Триумф нежности - Джудит Макнот

Она сделала шаг в его сторону. Рамон уставился на нее, новзгляд его блестящих черных глаз скользнул мимо, словно она была невидимкой.

— Я не уехала, — с трудом прошептала Кэти. При звуке ееголоса Рамон взлетел с постели одним гибким, вселяющим ужас прыжком.

Его лицо застыло в непроницаемой маске, а Кэти слишкомнервничала, чтобы понять что-нибудь в его настроении, за исключением того, чтоон был напряжен и, казалось, готов на нее броситься.

— Я не захотела уезжать, — запинаясь пробормотала она.

Рамон начал наступать на нее, Кэти медленно отступала.

— Падре Грегорио сказал, что обвенчает нас, — быстропроговорила она.

— Неужели? — спросил Рамон низким голосом. Он продолжалнаступать, а Кэти — пятиться.

— Я верну все, за что заплатила, в магазин, — прошепталаона.

— Неужели прямо сейчас? — мягко выдохнул Рамон. Кэтиэнергично кивнула, стукнулась о диван и начала обходить его.

— Я видела альбом Рафаэля, — задыхаясь, объяснила она. —Если бы ты мне сказал, кто ты на самом деле, я бы поняла, почему ты не хотел,чтобы я платила за что-то сама. Я бы послу… — она споткнулась на слове, —послушалась тебя.

— Я вижу, ты выучила новое слово, — усмехнулся Рамон.

Кэти ударилась о столик с лампой и боком обошла его.

— Я наполню дом растениями, суматохой и детьми, — отчаяннопообещала она.

Она задела за стул, мешающий отступлению, и паника охватилаее.

— Ты должен выслушать меня! Я боялась стать твоей женой,потому что чувствовала, что ты что-то скрываешь от меня, но я не понимала что,а у Дэвида…

Рамон сократил дистанцию, и Кэти вытянула руку, пытаясьотгородиться от него.

— Пожалуйста, выслушай меня! — выкрикнула она. — Я люблютебя!

Он обхватил ее за плечи, с силой притянул к себе,запрокидывая голову Кэти назад. Она оказалась настолько близко, что смоглаувидеть свое отражение в его горящих глазах. Они были полны ею и любовью к ней.Любовью настолько всепоглощающей, что Кэти утонула в этом чувстве.

— Ты любишь меня, — повторил он странно-грубоватым голосом.— И ты думаешь, что, если ты скажешь мне, что любишь меня, я позабуду всеостальное и прощу тебя?

— Да, — прошептала Кэти. — Я думаю, ты можешь.

Только на этот раз.

— Только на этот раз, — пробормотал он в безумной радости, иу него дрожала рука, которую он медленно поднял, чтобы пригладить густыезолотистые волосы.

Он издал звук, который был наполовину стоном, наполовинусмехом, когда его пальцы утонули в ее волосах.

— Только на этот раз? — повторил он, как если бы это быловеличайшим из всех высказываний, и его другая рука прижала ее к себе, а егогубы приникли к ее губам в безумном поцелуе.

С пьянящим восторгом, словно у нее внутри взорвалсяфейерверк, Кэти обвила руками его шею и ответила на его поцелуй. Она прижаласьк его могучему телу, и Рамон задрожал от счастья. Его руки ласкали ее плечи испину, а затем спустились ниже, прижимая ее бедра к своим.

Он отнял свои губы от ее губ и начал покрывать торопливымипоцелуями ее глаза, шею.

— Скажи мне это еще раз, — хрипло приказал он.

— Я люблю тебя, — страстно сказала Кэти. — И ты мне нужен… ия хочу тебя… и я…

Рамон жадно поцеловал ее, заглушая ее слова и унося с собойв мир, где не существовало ничего, кроме их пламенных тел. Он целовал ее еще иеще, до тех пор, пока Кэти не застонала от жгучего и томительного желания.

— Пойдем в постель, querida, — жарко пробормотал он.

Кэти коснулась дрожащими пальцами его груди. К безумномуразочарованию Рамона, прекрасная женщина в его объятиях очень мягко сказала:

— Нет.

— Да, — прошептал он, уже наклоняя голову, чтобы с помощьюпоцелуя преодолеть ее сопротивление, но в это время она покачала головой.

— Нет, — повторила она. Улыбнувшись, она объяснила сзадумчивым сожалением:

— Эдуарде не хотел, чтобы я встретилась с тобой один наодин. Он отпустил меня сюда только потому, что был уверен, что тебя здесь нет.Я не вернулась сразу, так что он сейчас придет, чтобы защитить меня от твоегогнева.

У Рамона сошлись брови на переносице, и Кэти погладила егоплечо и улыбнулась.

— Есть еще две причины, по которым я хотела бы подождать.Первая — мы должны поговорить. Ты просил меня о честности, настаивал на этом, асам морочил мне голову. Я хочу понять, почему ты так делал. Рамон неохотнослегка ослабил объятия.

— А другая причина?

Кэти печально посмотрела мимо него:

— Завтра день нашей свадьбы. Мы и так уже долго ждали. Ну ипадре Грегорио…

Рамон взорвался от хохота и сжал ее в своих объятиях.

— Когда Эдуарде, Мигель и я были молоды, мы верили, что еслимы сделаем что-нибудь плохое, падре Грегорио посмотрит нам в глаза и сразу жеузнает об этом.

Он повел ее к дивану и усадил к себе на колени, обняв заталию.

— И это удерживало вас от плохих поступков? — поддразнилаКэти.

— Нет, — усмехнулся он. — Но это мешало нам получать от нихудовольствие.

В тускло освещенной гостиной, которую она убрала для него,Рамон так просто, как смог, объяснил Кэти, почему вводил ее в заблуждение, ирассказал, как события дня круто изменили их планы на будущее. Она слушаларассказ о Сиднее Грине, и ее это очень забавляло. Она разбиралась и в бизнесе,и в психологии бизнесмена. Но еще до того, как он закончил, восторженное,приподнятое настроение Кэти слегка поблекло.

— Кэти, что-то не так? — нежно спросил Рамон. Кэти огляделауютную комнату, в которой они находились:

— Ничего особенного. Просто я буду скучать по этому дому, ая могла бы быть здесь так счастлива. Рамон мягко поднял к себе ее лицо:

— Другие дома тебе понравятся намного больше. Кэти нахмурилаброви в замешательстве:

— Я думала, что все дома и остров заберут банки.

— Это все еще не факт, — сказал Рамон. — Банкиры нюхом чуютнеудачника, они набрасываются на него, требуя гарантий, что свою долю ониполучат. Но если неудачник сможет выкарабкаться, то их поведение изменяется.Они будут ждать и наблюдать, будут размышлять, какую пользу они извлекут, еслия опять буду процветать, как в прошлом. Мои юристы из Сент-Луиса рассказывают,что Сидней Грин кричит всем подряд, что я погубил его как бизнесмена. Банкирыуслышат это и задумаются, что, возможно, недооценили моего влияния. Онипродолжат кружить и наблюдать, но вскоре начнут пятиться от меня подальше.Когда я возобновлю строительство небоскреба в Сент-Луисе, чикагские банкирыполучат прибыль, и тогда им придется дать мне ссуду, чтобы я завершилстроительство небоскреба в Чикаго. Так что, — заключил он, — у тебя будут идома, и слуги, и…