Сладостное отступление - Кэтрин Коултер

Алекс заметил, что Джиана сначала обрадовалась его словам, но тут же снова засомневалась. Он вздохнул.

– Алекс, я…

– Оставь, любимая, – перебил он ее. -Я не силен в словах. Я – человек действия. – Он поцеловал ее в губы, ощутив на них привкус яблочного сока, который Джиана пила в парке. – У тебя такие нежные груди.

– Мне больно, – прошептала Джиана. – Мне так больно, что я едва терплю.

– Где? В животе? Или у тебя болит грудь?

– Везде. И такое впечатление, что к ногам привязаны гири.

Алекс снял с Джианы нижние юбки и внимательно осмотрел ее ноги в шелковых чулках с голубыми подвязками. Затем его взгляд поднялся наверх, на ее живот, в котором зрел его ребенок.

– Ты просто великолепна, Джиана.

– Хватит срывать с меня одежду! – возмутилась она.

– Меня всегда раздражает твое нижнее белье, – признался Сакстон.

Отступив в сторону, Алекс принялся раздеваться, зная, что она не сводит с него глаз.

– Алекс, ты настоящий Аполлон.

– Если вспомнить о твоей любви к Риму, то, думаю, это замечание надо принять за комплимент. – Алекс прижал Джиану к себе, и она прерывисто вздохнула.

– Мне кажется, я бы все время проводила таким образом.

Джиане в который раз пришло в голову, что будь она повыше, то лучше бы подошла Алексу, который принялся вынимать шпильки из ее волос, чтобы они рассыпались по ее плечам черной волной.

– Ты играешь со мной, Алекс, – обворожительно улыбаясь, произнесла Джиана. Она начала ласкать его.

– Джиана! – простонал он. – Остановись!

Алекс отнес ее на кровать и только улегся рядом, как тут же отскочил, словно ошпаренный.

– Что такое? – прошептала она, пытаясь прижать его к себе.

– Ребенок, – ответил Алекс. – Он ударил меня.

Джиана захихикала:

– Алекс, обещай мне, что ничего не скажешь доктору Дэвидсону, а то он умрет от стыда.

Но Алексу было не до смеха:

– Я слишком тяжел для тебя. – Увидев, что Джиана хочет возразить ему, Сакстон добавил:

– Не хочу, чтобы наш ребенок еще до рождения начал проклинать отца. – Алекс положил Джиану на бок. – Надо просто проявить изобретательность. Ведь можно все делать по-другому…

– Да, Алекс, – прошептала Джиана с блаженной улыбкой, двигаясь в такт с Алексом. – Вижу, и тебе нравится.

* * *

…Когда все было кончено и Алекс ласково поглаживал Джиану, она тихо промолвила:

– Но всегда ли будет так? Всегда ли я буду умирать от счастья в твоих объятиях?

– Постараюсь, чтобы ничего не менялось в худшую сторону, – пообещал он.

– Тебе надо побриться, – заявила она, поцеловав его в подбородок. – Мне вовсе не нравится, что ты царапаешь меня своей щетиной.

– Принцесса, – заговорил он, – обещай мне, что скажешь, если что-то огорчит тебя.

– По-моему, у меня депрессия.

– А по-моему, у тебя теперь нет причин расстраиваться.

– Пожалуй, ты прав, – сказала она ему на ухо. Погладив ее роскошные волосы, Алекс взглянул на ее сонное личико.

– Я не в силах изменить законы, Джиана.

– Нет, – ответила она. – Никто не в силах это сделать. Мужчины не позволят.

– Но мы можем просто не обращать на них внимания.

Джиана промолчала.

– Поспи, дорогая. До обеда еще часа два.

Джиана почувствовала, что по ее щекам опять покатились горячие слезы.