Перья - Оливия Вильденштейн

– Если бы я был более благородным человеком, я бы позвонил Ашеру и заставил его увести тебя от меня. И держать подальше.

– Даже не вздумай, – решительно прошептала я, запуская пальцы в его влажные локоны и захватывая его губы, прежде чем он смог произнести что-то такое же ужасное.

Его теплая кожа пахла эвкалиптом и цветами апельсина. И это напомнило мне о том, где он был. Бушующая во мне буря разыгралась с новой силой. Я хотела перекрыть каждый след того бассейна и чужих тел своим ароматом.

– Что мне с тобой делать?

Из-за его хриплого голоса мой неровный пульс стал еще быстрее.

– Не отталкивать меня.

– Хорошо.

Наши лбы все еще соприкасались. Джаред подталкивал меня все дальше и дальше, пока мои ноги не уперлись в край его кровати с балдахином.

Я опустилась на матрас.

– Ложись, Перышко.

Хорошая девочка во мне – та, которая выросла на строгих учениях офанимов, – немного разволновалась. Другая же девочка – которая поглощала любовные романы, как сладости, – подчинилась. Я отодвинулась еще дальше, прежде чем выпрямиться.

Джаред наблюдал за мной, мои натянутые нервы зазвенели. Будто в замедленной съемке, он опустился сверху и стянул тонкие бретельки моего платья с плеч. Он прижался губами к моей шее, обжег поцелуями ключицу, отодвигая шелковистую ткань в сторону, пока моя грудь не почувствовала прохладный воздух. Затем он немного приподнялся, чтобы насладиться моим обнаженным телом.

– Я бы спросил, все ли ангелы так же прекрасны, как ты. Но я их видел, и черт возьми, никто из них не стоит хоть одного твоего перышка.

Мои глаза закатились, когда Джаред обвел языком один из моих сосков. Моя спина выгнулась от спазма удовольствия, и я выдохнула:

– Джаред.

Опираясь на свои предплечья, он потянулся ртом к другой моей груди и облизал затвердевший сосок.

Из-за этого точно должно отпасть перо. Может быть, одно и упало.

Я бы все равно не почувствовала из-за накрывшей меня волны удовольствия. Джаред проложил дорожку из поцелуев между моими ребрами вниз, рыча, когда встречал сопротивление. Поднявшись на колени, он попытался снять с меня кожаный пояс, но его нетерпеливые пальцы никак не могли с ним справиться. Я оттолкнула его руки и расстегнула ремень сама. Джаред тут же стянул его с моей талии. Но вместо того чтобы бросить на землю, он зажал пояс между пальцами. Его темные глаза вспыхнули так, что у меня по коже побежали мурашки.

– Ты доверяешь мне, Перышко?

Я кивнула.

Джаред взял одно из моих запястий и обмотал его кожей, затем проделал то же самое с другим и туго затянул. Я наблюдала, как он прикрепил пояс к одному из столбиков своей кровати, прежде чем завязать красивый узел, конец которого он вложил мне в рот.

– Один рывок, и он ослабнет.

Его хриплый голос заставил меня сглотнуть. Джаред провел пальцами вниз по моему телу, стискивая в кулаке ткань на моей талии. Он спустил мое фиолетовое платье вниз по ногам, его отполированные ногти ласкали мои бедра.

На моем теле остался только клочок кружева, но по взгляду Джареда я подозревала, что и кружево не задержится надолго.

Однако я оказалась неправа.

Мужчина не стал его снимать, просто провел костяшками пальцев по материалу. Моя кровь застыла в жилах, когда он повторил это сводящее с ума движение.

Его взгляд был сосредоточен на кружеве. Джаред просунул один палец под влажный материал и отодвинул его. В течение бесконечного мгновения он изучал мое обнаженное тело, и меня охватила паника.

Но затем его пальцы начали двигаться, а его голова опустилась к моим бедрам. И моя неуверенность растворилась, как крупинки сахара в кипятке. От первого прикосновения его языка мои бедра дернулись, а кожа загорелась.

Джаред спустился ниже по кровати, устраиваясь поудобнее, затем закинул мои ноги себе на плечи, сдвинул кружево в сторону и нежно поцеловал мое блестящее естество.

Я выплюнула кожаный шнурок, чтобы отдышаться. Но это не помогло. Я поперхнулась воздухом, и мой позвоночник снова выгнулся дугой, кожаные путы впились в запястья.

Милые херувимы… Семеро не стали бы ждать, пока у меня отвалятся крылья. Они бы срезали их прямо с моей спины.

Джаред увеличил напор. Застонав, он уничтожил своим умелым языком те немногие клочки невинности, за которые я все еще цеплялась.

– Джаред! – я ахнула, балансируя на грани небытия.

Он замедлился, водя языком по мне, и взглянул вверх. Свет от моей кожи отразился в его глазах.

– Да, Перышко?

Я подняла голову с кровати и, должно быть, бросила на него чертовски сердитый взгляд, потому что он усмехнулся. И этот звук чуть не заставил меня пересечь черту.

Джаред замурлыкал, прижимаясь ко мне, и мной овладело неистовое желание шлепнуть его. Это была пытка, и он знал это. Он наслаждался этим.

– Ты злой, – пробормотала я.

– Я говорил тебе это все время.

Я закрыла глаза, восхитительные ощущения безжалостно таяли. Я чуть не заплакала от разочарования, но промолчала, потому что он продолжил рисовать ленивые круги, которые становились все меньше и плотнее, пока не нацелились только на одну крошечную выпуклость.

Оргазм взорвался во мне, заставив мои веки и губы широко раскрыться. Не уверена, закричала ли я или только ахнула. Но если я только ахнула, то это, несомненно, был самый громкий вздох в истории вздохов. Настолько громкий, что, вероятно, преодолел границу между мирами и заполнил уши каждого ишима.

После того как острое удовольствие сошло на нет и Джаред вернул кружево на место, реальность и здравомыслие обрушились на меня.

– Сколько перьев я потеряла?

Нахмурившись, Джаред поднял голову и осмотрел смятые простыни, затем приподнял мою спину с матраса и запустил одну из рук под меня.

Складка на его лбу разгладилась, а затем блестящий рот растянулся в обворожительной улыбке.

– Ни одного.

Глава 45

Этим вечером моя клетка стала немного шире.

Эта мысль заполнила мое сознание, когда Джаред ослабил путы на моих запястьях.

Его ухмылка и дьявольский блеск в глазах подсказали мне, что его сознание работает на гораздо более грязной частоте.

– Надеюсь, тебе это понравилось так же, как и мне. Потому что я планирую практиковать это постоянно, – Джаред облизнул губы, и пульсация у меня между ног усилилась.

Кончики моих пальцев начало покалывать, когда кровь хлынула обратно в мои руки, а затем закололо мои щеки, хотя кожаный шнур не был затянут вокруг моего горла.

Прежде чем я успела что-то сказать, Джаред наклонился