Ну, здравствуй, жена! - Татьяна Геннадьевна Абалова

- Возможно, - Цессир устало потер лицо. - Но я не удивлюсь, если у нашей «вечной невесты» имелись свои глаза и уши в замке. Должна же она была как-то контролировать твою жизнь?

- Выходит, дочь Кулака стала свидетелем убийства?

- И поплатилась...

Мужчины помолчали.

- Нет, я все-таки не понимаю, - лорд Ханнор нервно отошел к окну, посмотрел через стекло пустыми глазами и, вернувшись назад, встал за стулом Гаррона. - Ну подставила Дэйте Джулию, и что с того? Строн исчез, жена тоже... Ей какая выгода?

- У некоторых женщин случается истерика. Раз не достался ей, то не достанешься никому, - Гаррон развернулся в сторону Изегера. - Опять без строна, опять изгой ...

- И даже если Джулию найдут, то будут считать, что на строне кровь, а такой родовой амулет никому не нужен... - продолжил мысль лорд Цессир. - Ни одна женщина из правящих кругов не захочет надеть на шею родовой амулет с печатью смерти...

- Но Дэйте точно будет знать, что на нем нет крови, а значит... - Гаррон в возбуждении даже встал со стула.

- И вполне возможно, она будет единственной, кто смилостивится над неудачником и подставит шею для брачного обряда, - лорд Цессир не жалел Изегера, хотя видел, как тот задержал дыхание. - Джулию сожгут, Магистр благословит Дэйте и тебя на новый брак, отхватив еще с десяток зерен саара, а ты займешься долгожданным наследником, не подозревая, что его мать - убийца. И еще будешь ей, спасительнице, пошедшей на жертвы, благодарен.

- Только Дэйте не учла одного, - мрачно произнес лорд Ханнор, - я ни за что и никогда не женюсь на ней. Сдохну в одиночестве, но не женюсь.

- Надо было тебе все восемьдесят лет твердить ей это, - лорд Цессир откинулся на спинку кресла. - А ты церемонился. Молчанием и добрососедскими отношениями давал надежду.

- Да вроде говорил... как-то... когда мне было шестнадцать... или двадцать шесть?

- Все, что мы сейчас навыдумывали, без признания убийцы не значит ровным счетом ничего, - Гаррон качнул ногой. Свет свечи отразился в начищенных до блеска башмаках. - Это лишь наши домыслы. И до тех пор, пока ты, Изегер, не вернул свой строн...

- Свою жену...

- Хорошо. И до тех пор, пока ты, Изегер, не вернул свою жену, враг не сделает следующий шаг. А он у нас о двух головах.

- Леди Витро... - Изегер не смог скрыть отвращения, произнося имя Дэйте.

- И Магистр, - добавил Гаррон.

- Срубим одну голову, вторая сама отвалится, - лорд Цессир хлопнул ладонями по столешнице. - Все. Расходимся. Вы двое - искать Джулию, я - копать под двуглавого змея.

- Куда держим путь? - Изегер протянул Гаррону амулет перемещения.

- В бордель? - улыбнулся сын лорда Цессира. - Но! Но! Я пошутил, - он увернулся от несильного удара кулаком. - Нам нужно на южную эльфийскую границу. Кое-что разузнать и разнюхать.

- Зачем туда?

- Мы с отцом думаем, что Джулия у урийцев. И там ее, не в пример тебе, холят и лелеют.

- В смысле?

- У дикарей есть легенда, что силу их степи вернет зеленая девчонка, то есть твоя жена. Поэтому и говорю, давай смотаемся в бордель, послушаем одну «фею», которая сладко поет о прорицательнице и ее предсказании.

- Чушь какая-то! Почему Джулия зеленая?

- Сам узнаешь. Ну так что? Бордель или эльфийские пограничники?

- Бордель.

Слепой лодочник доставил их к лестнице, широким языком тянущейся от белого замка до пристани.

- Ты здесь впервые? - Гаррон с наслаждением втянул горный воздух. В столице пахло прокисшими водами Сытой реки.

- Да, как-то шлюх и в соседней деревне хватало.

- Не называй здешних девушек шлюхами. Рта не откроют. Даже для услады языком. Они у нас феи.

Изегер ошеломленно посмотрел своего спутника.

- Самые настоящие? С крыльями? - он видел фей в одном из миров. Их улыбки завораживали, делали круглым дураком. Его обчистили там на раз. Еле ноги унес.

- Нет у них никаких крыльев. Просто называй их феями, чаровницами, красотками, на худой конец сучками, но все остальное под запретом. Обидятся. Должно быть у женщины хоть какое-то достоинство...

Дверь ответила колокольчиком, а сзади по воде гулко ударили весла.

- Сучки, привет! - громко поприветствовал Гаррон и со всех сторон к нему устремились феи, чаровницы и красотки.

- Гаррон! Гаррон! А что ты нам сегодня принес?

Агридец выставил на стол корзину, которую тащил с собой от самой столицы.

- Шоколад, девули мои милые, - он расцеловывался с каждой из них. Кого-то похлопывал по попе, кому-то подул в ушко, а у кого-то, не стесняясь, помял грудь.

- Что сегодня? - «феи» потянулись к подарку, и только сейчас Изегер заметил, что девушки не видят. Их ладони шарили по столу, пока не наткнулись на корзину.

- Они слепые? - шепнул он Гаррону, целующемуся с бледнокожей эльфийкой на которой из одежды была лишь прозрачная юбка. Грудь она закрывала руками.

- Угу, - подтвердил тот, не отрываясь от рта «феи».

- Сегодня опять шоколад? - капризно надула губы черная как смоль кабуссинка. - Опять из Фиртоффа? Мы соленое не любим, правда, девочки?

- Нет, - Изегер, приподняв крышку, с удивлением воззрился на русские названия на этикетках. - «Аленка», «Вдохновение», «Коркунов»...

- Вдохновение! Вдохновение! Ах! Вдохновение! - защебетали «феи» и быстро разобрали шоколад.

Гаррон появился через полчаса, на ходу застегивая рубашку. Нежная эльфийка, все так же стыдливо прикрывая грудь, присела рядом с девушками, которые и для нее припасли «Аленку». Российский шоколад явно им нравился.

- А ты почему не пошел?

- Я пошел. Но только не затем, зачем ходил ты. Вот, познакомься, Ктуся. Бывшая служанка леди Витро.

- Ага, - Ктуся откусывала горький шоколад и жмурилась от удовольствия. - Я от леди Дэйте сюда сбежала. Здесь лучше. Никто кнутом по спине не хлещет из-за того, что я глазки чужим лордам строю.

И показательно похлопала длинными, густо накрашенными ресницами.

- Вот так в точности все и было, - признался лорд Ханнор.

- Так ты с ней переспал?

- Не сейчас. Три года назад.