Испытание богов - Дана Мюллер-Браун

Ты не такая, как те, что превращают свою жизнь в тупик. Ты намного больше. Тебе просто нужно найти себя, Сари. Так же, как ты нашла меня и мою душу за моим лицом. Лицом, которое ты любишь больше, чем свое собственное. Теперь пришло время тебе пожить для себя.

Мои губы дрожат. Последние слова и подпись Ярруша я вижу размыто сквозь пелену слез.

– Тебе восемь лет, – шепчу я, словно напоминая брату об этом. Как будто он стоит здесь, передо мной. Моя грудь горит, а затем рыдание вырывается из горла, и я чувствую, как рот сжимается, а слезы прожигают веки словно кислота.

Прикосновение к плечу заставляет меня вздрогнуть. Я сразу понимаю, что это Киран и что он тоже читал. Не задумываясь, я поворачиваюсь к нему и прижимаюсь лицом к его груди. Киран касается моих волос и нежно гладит их, пока у меня не останется слез.

Я не должна думать о словах Ярруша, потому что иначе меня охватит глубокая печаль, способная утащить в пропасть. Вместо этого я пытаюсь сделать то, чего брат хочет от меня. Стать тем человеком, которого он видит во мне. Таким же бойцом, как мой предок.

Я перелистываю первую страницу в его дневнике и смотрю на рисунок Ярруша. Это мой портрет. Моя кожа мерцает, а глаза сияют голубым светом. Я быстро листаю дальше и читаю записи, среди которых есть вырванная из книги страница.

– Персерес – носитель жизни, – читаю я вслух то, что написано там. – Перс те лифбриг, король нового мира. – Я сглатываю, вытираю слезы и продолжаю читать.

Когда боги пришли изгонять альбов, они сожгли землю, убили каждое существо и каждое растение. Альбы сбежали, но не нашли плодородной почвы и знали, что умрут.

Но один из них был Талисманом жизни, который мог оживлять мертвое. Альбы позвали его, и он пришел, положил руку на мертвую землю и оживил ее.

Альбы сделали его своим королем, но они не собирались сдаваться. Они хотели вернуть свои земли. Самые могущественные Теневые маги и Праведницы создали маски смертных, которые скрыли их мерцающую кожу и большие глаза.

Персерес собрал альбов и двинулся в ледяную страну Эмзы, которая считалась самой ужасной и бессердечной из богов.

Однако когда Персерес встретил ее и увидел ее израненную душу, в нем пробудилось сострадание. Эмза была предана мужчиной, которого любила, и поэтому в ее королевстве все застыло и жизнь остановилась.

Персерес и Эмза полюбили друг друга, и Эмза родила ребенка. Но потом обнаружила, что ее новая любовь тоже обманула ее и на самом деле была альбом. Она изгнала его и хотела лишить жизни своего ребенка, но Персерес забрал его с собой. Эмза разгневалась больше прежнего и снова объединилась с другими богами, чтобы найти и убить потерянных наследников.

Гнетущая тишина наполняет маленькую хижину.

– У нас есть армия, – беззвучно выдыхаю я и наконец осмеливаюсь поднять глаза.

Киран, Ред и Медиса удивленно пялятся на меня. Смотрят так, будто я вдруг стала кем-то другим. Да, они смотрят на меня так, как это всегда делал Ярруш. Потому что я поняла наконец-то, что именно дремлет во мне. Мне под силу возродить Королевство голубого льда.

– Нам нужно в Эмзу. – Я встаю и серьезно смотрю на остальных.

– Ладно, – кивает Ред, подходя ко мне. – Но сначала отдохни одну ночь. Последний экзамен состоится через два дня у Врат смерти. В этот момент монарх будет слабее всего, и мы нанесем удар.

Голос Реда не допускает возражений. Поэтому я киваю и бросаю взгляд на Кирана, окутанного странным молчанием.

– Мы не можем здесь оставаться. Монарх будет искать нас, – вмешивается Медиса.

– Я знаю кое-кого, кто нас укроет.

Мы все смотрим на Кирана, который впервые за долгие часы заговорил.

– Ты… знаешь кое-кого? – спрашиваю я раздраженно, потому что у него на самом деле больше нет воспоминаний.

– Медиса сохранила это воспоминание для меня, – говорит Киран, прикусывая нижнюю губу, как будто объяснение доставляет ему дискомфорт. – Давайте пойдем туда.

Перед тем как покинуть хижину, я убираю книги Ярруша и беру свои кастеты и оружейный пояс.

На улице тепло, как это часто бывает в Голассе, и я замираю на миг, подставляя лицо солнцу. Увы, наслаждаться им нет времени. Вопреки здравому смыслу и своему сердцу я оставила Ярруша у монарха. Я предала себя, а еще Кирана, и теперь мне нужно найти способ освободить его.

Мы движемся по золотым лесам, в обход столицы, и бежим весь день, пока не наступают сумерки и Лечебница света не предстает перед нами, как огромный золотой замок.

Я недолго колеблюсь, потому что воспоминания об этом месте ужасны. Я была еще очень маленькой, когда заболела паротитом, и моя Марра оставила меня здесь одну на целую неделю. Она не навещала меня, потому что ей нужно было кормить грудью и успокаивать Ярруша.

– Все в порядке? – голос Кирана звучит слишком холодно для этих сочувственных слов. Возможно, он ощущает связь между нами, или это просто жалость.

– Да, – говорю я.

Тени от деревьев служат нам укрытием, пока мы добираемся до опушки леса, где Киран уходит чуть вперед. Темнота почти душит меня. Она пугает. Я боюсь, что наш мир обречен на гибель. И прежде всего из-за мрака, который живет в Киране и никогда не исчезнет.

Я беспокойно оглядываюсь по сторонам, и Медиса нежно касается меня, чтобы успокоить.

– Все будет хорошо.

– Как ты можешь это говорить? Мы на пути к замерзшей земле. Я должна разморозить ее, чтобы все живые существа оттуда последовали за мной на войну.

– Звучит как эпическое приключение, – смеется Медиса, щипая меня за щеку. – Ты была права. Ты нашла себя, Сари из дома Лакар.

Она протягивает мне засохший лист, а затем решительно кивает. Я сжимаю губы и закрываю глаза. Во мне что-то растет. Это моя сила. Она течет по венам через все тело и заставляет его дрожать. Услышав громкое дыхание Медисы, я открываю глаза.

Моя кожа сияет, а вены светятся золотом. Листок в моей руке ожил.

– Тебе просто нужно сделать то же самое с целым королевством, – говорит Медиса, улыбаясь, когда я напряженно дышу и цепляюсь за дерево. Откуда мне взять столько сил?

Мерцание в лечебнице привлекает наше внимание. Мы