Все на продажу - Кэндес Бушнелл

Она продела руки в обсыпанный блестками синий бюстгальтер и повернулась к маленькому зеркалу. Увидев в руках костюмерши Мэри силиконовые подкладки для груди, она сказала:

— Мне и без них хорошо.

— Их все носят.

— У меня и так размер "С", куда же больше!

— У всех других моделей грудь будет больше. Вы хотите им проигрывать?

— Мэри, — весело проговорила Джейни, — вы видите прямую взаимосвязь между ростом фондового рынка и размером женской груди?

Этот вопрос ей задал Крейг за обедом накануне, после чего; состоялся пятнадцатиминутный разговор о мужчинах, женщинах к деньгах. Пока Джейни излагала свои взгляды, Крейг молча слушал. Такого внимания Селден никогда к ней не проявлял. Ничего удивительного: Крейг был настоящим интеллектуалом, а настоящие интеллектуалы всем отдают должное, за всеми признают право иметь собственное мнение, умеют терпеть и слушать. А Селден… По мнению Крейга, Селден был ренегатом, изменившим своей среде. С этим Джейни не хотелось соглашаться.

Мэри отчаянно замахала руками.

— Что я понимаю в фондовом рынке? Думаете, у меня столько денег, чтобы ими швыряться? — Она подступила к Джейни с под кладками на ладонях, и та позволила ей вложить холодный силикон в чашки бюстгальтера, из-за чего они приподнялись под вызывающим углом.

— Теперь я выгляжу как персонаж мультфильма, — пожаловалась Джейни. — Я вообще подумываю, не удалить ли мне из груди имплантаты. Что скажете, Мэри?

Мэри отнеслась к этому, как к угрозе самоубийства.

— И мечтать об этом не смейте! Вы загубите свою карьеру. А какой пример вы подадите другим женщинам?

— Джейни! — позвал Уолтер Спек, возникая среди плечиков с одеждой. Джейни покосилась на Мэри, та закатила глаза и со гласно кивнула. — Ты знаешь, что говорить: ты в восторге от «Тайны Виктории», тра-ля-ля… Ты страшно рада, что женщины благодаря тебе начинают больше любить самих себя…

— Прямо так и начинают? — бросила Джейни.

— Надеюсь, ты будешь паинькой. — Уолтер уже тащил ее в угол, где была приготовлена камера. — С меня хватит неприятностей с Евой. Вы, старушки, вечно бунтуете. После тридцати начинаете воображать, что у вас в голове завелись мозги.

— А вдруг и впрямь завелись? — засмеялась Джейни. Усевшись в предложенное ей кресло, она откинула голову, чтобы очередная гримерша припудрила ей лицо. — Успокойся, Уолтер. Я все равно собираюсь завязать. У меня другие интересы.

— Только не это! — простонал Уолтер.

— Что ж, Джейни… — Журналистка была энергичной блондинкой лет двадцати пяти, совершенно заурядной, хотя и работала на телевидении. — Через четверть часа вы предстанете перед тысячами людей… почти обнаженной!

— Совершенно верно, — ответила Джейни таким тоном, слов но эта перспектива была ей скучна.

— Вы совсем не нервничаете? — проверещала блондинка. — Я бы ни за что не согласилась, сколько бы мне ни заплатили!

Джейни сочувственно на нее взглянула, подумав, что дело как раз в том, что ей никогда за это не заплатят…

— Я отношусь к своему телу как к произведению искусства, — сказала она. — Для модели ее тело — то же, что для живо писца — его картина.

— Надо же! — воскликнула интервьюерша. — Никогда не считала моделей художницами. Теперь я стану относиться к ним с еще большим уважением.

Джейни наградила ее широкой неискренней улыбкой.

— И — вопрос, который мы задаем всем участницам показа. В вашей подготовке к сегодняшнему шоу было что-нибудь особенное?

— Как будто нет. — Не рассказывать же этой дурочке об инъекциях коллагена в губы, о клизме и прочем! — Все как обычно. Утром я встречалась со своим агентом, потом обедала с хорошим другом — Крейгом Эджерсом. Это имя произвело ожидаемое действие.

— Крейг Эджерс?! — взвизгнула интервьюерша. — Знаменитый писатель? О чем вы с ним беседовали?

— О соотношении курса акций и представлений о совершенстве женской фигуры, — ответила Джейни как ни в чем не бывало.

Интервьюерша посмотрела на нее непонимающе, но быстро опомнилась.

— Что ж, сегодня нас ждет потрясающее зрелище. Большое спасибо, Джейни. Вы очень умная модель, вы вдохновляете со временных женщин.

— Очень неплохо! — похвалил Уолтер, уводя Джейни под руку от камеры. — Особенно мне понравилось про обед с Крейгом Эджерсом. — Он остановился и нахмурился. — Ты не выдумываешь? Журналисты, разнюхивающие скандальные новости, с радостью в тебя вцепились бы…

— Что ты! — успокоила она его. Она наврала только про дату, но это ее нисколько не тревожило. Главное, у нее был ленч с Крейгом. Все знали, что пресса вечно всё перевирает.

— Ты дружишь с Крейгом Эджерсом? — спросил Уолтер. — Недурно! Кстати, где вы с ним обедали?

— В «Динго», где же еще? — небрежно ответила она.

Прием после показа мод устроили в ночном клубе «Лотос». Джейни появилась там под руку с Селденом, в сопровождении Мими и Джорджа. Жмурясь от вспышек фотокамер, она думала о том, что наконец-то вознаграждены все ее мучения: она достигла триумфа. Она была уверена, что ни одна из моделей не удостоилась таких аплодисментов, как она, и наслаждалась мыслью, что стала центральной фигурой шоу. На приеме ее сразу обступили многочисленные доброжелатели; она увидела сестру и Диггера, переставших волновать прессу — ведь они не расстались. Неподалеку стоял Комсток Диббл. После разговора с Джорджем он и его адвокаты перестали беспокоить Джейни. Осмелев от побед этого дня и зная, что он не посмеет закатить скандал в таком месте, тем более что она была общепризнанной звездой, она решила с ним разобраться.

Диббл болтал в баре с актрисой Венди Пикколо. Венди была малюткой, росточком не более пяти футов, что делало ее в глазах Джейни попросту невидимкой. Не обращая на нее внимания и изображая детское изумление, Джейни воскликнула:

— Комсток! Сто лет тебя не видела! Ты перестал мне звонить.

Комсток обернулся с сердитым видом, но, как она и ожидала, сумел сохранить самообладание. Быстро оправившись от удивления, он лениво проговорил:

— Тебе не дозвониться. Ты стала такой знаменитостью, что уже не находишь времени для старых друзей.

— Для тебя у меня время всегда найдется, Комсток, ты ведь знаешь.

Он отвернулся, чтобы отпить из своего бокала; возможно, он надеялся, что Джейни уберется. Но его ждало разочарование: она стояла на прежнем месте и высокомерно улыбалась, как будто намекала, что не боится его. Пришлось задать вопрос, что у нес новенького.

— Признаться, мне нравится быть замужем. — Джейни по смотрела на Венди, приглашая ее принять участие в беседе.

— Я знаю, кем вы теперь стали. — Казалось, до этого мгновения Джейни нисколько не интересовала Венди. — Вы — жена Селдена Роуза.