Яшмовая магическая академия. Драконий словарник - Наталья Валенидовна Колесова

— Здорово, что Артур так вовремя научил меня играть, — заключила, шмыгая носом, Мира, — а то и не знаю, что бы я сегодня делала!

Тай внезапно отцепил от себя ее руки и поднялся — устал сидеть рядом на корточках, ревет, наверное, уже целую вечность! Глянул сверху.

— Всенепременно объяви ему благодарность! И за то, что попала в Комнату Страха — тоже. Вставай, пошли, пока нам обоим штрафы не начислили.

— Ой, да, пошли! Криспин, а как же ты меня…

Но парень уже повернулся к ней спиной и пошел по коридору, хоть и не так стремительно, как обычно — Мира догнала его без труда. Темнота, наступающая на пятки, и подрагивающая под ударами призраков дверь Комнаты Страха тоже способствовали скорости передвижения. Да и шли они недолго: Коридорный хоть и не показывался на глаза, но старательно реабилитировался; через какие-то десять минут они уже поднимались по лестнице в общежитие.

Спохватившийся Криспин сунул Мире подобранную в дороге туфлю, которую так и нес от самой Комнаты. Проворчал:

— Если ты таким образом пыталась найти своего принца, то сильно прогадала!

— О, спасибо, а я уж думала, совсем потерялась туфелька! — Мира попыталась сунуть в обувь озябшую ногу, покачнулась, теряя равновесие, и вдобавок ко всему еще и пересчитала бы собой все ступени главной лестницы, не подхвати ее Книжник вовремя.

— Да что ж такое! — рявкнул вконец выведенный из себя парень — так громко, что клыкастые нетопыри, вкрадчиво планировавшие с капителей колонн на одинокую ночную парочку, моментально вернулись обратно и притворились архитектурными деталями. — Уже и стоять не может нормально!

Наклонился, а потом с тяжелым вздохом опустился на одно колено, надевая туфлю — изумленная Мира осторожно придерживалась за его твердое плечо: да уж, принц из Книжника никакой — вряд ли тот примерял хрустальный башмачок найденной возлюбленной с таким раздраженным ворчанием! После крепко схватил ее за руку и потащил за собой по оставшимся лестничным пролетам с такой силой и скоростью, что она еле успевала переставлять ноги, но протестовать не решалась — у каждого есть свой предел, и Книжник его уже практически достиг.

Тай отпустил Мирину руку только на этаже общежития. Дежурный преподаватель, расположившийся с книжкой в холле, оглядел запоздавшую парочку поверх пенсне. Осведомился:

— Это и есть та вещь, которую вы потеряли, Криспин?

— Она самая, профессор, — буркнул тот нелюбезно и бросил Мире: — А Нортону скажу пару ласковых, даже за собственной девушкой проследить не в состоянии!

Мира вскинулась:

— Да я вовсе не его!..

— Меня это совершенно не интересует!

И Криспин скрылся в мужском крыле. Мира чуть не затопала вослед ногами: да что ж ее никто, ну совершенно никто не хочет слушать! Но, поймав любопытный взгляд профессора, поспешно поклонилась и с пожеланием доброй ночи убралась к себе в комнату.

Баронесса преспокойно спала. Вот времена настали: нисколько не волнуется, даже из любопытства не поинтересуется, где же соседка пропадала столько времени после отбоя! Мира не стала раздеваться — и Амариллис опасалась разбудить и очень перемерзла. Не только потому что в Страшной Комнате было очень промозгло; хотя и удалось переключить внимание призраков со своей персоны на карточную игру, все равно они понемногу вытягивали из нее тепло. Просто так уж они устроены, питаются энергией и жизнью живых…

Мира была готова к пугающим воспоминаниям: да уж, облик некоторых обитателей Комнаты позабудется еще не скоро! Но вместо этого вдруг представился темный на фоне распахнувшейся двери силуэт Книжника с искрящимися огнем руками; твердая грудь под рубашкой, в которую она совершенно беззастенчиво рыдала; осторожно похлопывавшая по спине горячая ладонь; то, как Криспин, ругаясь, обувал ее; как, ни на секунду не отпуская, вел за руку по лестнице… Всё тепло и сила, что из нее высосали призраки, вернулись к ней от огненного мага сторицей.

Лесовичка уснула на удивление быстро. Еще и с улыбкой на губах.

Глава 17

Узнавание

Сегодня он не пришел.

Да и придет ли еще вообще?

Наверное, именно поэтому госпожа ректор поднялась в таком меланхолическом настроении. Мерзкий зимний дождь пополам с мокрым снегом настойчиво бился в стекла, словно просил пустить погреться. В коридорах Академии наверняка завывает ледяной ветер.

В комнате тоже было сыро и холодно. Зажегши щелчком пальцев огонь в камине, она побрела в ванную, зябко кутаясь в мерзко же холодный шлафрок. А как тепло, даже горячо было в его объятьях! А если еще и просыпаться вместе с ним по утрам, настроение было бы гораздо лучше…

Женщина одернула себя: начинаешь скучать по тому, чьего лица даже не видела?! Просыпаться вместе — на что оно тебе? Тем более что рядом с ним уж точно не выспишься… А бессонные ночи крайне скверно сказываются на здоровье и красоте.

Однако любовная бессонница, судя по отражению в постепенно запотевающем от тепла зеркале, наоборот, прекрасно влияет на женскую внешность, права многоопытная целительница! Глаза сияют, на щеках здоровый румянец, хоть ты его белилами теперь замазывай, полураскрытые губы яркие и сочные. Хм, пожалуй, она совершенно не против продолжить эти ночные тренировки. Хотя и дневные-вечерние тоже не были бы лишними.

И утренние, да-а…

Ее мысли как будто подслушали! Отвернувшись от окончательно запотевшего зеркала, Марго внезапно угодила в объятия невесть откуда взявшегося полностью обнаженного, горячего и влажного «инкуба». Он мгновенно прижал ее лицо к своей твердой груди (вот примета — высокий!), женщина вдохнула знакомый запах, а ее собственные руки уже жадно исследовали твердые мышцы его плеч, спины, ягодиц… Впрочем, и он не отставал, как будто они не встречались целые годы и ужасно соскучились. Обоюдное нетерпение росло, вскоре стало совершенно не до нежных ласк и объятий. И опять поняв без слов, мужчина резко развернул ее к стене. Опершись обеими руками о мраморную столешницу раковины, она подавалась навстречу ударам его