведома. Таков приказ сэра Энтони.