Титан и Титанида - Anne Dar

блокпост, выставленный вокруг города. Этот блокпост уже спустя час после нашего прорыва взлетел на воздух. Кроме дяди, у меня больше никого не осталось, как и у него никого, кроме меня, не было. Он, как и я, был Неуязвимым. Мы бок о бок прошли половину Канады в условиях Атак. Люди озверели от страха и боли, творили ужасное друг с другом… Однажды на нас напала с ножом сумасшедшая мать двух маленьких детей – она желала отрезать от нас куски для артефактов, которые она мастерила своим детям из костей Неуязвимых. Перед этим мы стали свидетелями массовых убийств военными, а после, впервые столкнулись с каннибализмом. Было ужасно наблюдать за тем, как высокоразвитая цивилизация за считанные месяцы скатилась в состояние сумасшедшего брожения…

Он умолк на секунду, и я решила заметить вслух:

– Ты говорил, что родом не из Канады, что лишь бывал там.

– Не вменяй мне в вину желание предохранить себя в непроверенном обществе.

– Но сейчас ты не предохраняешься.

– Я ведь говорил тебе ранее: я против лжи. И я тебе уже доверяю.

– С чего бы?

– Знаю: ты не желаешь мне зла.

– Хм… Ты знаешь моё имя, но я до сих пор не знаю твоего.

– Меня зовут Рагнар. Но только моё имя – тайна, сказанная лишь тебе…

– В таком случае, я не одобряю то, что ты решил обременить меня тайной, не поинтересовавшись у меня о том, готова ли я хранить её. У меня нет секретов от Тристана. Как и от остальных членов моей семьи.

– Разве вы все родственники?

– Родственников не выбирают, но семью, изволь, можно и выбрать, и отстроить.

– Интересная ты…

– Что было дальше? Ты, твой дядя, ваши блуждания по Диким Просторам Канады.

– Дядю звали Маршалом, он, как я уже сказал, был младшим братом матери, ему было тридцать четыре года. Мы добирались к определённой точке: глухой деревне, в которой жил лучший друг Маршала. Мы понимали, что он Уязвим, так что не знали, что именно застанем в конце пути: этот человек мог оказаться мёртв. Так и произошло, но… Перед его заброшенным домом был ещё один – покрупнее и лучше оборудован, как для выживания в Павшем Мире. Для начала мы решили проверить эту ферму. Так познакомились с ними…

Он вдруг замолчал, как будто с головой нырнув в дымку доступных лишь его взору воспоминаний, и когда молчание затянулось, я решила вмешаться:

– С ними?

– У лучшего друга Маршала было две дочери от двух разных браков. Старшую звали Диандра, младшую – Томирис. Девушки обустроились на опустевшей соседской ферме, на которой выжила только десятилетняя племянница предыдущих владельцев этой территории. Девочку звали Кайей… Мы стали жить впятером. Диандра сразу образовала пару с Маршалом, мне с Томирис пришлось сложнее. Я был без ума от неё. Она же была… Строптивой, даже слишком. Темноволосая, сероглазая, белокожая, с диковатым нравом, – по моей коже пробежались мурашки ещё до того, как он сказал то, что я поняла заранее: – Ты безумно похожа на неё. Я считал её своей истинной парой, но, думается мне, она была более трезвомыслящей в нашем союзе, нежели я… Её неприступность не рухнула даже после того, как она оказала мне честь, позволив мне лишить её девственности, – я едва не вздрогнула, проведя аналогию в моих отношениях с Тристаном. – Я думал, она только моя, ей от меня не уйти, мне её не потерять… Однако прошло время, и она отвергла меня. А потом… Задолго после того, как мы в вооружённой перестрелке потеряли Маршала, и после того, как Диандра с Кайей погибли, во время конной погони сорвавшись со скалы, я и Томирис попали в плен к фанатикам новой псевдоверы, которых на стыке двадцать первого и двадцать второго веков по всей планете развелось как блох… – в этот момент на мой ум непроизвольно пришли мысли о камчатских нововерах. – Меня жестоко ранили. Томирис… Сожгли на жертвенном костре. Когда я очнулся, над моей головой кружил пепел. Неспешно осмотревшись, я понял, что сгорел не только костёр: сгорело всё поселение сектантов и от огня пострадала близлежащая природа… В пепелище обратилось всё. Даже люди. Останков было не так уж и много… Вблизи костра я увидел всего три обугленных дочерна скелета… – ему было всё сложнее говорить об этой части своего сложного прошлого. – Я словно восстал из пепла. Расстался с человеческой жизнью и ожил Металлом. Ещё до своего пробуждения, ещё до того, как мои глаза увидели серый пепел, кружащий в небесах, я вдруг вспомнил всю свою человеческую жизнь в мельчайших подробностях, но я ничего не помнил о том, что́ именно со мной произошло… Что́ сделало меня тем, кем я являюсь сейчас. Я до сих пор не знаю. Я просто… Встал из груды пепла и… Отправился бродить по миру. Полтора десятилетия кромешного одиночества и вдруг… Вы, – он перевёл на меня взгляд. И я замерла, чтобы не вздрогнуть, потому как была уверена в том, что он хотел сказать именно “ты”, но в последний момент у него вышло произнести “вы”.

– Как ты понял, что ты именно Титан? Как ты вообще понял, что ты Металл? Ведь тебя некому было просветить.

– Меня просветила капля собственной крови, упавшая на дубовый брусок. Так я понял, что при помощи своей крови могу обращать предметы в металл, но в какой именно металл я узнал лишь спустя два года, незадолго после того, как преодолел Великую Канадскую Стену и оказался на территории бывших Соединённых Штатов. Был один старик, в прошлом искусный ювелир, он и открыл мне название моего металла… Этот старик много чего знал, хотя я подозреваю, что он мог бредить. К примеру, он утверждал, что собственными глазами видел, как орды Блуждающих были управляемы людьми, словно марионетки. Будто бы люди использовали для управления Блуждающими ультразвук, однако сам я с подобным за всю свою жизнь так и не столкнулся. Ультразвук действительно способен отпугивать Блуждающих, но управлять этими существами при помощи ультразвука… Я многое видел и за свою человеческую, и за свою металлическую жизнь, но не такое.

Он вдруг врезался в меня взглядом и замер. У меня отчего-то перехватило дыхание… В воздухе будто запахло сладким…

– Что-то ты… – мой голос стал каким-то… “не таким”. – Разоткровенничался.

Его голос зазвучал ещё бархатистее и как будто тише:

– Я могу поделиться с тобой всем. Только спроси, и я отвечу честно и без утайки. Никакой лжи, никаких тайн, всё что пожелаешь…

Вот же сво… Своеобразный парень!

Я резко