Приди ко мне, любовь - Лиза Клейпас

– Хит, – прошептала она, – единственный, кто мне нужен, – это ты. Никто, кроме тебя, не интересует меня. Никто!

– Я привез тебя в Конкорд только потому, что ты этого хотела, – в его тоне одновременно проскальзывали нежность и строгость. – Но я не расстроюсь, если никогда более не появлюсь здесь.

– Но ведь я выросла в этом городе, и иногда мне будет просто необходимо приезжать сюда. Конкорд вовсе не плохой, маленький городок…

Губы Хита сосредоточились на самом чувствительном месте ее шеи, голова Люси беспомощно упала ему на плечо.

– Ты была самой яркой его достопримечательностью. Только из-за тебя я проторчал здесь так долго.

Люси охватила приятная дрожь, и она улыбнулась:

– Это правда?

– После происшествия на реке и двух дней, проведенных с тобой, я решил подождать и посмотреть, насколько сильно ты привязана к Даниэлю.

– Надо заметить, что ты не только «ждал и смотрел».

– Но я же не мог совсем ничего не предпринимать!

– Полное отсутствие у тебя чувства меры и самоконтроля не может служить оправданием развала моей помолвки.

– И ты жалеешь об этом? – шепотом спросил он, целуя ее в уголок рта.

– Зачем ты спрашиваешь, если наверняка знаешь ответ.

Хит нежно улыбнулся и с большой неохотой – это было видно по глазам – вытащил руку из глубокого декольте ее платья:

– Отвечай прямо.

С неожиданной быстротой она ловко выскользнула из его рук и весело рассмеялась, когда попытка Хита снова пленить ее потерпела неудачу. Заняв позицию позади небольшого круглого столика, Люси оперлась на край и бросила на мужа насмешливо-дерзкий взгляд:

– Тебе так нравится приказывать…

– Но еще больше мне нравится, когда ты повинуешься моим приказам. – Он сделал ложный выпад с одной стороны стола и тут же выбросил вперед руку, чтобы схватить Люси с другой стороны, но той снова удалось ловко увернуться. Он без труда мог поймать ее, но решил продолжить игру. Наконец она, перебежав на другую сторону комнаты, встала там в победную позу.

– Я повинуюсь твоим приказам тогда и только тогда, когда сама хочу их исполнить, – выпалила она, отступая в угол при его приближении.

– Отвечай на вопрос, который я тебе задал, – скомандовал он нарочито хриплым голосом, нагоняя на себя угрожающий вид. – Ты когда-нибудь жалела о том, что вышла замуж за меня, а не за него?

Люси прижалась спиной к стене, в глазах ее плясали веселые огоньки; она хранила молчание, – Чем дольше вы станете упорствовать и молчать, миссис Рэйн, тем скорее настанет час расплаты и тем суровее будет наказание. Знаете, что я с вами сотворю? Я нашлепаю вас по вашей милой попке.

Люси дерзко хмыкнула в ответ:

– Долго же вам придется возиться со всеми этими нижними юбками, турнюрами, кринолинами, мистер Рэйн.

– Милочка, поверьте мне на слово, после преодоления всех тех трудностей, которые преграждали мой жизненный путь, справиться с вашим кринолином мне будет легче легкого.

– Как ты смеешь разговаривать со своей супругой в таком тоне, нахал! – воскликнула Люси. Но в следующее мгновение Хит уже подскочил к ней и обнял, намереваясь запечатлеть на ее губах пылкий поцелуй.

Внезапно их уединение было нарушено окликом из дверей:

– Люси? – Миссис Хозмер вся пылала от негодования. Она окинула пару гневным взглядом – хозяйке не нравилось, когда в ее доме кто-то уединялся. Во-первых, это был не лучший пример для ее сыновей-подростков. Во-вторых, поведение четы Рэйн не вписывалось в ее пуританские представления о нравственности и праведности. – Люси, только что пришел твой отец. Он ищет тебя повсюду. Я уверена, что Лукас Кэлдуэлл будет недоволен, если ты сейчас же не выйдешь к нему и не поздравишь с Рождеством.

– А я уверен, что он будет просто разъярен, – пробурчал Хит в самое ухо Люси, и она едва сдержалась, чтобы не рассмеяться.

– Благодарю вас, миссис Хозмер, – сказала Люси, выскальзывая из объятий Хита, с нарочитым упреком и недовольством глядя на него. – Мы сию минуту идем.

– Конечно, мы сейчас же идем, – эхом отозвался Хит, расплываясь в невинной улыбке младенца в ответ на подозрительный взгляд строгой миссис Хозмер. Когда та наконец удалилась из гостиной, на его лице появилось раздражение:

– Черт возьми, давай покажем твоему отцу, как плохо этот южанин влияет на его маленькую дочурку.

– Он вовсе так не думает. Он всегда обожал тебя за то, что ты спас его падшую дочь.

– А его дочь? Что она думает на сей счет?

– Она думает, что… – Люси помедлила с ответом, – что ее муж настолько невнимателен, рассеян и даже не обратил внимания, где стоит его жена – прямо под веткой омелы.

Раздался спокойный и чуть ленивый смешок Хита. Не отводя глаз от Люси, он протянул руку, сорвал омелу и спрятал маленькую зеленую веточку в карман.

– Этим я займусь немного позже, – сказал он, довольно улыбаясь.