Бурбон и ложь - Виктория Уайлдер

— Кто это, черт возьми, Лейни?

Она хмурит брови, морщит нос.

— Ты не имеешь права спрашивать. Мы ничего не значим друг для друга, Филипп.

Чертов Филипп.

— Как ты, блядь, можешь так говорить?

Я так не думаю. Я тыкаю в него пальцем и подхожу ближе к Лейни.

— Следи за своим языком, когда говоришь с моей девочкой.

Уголок ее рта приподнимается, когда я делаю шаг вперед, чтобы между ними образовалось больше пространства. Я кладу руку ей на поясницу, и она придвигается чуть ближе.

— Что ты вообще здесь делаешь?

— Я должен спросить тебя о том же. Я звонил и писал смс. — Несмотря на то что он старается говорить тише, его голос срывается, когда он произносит: — Мы были… — Он прерывисто вздыхает. — Ты просто исчезла.

— Надо было тебе что-то сказать. — Я пристально смотрю на него, и она еще немного расслабляется под моей рукой. По тому, как напряжена ее поза и как она сжимает руки в кулаки, очевидно, что ей более чем некомфортно рядом с ним.

Он поднимает руку, словно собирается меня отодвинуть.

— Это касается только нас, — говорит он, прищурившись.

Я смотрю в сторону входа в зал и ловлю взгляд Брэди. Он начинает двигаться в нашу сторону.

Когда я отвожу взгляд, она тоже поворачивает голову, чтобы заглянуть ему за плечо. Несколько парней возле бара следят за нашим разговором.

— У тебя мальчишник? — Она не дает ему ответить. Вместо этого она улыбается и качает головой. — Возвращайся к своей жизни. Женись и заведи чертову уйму детишек, мне все равно. Но сделай одолжение, забудь о том, что когда-либо видел меня здесь, и дай мне жить своей жизнью.

— Ты так не думаешь.

Этими словами он словно нажимает на выключатель, потому что все ее тело напрягается, и на этот раз она не нервничает. Она в ярости.

— Теперь ты собираешься сказать мне, что я думаю? А как насчет того, чего я хочу? Это ты тоже решишь за меня? Я скажу тебе, чего я не хочу. Тебя. Той ночью. Я не… — Она задыхается, пытаясь подобрать слова. — Я не хотела, чтобы все зашло так далеко и…

— Что ты хочешь этим сказать? — шипит он в ответ. — Ты хотела меня так же, как я хотел тебя. Не притворяйся, что это не так.

— Нет, я хотела того, кого знала раньше, а ты хотел поразвлечься, прежде чем пообещать себя другой. Я совершила ошибку.

С меня хватит. И с нее хватит. Я наклоняюсь к ней и говорю:

— Офис Хэдли — последняя дверь справа.

Она поднимает на меня глаза, полные слез.

— Он того не стоит.

Она права, но я не могу позволить этому парню думать, что последнее слово осталось за ним. Он относился к ней как к удобному дополнению. Для меня она — единственный человек, на котором я хочу сосредоточиться.

— Я просто прослежу, чтобы он нашел выход.

Я машу рукой, и Брэди быстро подходит ко мне, предлагая ему уйти.

— Ты что, шутишь? Это мой мальчишник.

Брэди в ответ лишь ухмыляется.

— Похоже, твоя вечеринка переезжает в другое место.

Я поднимаю взгляд на лестницу и вижу Линкольна, наблюдающего за происходящим. Он прикроет меня, если понадобится. А сейчас этот парень никак не может покинуть Фиаско, не убежденный в том, что ему никогда не стоит возвращаться. Я иду за Брэди, пока он выводит Филиппа через парадную дверь и дальше через пекарню. Когда его ноги ступают на тротуар, я не останавливаюсь.

— Теперь, когда мы остались вдвоем, позволь мне прояснить, кто я такой.

Он смотрит поверх моего плеча на своих друзей, которые идут следом за мной. Я в меньшинстве, но с такими парнями я справлюсь — одни разговоры, никакого содержания.

— Мне пора возвращаться, Грант, — говорит Брэди от двери.

— Я сейчас буду. Дай Линкольну знать, что я здесь, ладно?

Я поворачиваюсь обратно к этому засранцу. Мое тело дрожит от злости и тревоги, мне нужно вернуться к Лейни.

— Ты сделаешь, как она просила. Потому что если ты этого не сделаешь, я без проблем расскажу твоим друзьям в Нью-Йорке, в частности в твоем офисе, что ты лживый мошенник. — Я потираю ладонью щетину на щеке. — У меня такое чувство, что твой будущий свекор может найти эту информацию интересной, как ты думаешь?

Его рот удивленно приоткрывается, давая понять, что я застал его врасплох. Он ожидал хука справа, но с такими парнями, как он, я предпочитаю бить туда, где больно.

— Грант, ты в порядке? — Линкольн окликает меня от двери. Как раз вовремя.

— Все в порядке, просто хочу быть уверен, чтобы мой новый друг нашел дорогу домой.

Я поворачиваюсь к Филиппу, он смотрит мне за спину, явно нервничая из-за того, что я приближаюсь к нему.

— Ты забудешь о ней. Ты забудешь, что видел ее здесь. Ты никому не скажешь об этом.

Он поднимает руки, вздрагивая, что я подошел так близко.

— Послушай, парень, я не хочу проблем. С ней все в порядке?

— Тебя это не касается. Она моя. Я хочу, чтобы ты убрался из моего города. Сегодня же вечером. — Я делаю шаг ближе. — Если я узнаю, что ты снова произнес ее имя — даже для того, чтобы рассказать своей невесте, что ты натворил, — я превращу твою жизнь в ад.

Он ничего не отвечает. Широко распахнутых глаз и его очевидной растерянности достаточно, чтобы понять, что он не станет для нее проблемой. Но я все равно позабочусь о том, чтобы один из контактов Дела в Нью-Йорке навестил его на работе в полном обмундировании, просто для напоминания.

Я прохожу мимо Линкольна. Сейчас мне нужно увидеть Лейни и убедиться в том, что с ней все в порядке.

— Хочу ли я знать, что это было? — спрашивает он, догоняя меня.

— Нет.

Он останавливается у лестницы.

— Ты поднимаешься обратно?

Я игнорирую его и продолжаю идти прямо к кабинету Хэдли. Когда я закрываю за собой дверь, Лейни стоит, прислонившись к маленькому письменному столу, и ковыряет палец. Она выглядит менее взволнованной, чем когда я ее отправил сюда, но ей нужно знать, что больше не о чем беспокоиться. В маленьком помещении тихо, несмотря на то, что за дверью и дальше по коридору — битком набитый бар и играет группа.

Она встает и начинает говорить:

— Мне нужно еще кое-что…

Я закрываю дверь.

— Все закончилось.

Она смотрит на дверь, а затем снова на меня.