Зверь - Селина Аллен

– Если любовь подразумевает, что ты должна ломать кого-то, подгоняя под свои идеалы, а когда он не соответствует им, обвинять в этом, то это не любовь. Я никогда не стану актрисой и никогда не буду моделью, я не собираюсь худеть под какое бы то ни было платье, и я не буду больше с мужчиной, которого не люблю, чтобы угодить тебе. – Мои глаза наполнились слезами, но я смахнула их, чтобы мама не заметила этого. – И уж точно я не виновата в том, что родилась, в том, что твоя карьера не удалась, и в том, что у тебя нездоровые отношения с алкоголем. Смирись, черт возьми, и стань уже взрослым человеком, а не застрявшей в восьмидесятых пустоголовой старлеткой!

Линда вздернула подбородок, глубоко оскорбленная моими словами, и взглянула на меня очередным обвиняющим взглядом.

– Ты воспринимаешь все в штыки…

– Нет! – крикнула я. – Это ты не слышишь меня. Если и дальше надеешься общаться со мной, то прекрати говорить, что ты хочешь для меня лучшего, прекрати давать мне советы и оценивать каждое мое действие, прекрати винить меня в своих неудачах! В противном случае ты потеряешь меня навсегда.

Мне тяжело было говорить это, мое сердце сжималось, ведь какой бы ни была Линда, она всегда будет моей матерью. Но она разрушает меня, я не могу жертвовать собой ради ее мнимого благополучия.

– Посмотри правде в глаза, – немного успокоившись, сказала я, – свою новую уродливую собаку ты любишь больше, чем меня.

Мама ничего не ответила, лишь поджала губы и отвернулась. Дрожащий Бэрон на ее руках жалобно заскулил, словно чувствовал напряжение в машине, даже таксист стал как-то странно поглядывать на нас. Он точно не ожидал, что станет свидетелем семейных разборок.

В тишине мы добрались до моей квартиры. Я оставила там маму и Бэрона-третьего. Сама же привела себя в порядок, переоделась и направилась к Максу домой.

Глава 32

Перри

Я постучала в дверь и стала ждать. Через двадцать секунд постучалась еще раз, затем еще и еще. Через минуты три он открыл дверь.

– Макс, нам нужно поговорить, – твердо сказала я.

Зверь встретил меня враждебным взглядом, он явно не хотел говорить со мной.

Только сейчас я заметила, что он был по пояс голым, его волосы были мокрыми, а кожа груди переливалась от влаги. На бедрах низко сидели домашние черные штаны. Пауэлл был после душа, стоял и смотрел на меня. Ничего не говорил, не пропускал в квартиру. Тогда я решила взять это на себя. Легко коснулась двери и попыталась войти. Он не сдвинулся с места.

– Что такое? – спросила я. – Ты не один?

Мои легкие сковало спазмом от мыслей, что сейчас он мог быть с девушкой, со своей бывшей, например. Но можно ли его винить в этом?

– Спрашиваешь, нет ли кого-нибудь в моей постели, пока сама решила остаться с Дарреллом? – сердито усмехнулся он.

– С ним покончено, мама знает правду.

Макс никак не отреагировал на это, словно ему было все равно.

– Можно войти? – тихо спросила я.

Он колебался несколько секунд, затем отошел в сторону, пропуская меня вперед.

Зверь был холоден. Однако я не отчаивалась. Под моим свитером и джинсами был потрясающий набор кружевного красного белья, он не устоит, я точно знаю.

Дверь за моей спиной захлопнулась. Макс прошел мимо, даже не взглянув на меня, и сел на диван. По телевизору шел матч – американский футбол.

Я проследовала за ним и села рядом.

– Не знала, что ты любишь смотреть футбол, – сказала я, дотрагиваясь кончиками пальцев до его шеи.

Он повернул голову в мою сторону.

– Нужно было чем-то занять свободный вечер, пока ты ужинала в компании матери и парня. – Злится и ревнует.

– Я все объясню, и я здесь. Прости, но этот вечер все равно нужен был мне, чтобы наконец понять, что я могу и должна отвечать только за свою жизнь. – Мои пальцы перебирали пряди волос, касающиеся его шеи сзади. Он не отстранялся, но и моих прикосновений, казалось, не замечал. – Не злись, прошу.

В ответ молчание.

Кажется, его сильно задели мои действия.

Еще бы! Я ведь выбрала вечер с Дарреллом и мамой как раз тогда, когда он подтвердил, что мы пара.

– Ты был в душе, собирался спать? – спросила я.

Снова молчание.

Он старательно делал вид, что смотрит матч по телевизору. Так он вел себя в те дни, когда я только появилась в «Скале». Холодный и отстраненный, незаинтересованный во мне. Но сейчас я знала, что все это лишь фасад.

Я убрала руку с его шеи, затем схватилась за края свитера и стянула его с себя, откидывая в сторону. Он слегка повернул голову, скользнул взглядом по моей груди в кружевном полупрозрачном лифе, зрачки его расширились от увиденного.

– Жарковато, тебе не кажется?

Он не ответил.

– Ладно, – пожала плечами я, а затем опустилась на пол и расположилась между его колен. Мои руки стали гладить крепкие бедра, так и не поднимаясь выше. Я чувствовала, какой горячей была его кожа даже сквозь тонкую ткань домашних штанов.

Дыхание Макса потяжелело. А когда я коснулась его пресса, царапая каждый мышечный кубик, он напрягся и схватил меня за плечи.

– Что ты делаешь? – хрипло спросил он.

Хватило всего пары секунд моих прикосновений к его телу, чтобы весь его барьер, самоконтроль и холод стали трескаться и распадаться в пыль.

Я улыбнулась краешком губ и взглянула на него исподлобья.

– Извиняюсь, – пожала плечами я. Затем взяла резинку для волос с запястья и стянула волосы на затылке в хвост. – Я знаю, как ты любишь мои волосы, но сейчас они немного будут мешать.

– Тебе не нужно извиняться, – заторможено ответил он.

– Ты ведь хотел, чтобы я уважала себя и делала то, что нравится мне, не так ли?

Я стянула с себя бюстгальтер, моя грудь моментально покрылась мурашками, а соски затвердели, приковывая к себе все внимание Макса. Он тяжело сглотнул, не отрывая взгляда от моей наготы. Я поднялась и быстро стянула с себя джинсы, оставаясь в одних трусиках.

– Да, – выдохнул он.

Приблизившись к его прессу, я начала осыпать поцелуями теплую кожу, пальцами поглаживая местечко над резинкой штанов.

Макс уже не пытался делать вид, словно ему не нужно это, словно ему не нужна я. Все было написано в его глазах, потемневших от вожделения. От каждого моего поцелуя его пресс напрягался, а выпуклость в штанах становилась все больше.

Мне хотелось увидеть его всего. Сейчас же!

Я потянула резинку штанов и приспустила их вместе с боксерами. Он помог мне избавить его от одежды полностью. Я немного отстранилась, села на пятки и нетерпеливо оглядела его обнаженного, ведь до этого мне не удавалось как следует рассмотреть его тело.

– После известия об изменах Даррелла я была у врача, я здорова, просто к