Приданое для Анжелики - Франсуа Деко

Потом были Бухарест, Рагуза, Константинополь и Александрия. В конце марта книга Амбруаза Беро стала почти пустой. Осталось лишь одиннадцать адресов в Парагвае, Бразилии, индийском порту Пондишери, Патне — бывшем центре опиумной торговли, Ормузе и в Испании.

Аббат получил первое настораживающее донесение из Баварии. Некий давний партнер внезапно изменил пристрастия, закрыл торговлю льном и все вырученные деньги вложил в новые минеральные краски. Аббат заказал подробный отчет по всему, что происходит в Европе с деньгами. То, что он увидел, его подкосило. Две трети партнерских компаний, в которые двадцать-тридцать лет назад были вложены деньги организации, начали практически единовременное перемещение капиталов.

А на следующее утро прибыл Спартак.

— Хочешь отправиться в помойку? — бесцеремонно, как и всегда, спросил он.

— О чем ты? — Аббат попытался сохранить спокойствие. — Еще ничего не случилось.

И Вейсгаупт немедленно перешел на крик:

— Не случилось?! А это что?! — Он швырнул на стол стопку бумаг.

Аббат взял первый лист и похолодел. Спартак видел дальше, а потому провел анализ с учетом времени. Выходило так, что партнерские компании переводили капиталы в строгой последовательности, одна за другой, с юга на север.

— Это маршрут пакета номер четыре. — Спартак нетерпеливо выдернул из стопки нужный листок. — Смотри: Парма, Модена, Тоскана, Феррара!.. Пакет движется строго по адресам. Там, где он появляется, нас тут же предают!

— Никто нас не предаст. — Аббат поджал губы. — Они слишком хорошо понимают, с кем имеют дело.

Спартак сардонически рассмеялся и заявил:

— А они никаких векселей не видели! Никто! Ничего! Что ты им предъявишь?! Свои подозрения?

Аббат сглотнул. Он и не думал, что дело зашло так далеко и Спартак уже провел собственное следствие.

— Совет знает?

— А ты как думаешь? — Спартак хмыкнул. — Ты ведь так и не отчитался о возвращении пакета. Сейчас, дорогой, ты на волосочке висишь!

Аббат уставился в пустоту. Французский проект был настолько тщательно проработан и безукоризненно выполнен, что понимающие люди лишь разводили руками. Теперь все рушилось только из-за того, что кассир, многократно проверенный в деле, десятки раз доставлявший подобные пакеты по назначению, отклонился от маршрута и попал в испанский порт Коронья.

«И что теперь делать? В любом случае надо выслать агентов туда, где Адриан и Анжелика еще не появлялись — в Константинополь, Александрию, Патну, Пондишери, ну и в Парагвай, конечно. Подключить Охотника? А толку?»

Аббат понятия не имел, в какой последовательности эта парочка собирается путешествовать. Они запросто могли выбрать маршрут методом бросания костей. Аббат был настолько обескуражен, что не мог даже собраться с мыслями! Он спокойно гнул свое, пока они убегали, и совершенно не был готов к тому, что Адриан и Анжелика начнут нападать.

— И что совет собирается делать?

Спартак развел руками.

— А все будет по плану. Весь декабрь ты, извини, затылок чесал, в январе, наверное, зад, ну а про февраль надо у тебя спрашивать.

— Не хами, — попросил Аббат. — Давай ближе к делу.

Спартак поднял брови и заявил:

— А если ближе к делу, то никто не собирается ждать, когда ты поймаешь этих своих детишек. У совета на очереди Польша.

Аббат замер. Польская революция 1794 года шла в генеральном плане третьим пунктом. В перспективе она должна была разрезать пополам всю Европу, от Балтики до Босфора. Но второй пункт плана, так называемый рейнский вопрос, решен и не был. Совет намеревался прыгнуть через ступеньку.

— Раздавят. — Он покачал головой. — Ты и сам знаешь, что как Польшу, так и Венгрию подымать рано.

— Знаю, — кивнул Спартак. — А что ты предлагаешь? Подождать? Так тебя и так уже четвертый месяц весь совет ждет.

Аббат опустил голову.

Спартак ободряюще хлопнул его по плечу и сказал:

— Ты лучше порадуйся, чудак, что кто-то решит твою проблему за тебя. Как только в Польше громыхнет, все твои должники на коленях к тебе приползут прощения просить. Потому что некуда будет Европе от нас деться.

Аббат вздохнул. Это он знал. Но в его интересах было справиться с проблемой самому. Помощь совета никогда не была безвозмездной.

— Кого в Польше на трон будете ставить?

— Шведа, конечно. А ты кого думал?

Аббат поморщился. Бригадный генерал армии США Бонавентура Костюшко, по прозвищу Швед, был идеальным вождем новой революции. Но он принадлежал к другой группировке, и его назначение было прямым предупреждением судьбы, весьма внятным и неприятным. Спартак это понимал, потому и куражился.

— Соответственно, венгерскую революцию возглавит Мартинович, не так ли?

Спартак радостно закивал.

— Ага. Ты как в воду глядишь!

Аббат вытер взмокший лоб рукавом.

Собеседник еще раз панибратски похлопал его по плечу и заявил:

— Работай, дорогой. Или ты побеждаешь прямо сейчас, или кое-кого… — Вейсгаупт красноречиво провел ребром ладони по горлу. — Ты понял.

Он вышел, и Аббат с ненавистью посмотрел ему вслед. Восстания в Польше и Венгрии были уже предопределены, но этот путь лично его не устраивал. Кровь из носу, а он должен был разыскать Анжелику Беро.

«Надо вызывать Охотника», — решил Аббат.

Охотник не переставал напряженно работать, а потому был готов ко всем вопросам, которые задал ему Аббат. Когда он просмотрел совсем свежие донесения, оценил обстановку по картам, многое прояснилось еще больше.

— Нет, Адриан развозит векселя сам, — сразу отмел он негодную версию.

— Почему?

— Потому что скорость передвижения не женская. Вы мили-то посчитайте. Такое не всякий мужчина выдержит. Я вам говорю, он ест и спит в экипаже.

— А значит?..

— А значит, он оставил свою невесту в Бордо или где-то рядом.

Аббат поморщился и заявил:

— Не годится. Агентура всю округу проверила.

— Ну, Адриан далеко не дурак. — Охотник склонился над картой. — Он ее спрятал в таком месте, где комиссаров и в глаза не видели.

— И что ты предлагаешь?

Охотник уверенно ткнул пальцем в Бордо.

— Им этого города не миновать. Адриан здесь появится дважды: когда разбросает векселя и вернется и когда будет ее вывозить.

Аббат насупился. Он определенно не хотел ждать так долго.

Охотник размашисто провел рукой над картой Европы и заявил:

— Птицу можно ловить, гоняясь за ней по всему небу, но лучше расставить силки у гнезда — быстрее выйдет.