Высокий, сильный, опасный - Хизер Грэм

Взмах ножа. Нож, разрезающий воздух…

И тут же рядом с собой она ощутила какое-то движение. Кто-то остановился около нее, совсем близко, едва не задевая. Она затаила дыхание и молилась, чтобы ее не выдали удары сердца…

Закрыла глаза, стиснула зубы. Секунды бежали, но вот движение возобновилось, однако теперь шаги направлялись в противоположную сторону от нее, дальше, дальше…

Она ждала. Казалось, прошла целая вечность.

– Дженнифер?

Голос Дага. Он звал ее.

– Почему здесь темно? – возмущенно спросил другой голос, сердитый и взволнованный. Она узнала. Конар.

В тот же миг помещение залил свет. В дальнем конце, рядом с выходом, стояли Конар и Даг.

Они увидели ее.

– Кто-то, – начала она, задыхаясь, – кто-то только что был здесь…

Они удивленно смотрели на нее.

– Здесь было полно народу, Джен, – невозмутимо заметил Даг, не понимая, какое отношение это имеет к тому, что она стоит здесь, трепеща от страха. – Джо Пенни и Энди строго приказали не пускать в павильон посторонних. Но ты ведь понимаешь, даже при закрытых дверях такой род съемки требует, чтобы на площадке присутствовали люди. И поэтому здесь находились оператор, осветители, Нилл, который отвечал за реквизит, два продюсера, режиссер, сценарист, то есть я, и Конар, потому что он… хм-м… потому что он – Конар. Получается немало людей, даже при том, что мы сократили до минимума. Но большинство из них все еще… где-то здесь.

Конар молча всматривался в ее лицо. Как только он двинулся к ней, она повернулась и пошла взять свои туфли.

Он не сводил с нее глаз. Стоя на одной ноге, она пыталась всунуть другую в туфлю.

– Кто-то гнался за мной, – проговорила она, не поднимая глаз, – и я думаю, у него был нож.

– Джен, все это твое воображение. Ничего удивительного, мы только что снимали сцену в душе, – пытался успокоить ее Даг.

Конар быстро наклонился туда, где стояли ее туфли.

– Посмотрите-ка, – сказал он и выпрямился, вертя в руках нож, тот самый, который использовали в сцене.

– Кто-то сыграл с тобой злую шутку, – нахмурился Даг.

– Неужели? – пробормотала она. Колени не слушались, она не думала, что это была шутка.

– Хочешь, я поищу вокруг? – вызвался Конар.

Она хотела спросить его, где Лайам. Но и Даг знал, что Лайам предположительно был здесь, следя за съемками и наблюдая за людьми, которые в них участвуют. Почему же он ничего не заметил?

Конар не дождался ее ответа. Он, казалось, был настроен решительно. Обошел каждый уголок, осмотрел весь павильон, передвигая ящики с аппаратурой, но все безрезультатно.

– Конар! – позвала она.

– Что? Я ничего не могу найти.

– И не найдешь. Кто бы тут ни был, он ушел еще до того, как ты зажег свет. Пойдем отсюда, мне нужно успеть в госпиталь.

– Я пригласил Лайама заехать попозже и обязательно расскажу ему, что произошло.

Ну что же, ей тоже есть что рассказать детективу Мерфи. Она едет с Дагом. Конар – следом за ними.

Когда они вошли в палату Эбби, она не спала и выглядела замечательно. Просто вся светилась. Дрю Паркер сидел около ее кровати. Они тихо о чем-то беседовали. Дрю серьезно взглянул на Дженнифер и затем задумчиво на Конара.

«Поищите потайную лестницу», – предупреждал он Дженнифер.

Дрю встал.

– Я позволю вам троим поговорить с Эбби, но только несколько минут, – сказал он. – Скоро принесут ее снотворное.

Эбби улыбнулась, поймав беспокойный взгляд Дженнифер.

– Я здесь по-настоящему отдыхаю, – заверила она дочь.

– Может, стоит поменять и те лекарства, что ты принимаешь дома? – предложила Дженнифер.

– Дженни, я не собираюсь проводить всю оставшуюся жизнь, пичкая себя лекарствами и лежа в постели, – мягко заметила Эбби.

Дженнифер не ответила, глядя на ее руки.

– Ну как прошла сегодняшняя съемка? – меняя тему, поинтересовалась мать.

По какому-то негласному уговору никто из них, рассказывая о съемках, не упоминал о сцене в душе. Даг шутил, говоря о том, какие ужасы выпали на долю Натали Валентайн. Бедная девочка была беременна и никак не могла сообразить, кто же отец.

– Мы можем отснять миллион миль пленки, раскручивая только эту тему, – радостно потирая руки, произнес Даг, при этом его глаза, обращенные к Эбби, округлились, а брови изогнулись дугой.

Эбби заливалась смехом, наслаждаясь беседой.

– И что же, она теперь всегда будет беременна или только несколько недель?

– Во всяком случае, весь следующий месяц. Мы действительно немного отошли от первоначального замысла, меняя главную линию в зависимости от сезона, поэтому я точно не знаю. Но я абсолютно уверен, что это будет по-настоящему увлекательно.

– И скандально, – поддержала Эбби.

– Дай Бог, чтобы все скандалы ограничились «Долиной Валентайнов», – вздохнула Дженнифер.

Появилась медсестра, та же самая милая девушка, что и в предыдущий вечер. Дженнифер неохотно поднялась. Собираясь идти, она крепко обняла мать.

– Я так люблю тебя, мама.

– Я тоже, Дженнифер. Ты не должна выходить…

– Дженнифер носу из дома не высунет в одиночестве, – заверил ее Конар. – У нее есть я и Даг, Дрю и Эдгар. И полицейский, который все время дежурит около дома. Не говоря уже о Леди.

– И Риппер в моей комнате, – не без сарказма заключила Дженнифер.

– А что? Он рычит, как тигр, – рассмеялся Конар.

– Шутки шутками, и все же… Будьте осторожны.

– Обещаем, – сказал Даг, взяв под козырек.

Эбби покорно приняла лекарство, и медсестра проводила их из палаты.

Дженнифер снова сидела в машине с Дагом, Конар следовал сзади, а Дрю замыкал кавалькаду.

Когда они добрались до дома, Мэри уже ушла, но Эдгар давно вернулся и приступил к своим обязанностям. Он приготовил баранину, тушенную с луком и картофелем. Дивный аромат возбуждал аппетит, и все поторопились в столовую, где был накрыт стол. Еда и правда оказалась очень вкусной. За обедом они обсуждали сцену в душе, предварительно взяв слово с Дрю Паркера не выдавать повороты сюжета. Даг защищал продюсеров, а Дженнифер кипятилась, доказывая, что не следовало снимать эту сцену.

– Вы думаете, что Голливуд собирается отказаться от фильмов ужасов? – скептически усмехнулся Даг. – Ужастики, триллеры? Никогда. Так же как и мы стараемся придумать все более головокружительные ходы. Людям полезно впрыснуть чуть-чуть адреналина.