Королева сердец зомби - Джена Шоуолтер

Он замолчал, нахмурившись. Умные глаза остекленели.

Я отпрянула. Сработало?

— Как тебя зовут? — спросила я.

Он нахмурился еще больше.

— Я… я не знаю. Почему я не знаю?

Да. Я сделала это.

Позади меня охотники замолчали.

Я повернулась к ребятам, засунув руки в карманы.

— Как ты этому научилась? — спросил Ривер. — Что ты сделала с его разумом?

Мой взгляд остановился на Коуле. Он смотрел на меня с любопытством… возможно, с оттенком гнева. Догадывался ли он?

Виновато опустив голову, я сказала:

— Свидетель рассказала мне. И я использовала одну из способностей.

На их лицах отразились различные эмоции. Шок. Смятение. Только реакция Коула имела значение. Его гнев усилился.

О, да. Он догадался.

Сквозь толпу пробился паренек и остановился рядом с Ривером.

— Здесь два детектива, и они хотят поговорить с тобой и Коулом.

— Опять? — простонал Ривер. — Это становится утомительным.

Коул почесал затылок.

— Как они узнали, что я здесь?

Все пришли к одному и тому же выводу. Они следили за нами прошлой ночью.

Я напряглась. Прошлой ночью мы не видели никаких следов их присутствия. Так… что же они видели?

— Избавься от Рангараджана, — распорядился Ривер, — и скажи несовершеннолетним спрятаться. Остальные пойдут побеседуют с детективами.

Глава 24

Зомби тоже были людьми

Может ли этот день стать еще хуже?

Подождите. Нужно подумать об этом. Всякий раз, когда я задумывалась над этим вопросом, случалось что-то плохое.

Детективы следили за нами… и охотно признали это… но? если они и видели, что мы делаем что-то незаконное, то не намекали на это и даже не задавали вопросов. На самом деле, они относились к нам с опаской. Как будто их глаза наконец-то открылись, и они поняли, что мы — охотники, единственное, что стоит между ними и зомби-апокалипсисом.

Они приехали, потому что был найден труп. Подростка.

Они показали Риверу и Коулу фотографии, надеясь узнать его личность, и Ривер наконец сказал холодным тоном:

— Это Кэри. Он мой. Других родственников у него нет.

Детективы рассказали немного информации об убийстве парня и вскоре ушли, оставив загадочное:

— Будьте осторожны.

Что они знали? И повлияет ли это на нас?

— Давай вернемся к Анкху. — Коул обнял меня, и впервые это был не жест привязанности или утешения, а крепкая хватка, чтобы не дать мне вырваться.

Риверу он сказал:

— Я позвоню тебе утром и расскажу о наших дальнейших действиях.

Ривер скрыл свою злость за раздражением.

— Ты позвонишь мне?

— Мы решим вместе, — предложила я. Нам нужно было, чтобы разум каждого был запрограммирован только на одну установку: атаковать. Мы должны действовать разумно, без эмоций, с трезвой головой. От этого зависела жизнь Джастина.

Коул отвел меня в сторону.

— Хелен, — тихо сказал он.

Я хотела солгать.

— Да. — но не смогла.

— А воспоминания?

— Тоже Хелен, — прошептала я.

Его пальцы впились в мое плечо.

— Я думал, ты понимаешь. Она лгунья, Али. Она предательница.

— Она моя мать, Коул.

Он резко втянул воздух.

— Неужели в твоем голосе я слышу привязанность?

Нет. Да.

— Может быть.

— Я не могу поверить, что ты это делаешь. Она бросила тебя. Предала нас. Убила мою мать! Превратила ее. Из-за Хелен мне пришлось наблюдать, как мой отец испепелил мою мать… после того, как она напала на меня, своего собственного сына.

Испытывая боль за мальчика, которым он был, и мужчину, которым он стал, я прошептала:

— Я не спорю. То, что сделала Хелен, было неправильно, независимо от ее причин.

— Именно. Этому нет веской причины.

И все же я сказала:

— Ты не знаешь, что она была в отчаянии, чувствовала, что у нее нет выбора. — слова прозвучали неубедительно, даже для меня. — Но сейчас она другая.

— Люди не меняются, Али.

— Меняются.

— Из-за нее тебя убьют. Нас всех.

— Коул…

— Нет. Не пытайся уговаривать меня ее простить.

— Я не собиралась этого делать. — я попыталась снова. — Коул…

Его хватка на мне усилилась.

— Прошлая ночь что-нибудь значила для тебя? — выругавшись под нос, он отпустил меня и ускорил шаг, двигаясь впереди.

И тут я осознала. Парень, которому я доверила свое тело и отдала свое сердце, только что бросил меня в грязь. Не было никаких разговоров. Никакого компромисса.

Я поняла, что после секса все было не проще. Все было гораздо сложнее.

— Для меня? — позвала я. — А что насчет тебя?

Он проигнорировал меня.

Я причинила ему боль. Я знала это. Но он тоже причинил мне боль. И теперь… теперь я была сама по себе. Растерянная, более уязвимая, чем когда-либо прежде.

Я шла позади вместе с остальными членами нашей команды. Это не моя вина. Коул был неправ, заставляя меня выбирать между ним и мамой. Разве не так? Тьфу! Или я была неправа, ожидая, что он ее примет?

Кэт подошла ко мне и переплела наши пальцы.

— У меня такое чувство, что твой парень ведет себя так же отстойно, как и мой.

— Я уже не знаю, что и думать. — я посмотрела на облака… увидела кроличье облако и вздохнула.

Стало еще хуже.

— Всегда вини парня, — сказала она. — Это мой новый девиз. И я замышляю месть. Это будет примерно так. Мы сбежим вместе, поженимся, а потом, просто для смеха и веселья, пошлем парням открытку с надписью, цитирую: «Ты все еще планируешь убить своего почтальона?»

Эта девушка… Свет. В. Моей. Жизни.

— Я в деле!

На полпути к машине Коул остановился, наморщив нос и принюхиваясь к воздуху.

— Гниль, — объявил он.

Конечно же, нет… но я принюхалась, и да, почувствовала характерный запах гнили.

— Но сейчас день.

— Может, это мертвое животное. — несмотря на это, он достал свой арбалет. — Жаклин, дай Риверу знать, что происходит. Лед, отведи Кэт внутрь.

Пока Жаклин мчалась обратно в здание, а Лед взваливал Кэт на плечо, как мешок с картошкой, остальные охотники достали свое оружие, готовясь к битве. Я осмотрелась вокруг, ожидая увидеть… возможно, семью убитых енотов. Пусть они покоятся с миром.

Я даже могла представить, что произошло. Они переходили улицу, надеясь начать новую жизнь на лужайке перед домом Ривера, но какой-то водитель их сбил. Чего я не ожидала увидеть, так это…

Зомби.

Здесь.

По меньшей мере двадцать из них выбежали из соседнего склада. Не медленным шагом, а вприпрыжку, размахивая руками, они тянулись к нам. От обвисшей кожи исходил пар, яркие лучи солнца