Остров желаний - Лена Хейди

Но получить травму при падении мне было не суждено: я приземлилась на чьи-то сильные мужские руки.

— Привет, красавица! — раздался хрипловатый сексуальный голос.

— Алекс! — потрясённо выдохнула я.

Глава 74. Признание

Эль

— Со мной рурхи, один отряд, они появятся на острове через полчаса. Я усилил свой артефакт перехода как только мог и опередил их, пробился к тебе раньше. Твоё задание завершено, Эль, — заявил он, пока я изображала из себя полуобморочную мышь и жадно его разглядывала.

Он был абсолютно таким же, каким я видела его в воспоминаниях. Брутальный симпатичный шатен с короткой стрижкой, одет в кожаную куртку. Рослый, широкоплечий, мускулистый. Высокий лоб, волевой подбородок, чётко обрисованные губы красивой формы, серые глаза, в которых то и дело проскальзывали жёлтые всполохи, — он нравился мне настолько сильно, что внутри всё млело и таяло, словно мороженка на солнце. Я оторопело раздумывала: примет ли он меня? Может, поймёт, что я не Кириэль, и прикопает тут по-тихому?

— Всё хорошо, малышка? — забеспокоился он, видя моё выражение лица.

— Ага, — тихо выдохнула я, заторможенно кивая. Ну, как хорошо... Твоя Кири тебя бросила, а я тут смотрю на тебя и слюни пускаю. Ах да, и в нашей семье пополнение, на несколько мужиков.

— Давай я деактивирую твоё задание, — он поставил меня на ноги, закатал рукав на левой руке и прислонил свою руку к моей, чуть пониже локтя.

На коже тут же вспыхнула жёлтым сиянием и сразу погасла какая-то руна. Я даже вспомнила название этого символа — «фейх», он наносился, когда спецагент приступал к заданию, и деактивировался по окончании. А зачем — это в «Фениксе» объясняли расплывчато. Мол, так принято, стандартная процедура — вот и весь ответ.

— Вот так, — он удовлетворённо кивнул. — Я безумно рад, что ты жива и здорова, Эль. А сейчас — у нас есть полчаса, — он резко притянул меня к себе в объятия.

— Алекс, я не... - попыталась я было начать объяснения, но мне не дали, решительно закрыв мой рот глубоким страстным поцелуем.

Нет, так нечестно. На сопротивление у меня просто не было сил. Я не хотела отталкивать его, отворачиваться от его жадных настойчивых губ и языка, которые были такими родными... Я ведь помнила всё — все его жаркие ночи с Кириэль — так, словно он не её, а меня сводил с ума своими ласками. Не могла отказаться, не могла остановиться, когда по телу разливалась такая сладкая волна эйфории. Я жаждала испробовать сама, лично, эти мягкие опьяняющие губы на своих, ловить его дыхание, подчиняться ему во всём здесь и сейчас, чтобы именно эти воспоминания были моими...

Он целовал меня так жарко, сумасшедше и сладко, что каждая секунда оставляла огненный отпечаток в душе. Умом понимала, что нужно бежать в хижину — предупредить парней, но в голове тут же возникала убаюкивающая мысль, что у меня ещё есть время, вдобавок ребята наверняка уже сами на ушах стоят, заметив моё исчезновение. А с какой стороны появятся рурхи — я и сама не знала. И Лин стопудово уловил моё волнение и рассказал об этом остальным. Так что ещё пять минут... или десять... у меня в запасе есть.

Я не сопротивлялась, когда Алекс рывком сорвал с меня одежду, потом стянул с себя куртку, кинул её на траву. Мир резко перевернулся — и я уже лежу, обнажённая, на его куртке. Запах хорошо выделанной кожи тут же ударил в ноздри, смешиваясь с тонким шипрово-древесным ароматом, вызывая где-то в глубине подкорки мысль: «Моё! Родное!»

Жадные горячие поцелуи обжигали кожу лица, груди, как попытка заклеймить всё моё тело, и ощущение бесконечной, глубокой близости пронизывало насквозь. Хотелось раствориться в этом мужчине, слиться с ним в единое целое, прижиматься изо всех сил, словно эти прекрасные мгновения были последними в нашей жизни. А может, это и в самом деле последние минуты жизни — моей или его?

Я с удовольствием ощущала его учащённое дыхание, прикосновения губ по всему телу, родной запах и выгибалась навстречу его ласкам.

Он так и не разделся до конца, оставаясь в футболке и приспустив брюки, и в этом тоже была какая-то своя прелесть — лежать перед ним полностью обнажённой, остро чувствуя свою беззащитность.

Я не смогла сдержать короткого вскрика, когда он вошёл в меня — так резко и глубоко‚ что у меня перехватило дыхание, а низ живота прошило острой молнией наслаждения. Замерев на секунду, он начал двигаться — жёстко, неумолимо и до безумия сладко. Тело инстинктивно выгибалось ему навстречу, из груди вырывались приглушённые стоны, и хотелось выкрикивать его имя — снова и снова, пока он мощными толчками подводил меня к желанной разрядке.

Взрыв сверхновой накрыл меня так, что на какое-то время я выпала из реальности и все эмоции сосредоточились в серых омутах с золотистыми всполохами, которые смотрели на меня с такой любовью, что я забыла, как дышать.

Алекс кончил сразу после меня, от наслаждения издав глухое рычание и, пока я приходила в себя, успел облачить меня в одежду, после чего улёгся рядом и уложил мою голову к себе на плечо. Хотелось лежать так посреди леса, слушать беззаботный щебет птичек, биение сердца своего первого мужа и его постепенно замедляющееся дыхание. Чувствовать, как он нежно поглаживает меня по спине, и уплывать по волнам эйфории. И ни о чём не думать. Как говорится, вот и познакомились...

— Как же я соскучился, Эль... — тихо и искренне выдохнул он. — Как ты тут без меня, нормально всё?

— Угу, — кивнула я. Конечно нормально. Кроме тебя — два мужа, три жениха и четверо друзей. И Дэн. К какой категории его отнести — пока сама не решила.

— А что с твоими ангардами, ты их уже убила? — спокойно спросил он, и сердце сжалось от боли.

— Нет, Алекс, я не стану их убивать. Они мои! Я люблю их не меньше, чем тебя, — мягко, но уверенно заявила я, и лицо оперативника «Феникса» вытянулось от изумления:

— Эль, ты слишком сильно ударилась головой при крушении?

— Ударилась, — кивнула я, набрала в лёгкие побольше воздуха и выдохнула: — И я не