Это всегда была любовь - Никола Хотель

#happyme #bestcouple #couplegoals

В этот момент внутри меня что-то ломается.

Дженнифер…

Парень, который лапал меня, – ее друг. Ее друг… Мне становится плохо: начинает мутить, внутри все сжимается, горло перехватывает, я покрываюсь потом и начинаю дрожать. Это друг Дженнифер! Я, как рыба на суше, хватаю ртом воздух, цепляюсь за простыню. Вокруг меня все кружится так быстро, что я теряю ориентацию. Воздух! Мне нужен воздух!

Но его нет в комнате…

Внезапно мне становится страшно, что я могу умереть. Задыхаясь, дрожащими пальцами я пытаюсь достать телефон. Мне нужна помощь, но из-за дрожи не могу даже разблокировать смартфон, мое тело не подчиняется мне. Несколько минут я отчаянно борюсь с дыханием и телефоном.

Проклятье! Этого не может быть! Не может быть, чтобы закончился воздух! В этой комнате, кроме меня, никого нет.

Это просто страх, Обри, просто страх. Это не реально. Успокойся.

«Страх не может убить меня, нет никакой реальной опасности». Я повторяю эти слова снова и снова, «опасности нет». Лишь спустя вечность, мне удается успокоиться и отдышаться. Я считаю секунды, когда нужно сделать вдох, а когда выдох, считаю их снова и снова. Постепенно выпрямляюсь, и мои мышцы расслабляются. Я осознанно пытаюсь направить свои мысли на что-то хорошее и доброе: думаю об Айви, сестренке Мэй, о Ное и взгляде его зелено-камышовых глаз, улыбке и прикосновениях.

Наконец я успокаиваюсь, расслабляюсь и чувствую себя в безопасности. Мне удалось разблокировать экран телефона, и я прокручиваю контакты, которые повторно ввела всего несколько дней назад. Под буквой «Б» теперь записаны три номера с фамилией Блейкли:

Блейкли Ашер

Блейкли Айви

Блейкли Ной

Мой палец нажимает на имя Айви, надеюсь, что она ответит. Мне кажется, проходит целая вечность, и я уже собираюсь отключить телефон, как Айви внезапно отзывается. Услышав ее голос, я начинаю рыдать.

– Что случилось? – в панике спрашивает она. – Где ты? Еще в Нью-Йорке? Хочешь, я приеду?

– Нет, просто… – фраза прерывается очередным всхлипом, – я только что… я…

– Просто скажи мне, где ты! Я могу выехать прямо сейчас. Это… это займет всего пять часов. Постарайся быть на связи, я не оставлю тебя ни на минуту. Где ты? Где мне тебя найти?

Успокойся, Обри. Спокойствие.

– Я в гостинице, все хорошо, со мной ничего не случилось. Тебе, правда, не нужно приезжать сюда… я узнала, кто это был.

– Обри, ты меня пугаешь, – теперь и Айви начинает учащенно дышать.

– Человек с фотографии. Я нашла его в Instagram.

Рукавом я вытираю слезы, которые катятся градом. Немного успокоившись, наконец рассказываю Айви, что нашел врач, о следе наркотиков, которые были обнаружены в образце волос, рассказала, что ничего не пила и Тейлор подтвердил это. Я не потеряла контроль, кто-то отнял его у меня. В самом конце рассказываю о Дженнифер. Я не могу перестать говорить, но в какой-то момент замолкаю: мое горло пересохло.

– Все это кошмарно, – говорит Айви после моего отчаянного монолога. В ее голосе слышится ужас.

– Это все только усугубляет ситуацию. И я не могу поверить, что Дженнифер что-то знает об этом. Она не может быть с парнем, который делает подобное.

– Я тоже не верю в это… – откашливаюсь, чтобы избавиться от сдавливающего чувства в горле, а потом шепчу: – Но ведь она наверняка видела мою фотографию. Все видели, черт возьми! И если она… Она ведь должна была узнать руки своего друга!

Я бы узнала руки Ноя всегда и везде.

– Возможно. Но я не уверена. Она точно не рассматривала так пристально фотографию, как ты. Я не могу представить, что Дженнифер вместе с ним. Ты сказала, что фотография в Instagram две недели. Тогда это значит, что ее сделали незадолго до вечеринки. Если… она все узнала, может, они уже расстались.

– А если нет? Возможно, она думает, что я сама приставала к ее другу, и поэтому больше не разговаривает со мной. Она же понятия не имеет, что он дал мне наркотическое снотворное. О боже, когда я думаю об этом…

– Мы должны предупредить ее.

Я выпрямляюсь и толкаю ногой Эррола. Последняя запись бросается мне в глаза: «Плевать на все!» Но это не тот случай, когда надо на все наплевать!

– Ты права, если она ничего не знает, мы обязаны сказать ей, какой у нее криминальный дружок. Надеюсь, она не подумает, что я просто хочу навредить ей.

– Это ее дело, но мы обязаны предупредить.

Ситуация близка к отчаянию.

– Я так хотела закончить с этой историей, но, если начнутся обвинения, конца этому не будет.

– Нет, этого не случится, у тебя есть я. Мы переживем это вместе. Тебе не нужно разговаривать с Дженнифер, я сделаю это сама. Позвоню и все расскажу.

– Спасибо, Айви. – Я держу плечом телефон и вытягиваю руки и ноги. Теперь, когда моя лучшая подруга все знает и может помочь, я чувствую безграничное облегчение. Облегчение, усталость, волнение – все снова обрушивается на меня. – Спасибо тебе, Айви, за все.

– Давай еще поговорим, хорошо? Мы просто поболтаем до тех пор, пока ты не заснешь. Если нужно, я могу что-нибудь спеть.

– Пожалуйста, не надо.

Айви тихо смеется, и от этого звука я расслабляюсь еще больше. Мгновение мы молчим, а потом подруга начинает рассказывать о своем отчиме, о том, что она говорила с ним о Ное.

– Он по-прежнему не звонит и не пишет ему. Папа, правда, делает вид, что не придает этому значения, но на самом деле он расстроен и ему больно. Он наконец рассказал, из-за чего произошла их последняя ссора. Я лучше кого бы то ни было знаю, что Ричард совершил много ошибок в прошлом, но эта, определенно, не входит в их число. Мне очень хочется, чтобы Ной начал ему доверять.

– В чем Ной обвиняет его?

– Что папа… – она запинается, – поддерживает лучшего друга Ашера – Сэма.

– Сэм – это тот, который сейчас в Париже?

– Да. Он сын Хиллари, домработницы Ричарда. Она замечательная женщина. Ричард финансово помогает ее сыну в учебе. Это он оплатил Сэму билеты до Парижа, квартиру, взносы за обучение, в общем все.

– А Ною он так не помогает.

– Да, больше не помогает.

– Из-за того, что Ной бросил экономику и теперь изучает медиаведение? Ты считаешь, что это правильно?

– Это еще не все. Ной никогда особо не любил Сэма, а тут вообще высказал отцу, что сын домохозяйки – его незаконнорожденный ребенок.

– Он так сказал?

– Ну да, – подтверждает Айви, – отчим описал это так. Конечно, скорее всего Ной сказал: «Ты трахнул Хиллари» или что-то в этом роде, как он умеет выражаться.