Дело в стиле винтаж - Изабель Вульф

— Приду в следующий раз. У меня… было ужасно много дел.

— У Дэна тоже. Его газета спонсирует киоск с хотдогами, который будет работать во время фейерверка в субботу, и ему нужно добыть сорок тысяч сосисок. Вы придете?

— Да, собираюсь.

Джоан положила «Черное и зеленое» на прилавок. На первой странице была статья о фейерверке, а на второй сообщалось, что тираж газеты достиг двадцати тысяч экземпляров — то есть увеличился вдвое с начала выпуска. Я была счастлива, что приложила к этому руку, хотя и косвенным образом — ведь «Черное и зеленое» оказала мне реальную помощь. Если бы не интервью Дэна, я бы не встретилась с миссис Белл, а ее дружба открыла для меня что-то… значительное. Не знаю, что именно. Я просто чувствовала какой-то постоянный настойчивый зов.

В пятницу вечером я пошла навестить ее. Она выглядела болезненно хрупкой и держала руку на раздувшемся животе, словно защищая его.

— Как прошла неделя, Фиби? — спросила миссис Белл. Ее голос стал заметно слабее. В саду с деревьев падали листья. Плакучая ива пожелтела.

— Она оказалась интересной, — ответила я, но ничего не рассказала ей о программке. Миссис Белл нуждалась в покое.

— Вы пойдете смотреть фейерверк?

— Да — с Майлзом. С нетерпением жду этого вечера. Надеюсь, шум не слишком потревожит вас, — добавила я, разливая чай.

— Нет. Я люблю фейерверки. Буду наблюдать из окна спальни. — Она вздохнула. — Наверное, в последний раз…

Миссис Белл выглядела уставшей, так что в основном говорила я. Рассказала ей об Анни, об ее актерской профессии и о том, что она хочет написать пьесу и поставить ее. Затем поведала о бале и о платье Рокси. Бледно-голубые глаза миссис Белл расширились от удивления, и она покачала головой. Услышав о Кэти, наступившей на это самое платье, Белл рассмеялась и тут же поморщилась.

— Не смейтесь, если вам больно. — Я сжала ее руку.

— Ваш рассказ того стоит, — тихо проговорила она. — Должна признаться, я не в восторге от этой девушки, судя по тому, что знаю о ней.

— Да, с Рокси нелегко, а вернее, чертовски трудно, — дала я волю своим негативным эмоциям. — Она так груба со мной, миссис Белл. Я была дома у Майлза, и каждый раз, когда обращалась к Рокси, она полностью игнорировала меня или перебивала, словно я пустое место.

Миссис Белл опять поморщилась от боли.

— Надеюсь, Майлз отругал ее за столь… невежливое обращение с вами?

— В общем-то нет… Сказал, что это приведет к ссоре, а он ненавидит конфликтовать с Рокси, потому что потом несколько дней ходит сам не свой.

— Понятно. — Миссис Белл сложила руки. — Тогда, боюсь, расстраиваться придется вам.

Я поджала губы.

— Это трудно — но, уверена, Рокси исправится. Ведь ей всего шестнадцать — и все это время она была наедине с отцом, а начинать новые отношения всегда немного трудно. Верно?

— Думаю, именно так говорит Майлз.

— Да, действительно, — вздохнула я. — Он призывает меня посочувствовать Рокси.

— Ну… — тихо сказала миссис Белл. — Учитывая, как ее воспитывали…

В субботу утром в перерыве между покупателями я позвонила Майлзу, чтобы обсудить вечерний фейерверк.

— Начало в восемь, так когда ты за мной заедешь? — Сквозь витрину я видела, как устанавливают заграждения и палатки с едой и освежающими напитками; на некотором расстоянии от них складывали дрова и старую мебель для костра.

— Мы будем у тебя в четверть восьмого. — Значит, Рокси тоже поедет. — Ты не против, если Рокси возьмет с собой свою подружку Аллегру?

— Конечно, нет. — Так, пожалуй, будет даже проще. — Но ты не доберешься на машине. Дороги вокруг Хита перекроют.

— Знаю, — сказал Майлз. — Мы поедем на метро.

— Я приготовлю поесть и выпить, а затем мы пешком направимся к Хиту.

Вернувшись домой под конец дня, я обнаружила сообщение от папы, что двадцать четвертого ноября день рождения Луи. «Думаю, мы поиграем с ним в Гайд-парке, а затем где-нибудь пообедаем. Только ты, я и Луи, — тактично добавил папа. — Рут будет на съемках в Суффолке».

Я включила «Радио-4», желая послушать шестичасовые новости. Опять вещали о банковском кризисе. Неожиданно представили Гая, и я выключила радио. Слышать его — все равно что находиться с ним в одной комнате.

Я поставила в духовку канапе, купленные по дороге, и стала собираться. Десять минут восьмого позвонил Майлз. Оказалось, Аллегра не сможет пойти, и потому Рокси тоже отказывается.

— И тут возникают некоторые проблемы, — произнес он.

— Но ведь Рокси шестнадцать лет — если она не хочет идти, то просто пару часов посидит дома.

— Она говорит, что не желает оставаться в одиночестве.

— Тогда пусть едет с тобой в Блэкхит.

— Ее не так легко убедить, — вздохнул Майлз. — Я пытался, но бесполезно.

— Майлз, я так ждала сегодняшнего вечера.

— Знаю… Послушай, я заставлю ее поехать со мной. Увидимся позже.

Без двадцати восемь их все еще не было. Поэтому я позвонила Майлзу и сказала, что, если они не появятся через десять минут, я пойду к «Деревенскому винтажу» и мы встретимся там. Без пяти восемь, пребывая в весьма подавленном настроении, я надела пальто и присоединилась к припозднившимся людям, торопящимся в Хит.

Идя по Тренквил-Вейл, мы видели лазерные лучи, рассекающие небо. Когда я прислонилась к стене магазина, музыку заглушили голоса отсчитывающих секунды людей:

— Четыре… Три… Два… Один…

БУМ! ТРАХ! ТАРАРАХ!!!

В темном небе распустились гигантские красочные цветы. Почему Рокси всегда мешает, а Майлз такой слабый?

БАХ!!! БАХ-БАХ!!! БАХ!!! Вспыхивали и гасли все новые «хризантемы». Я подумала о миссис Белл, которая смотрит на них из окна.

ПЫХ… ПЫХ… ПЫХ… Огненные шары взметнулись вверх, отсвечивая розовым и зеленым.

ТРАХ-ТРАХ-ТАРАРАХ!!! БУМ!!! Серебристые фонтаны каскадами падали вниз, и отлетающие от них искры становились голубыми, зелеными и золотыми.

Почувствовав, как завибрировал мой телефон, я надела наушник и прикрыла другое ухо рукой.

— Прости, Фиби, — послышался голос Майлза.

— Полагаю, ты не придешь.

— Рокси закатила грандиозный скандал. Я пытался уговорить ее, но она категорически отказалась. А теперь говорит, что я могу отправляться в Блэкхит один, если хочу, но, думаю, уже поздно.

Ж-Ж-Ж!!! Ж-Ж-Ж!!! УИ-И-И-И… Петарды спиралями разлетались во все стороны. В воздухе стоял едкий запах.

— Действительно поздно, — холодно согласилась я. — Ты все пропустил. — И захлопнула телефон.

БУМ!!! ТРАХ-ТАРАРАХ!!! БУ-У-У-М!!!