Для вкуса добавить карри, или Катализатор для планеты - Лина Мраги

Макс ужом обвился вокруг меня и уткнул морду в шрам на ключице. «Как у него так получается?» Потом глубоко вдохнул, и по шкуре побежали золотые искры. Завораживающее зрелище…

– Целый день хотел это с-с-сделать… – и он нежно лизнул меня в шею. – У меня тож-ж-же очень с-с-странное отнош-ш-шение к тебе, Кари… И я тож-ж-е ничего не понимаю… Открою тебе с-с-секрет…

– Опять священная тайна ангалинов?

– Нет, никакая не с-с-вящ-щ-щенная тайна. Это мой с-с-секрет, личный…

– Тогда другое дело, очень интересно…

Он продолжал говорить мне почти в ухо, не глядя в глаза:

– Я с с-с-самого детс-с-ства хотел быть… человеком. Мои с-с-сверстники мечтали стать героями, великими охотниками, защ-щ-щитниками рода или сос-с-стоять в с-с-совете Ангалина Рекса. А братья вс-с-се как один лелеют тайную надежду, что когда-нибудь отец выберет кого-то из них. Меня же вс-сё это никогда ос-с-собенно не привлекало. Меня вс-с-сегда интерес-с-совали люди. Отец давно з-заметил эту мою с-с-странность и поэтому с ранней юнос-с-сти начал привлекать ко всем делам, с-с-связанным с людьми, обучать, объяснять… Так что я, ес-сли мож-ж-жно так сказ-з-зать, человечнее других ангалинов. Ты первая, кому я это рассказал… с-с-сам…

Его слова оказались очень приятным откровением. Я поделилась своими тайнами, и Макс не остался в долгу, тоже раскрыл свой секрет. Значит, доверяет. И я ему верю.

– Прос-с-сти… Я буду с-с-стараться не з-з-злиться так… Хорош-ш-шо?

– Хорошо. Кто-то про ванну говорил или ты забыл?

Он ослабил хватку:

– Ты первая…

– Так вода будет не совсем чистой…

– Я хочу пахнуть тобой…

Осталось только развести руками. Пока я плескалась, Макс разжёг камин и даже подсвечники на стене, а потом приполз ко мне, никакой задвижки в туалетной комнате не было.

– Ты не мог бы подождать за дверью, я сейчас вылезу.

– Почему? Стесняеш-ш-шься? – Зелёные глазищи были хитрые-прехитрые, и улыбка на клыкастой пасти очень походила на похотливую.

– Да, стесняюсь. Ты всё-таки мальчик… Подай лучше полотенце и отвернись хотя бы…

Он выполнил мою просьбу и, хмыкнув, закрыл глаза:

– Я не подглядываю, вылез-з-зай.

Я обернулась мягкой тканью и пошлёпала в комнату допивать чай. Купался он долго. Хотелось набраться наглости и пойти посмотреть, чем он там занимается столько времени, но я решила не рисковать, мало ли что, после таких откровений…

Лёжа на кровати, я закрыла глаза. Мозговой сидел за столом и что-то писал.

– Мемуары строчишь?

– Кари, девочка моя! Наконец-то ты ко мне заглянула, – профессор вскочил и кинулся обниматься. – Ну, хоть бы рубашку какую надела, что ли…

– Ой, прости… я… вот балда! – оказывается, я как была в полотенце, так в библиотеку и заявилась. – Может, схожу накину что-нибудь…

– Ну уж нет! А то опять пропадёшь! Я уж как-нибудь твой полуголый вид переживу.

Мы дружно расхохотались. Он уселся на кушетку, а я забралась с ногами к нему под бок и уткнулась носом в бархатный халат:

– Я соскучилась…

– Я тоже…

– Макс достаёт своими психами… Мозг, что происходит?

– Ты о чём, дорогая?

– Ну я же вижу… Между мной и Максом что-то происходит. Искры летят в буквальном смысле…

– А ты не поняла до сих пор?

– Страшно подумать…

– Любовь…

– Даже язык не поворачивается повторить…

– Почему? – он обнял меня и прижал к себе.

– Ну как почему, Мозг?! Он же ангалин! Ящер! Рептилия!

– И что?

– Как что?!

– Кари, успокойся, всё нормально, – голос профессора был так спокоен и нежен, что возмущаться расхотелось.

– Вот что тут нормального, объясни? Я ничего нормального не вижу!

– Вы разные только физически, а в остальном… просто мужчина и просто женщина, которых влечёт друг к другу. Только вы оба пока напуганы своими чувствами, не принимаете их… разумом, пытаетесь отрицать, хотя глубоко внутри себя уже всё знаете…

– Так что… Мне надо замуж за него выходить?

Профессор взорвался хохотом. «Нет… Ну что такого я сказала?!»

– Кари! Я с тобой рискую получить диагноз смехоистерик первой степени! – он смеялся, смахивая слёзы. – Зачем сразу замуж?! Хотя… – он всё никак не мог успокоиться, – это неплохая идея, принц всё-таки…

Я насупилась, плотнее закуталась в полотенце и отвернулась. Вскоре профессор отсмеялся и полез в знакомый шкафчик.

– Сегодня у меня есть вино, красное. Так и быть, налью тебе бокальчик.

– Сам пей своё вино…

– Так… Не капризничай. Ты ведёшь себя сейчас как Макс, только ему простительно, а тебе – нет. Пей! Тебе нужно… – и протянул хрустальный бокал.

Я выпила залпом, почти не чувствуя вкуса. Мозг налил второй:

– Этот выпей медленно, – тон не терпел возражений.

Вскоре мне полегчало: внутреннее напряжение спало, и где-то в груди расслабилась натянутая прежде пружина. Я выдохнула.

– Ну как? Легче?

– Да, спасибо. Ты, как всегда, умеешь успокоить… И что теперь делать? Как себя вести с ним? А если Макс приставать начнёт, ну в физическом смысле?..

– Не начнёт. Он же не идиот и не извращенец. Он прекрасно знает, что физиологически вы не совместимы. А эти обнимашки, искры, поцелуйчики… – и профессор махнул рукой, лукаво улыбаясь, – да на здоровье! Надо же, хоть немного, давать выход чувствам и эмоциям. Я вот тоже обнимаю тебя и целую, но это почему-то никакого возмущения у тебя не вызывает…

– Ну ты… Ты – это ты.

– А вот почему?

Я совсем не знала, что ответить. Не думала как-то в таком ракурсе.

Мозг улыбнулся, гладя меня по руке:

– Вот и подумай как-нибудь на досуге, почему…

Через секунду я открыла глаза. В комнате темно, только в камине светятся красные уголья. Я так и лежала завёрнутая в полотенце, но уже прикрытая одеялом. Рядом распахнулись два зелёных глаза.

– Как ты догадался, что я проснулась?

– Почувствовал… Ты вз-з-здрогнула… Что-то прис-с-снилось?

– Да. Я была в гостях у одного профессора… Мы пили красное вино и разговаривали.

– Кто такой профессор?

– О… Это такой очень умный и мудрый человек. Он учёный, занимается наукой, разными исследованиями…

Голова придвинулась ближе и ангалин прошептал:

– Ты кое-что обещ-щ-щала…

– Что?

– Рассказать, кто такой З-з-змей Горыныч…

И я начала рассказывать… Сперва Макс слушал как ребёнок, затаив дыхание, потом стал вопросы задавать, потом комментировать. В результате, к рассвету, разговор превратился в дискуссию на тему: «Морфологические характеристики Змея Горыныча и других мифических рептилоидных существ, в частности, драконов, великих полозов, царевен (принцев) – лягушек, огненных саламандр и так далее. Особенности их поведения и развития, а также частота и подобие упоминаний о них в сказках и легендах разных народов Земли». Прямо тема для диссертации какая-то получилась!

Змей Горыныч Максу очень понравился. Он никак не мог поверить, что Змей летает, выдыхает огонь и, главное