Wild Cranberry - Юлия Герина

— Просто супер.

— Ну вот! — Глупая надежда в моей груди распахнула свои малюсенькие крылышки. — Приглашаю тебя на ужин. Только представь себе, тихая музыка, в твоих руках бокал вина…

— Ты никогда не сдаешься, да, Ветров?

— Я всегда выигрываю. — И противореча сам себе, зачехлил крылья обратно.

— Ну-ну. Просто имей в виду, что в данном случае ты не можешь ни выиграть, ни проиграть, так как не участвуешь в гонке.

И, толкнув меня плечом, эта зараза вышла из переговорной.

Очень интересно, а кто же тогда участвует? Уж не рыжий ли таракан? Видимо, прихлопнуть его все же придется и притом срочно. Дьявол! Доведет она меня скоро, честное слово!

27

Аромат скошенной травы и цветущего сада наполнял мои легкие, пока я нежилась на своих любимых садовых качелях рано утром в субботу. Неделька выдалась та еще, и сейчас мне были просто необходимы эти минуты тишины и покоя.

Помимо большого количества текущих задач, Ветров со Зверевым достали меня во время наших ежедневных встреч, один своими домогательствами, другой — изворотливостью и враньем. Плюс в среду пришлось съездить за Марком, чтобы в четверг, потеряв половину рабочего дня, отвезти его в травмпункт и снять гипс. Вернувшись с ним вчера вечером около десяти часов в Солнечное, я просто рухнула в кровать, даже не поужинав, и проспала почти десять часов.

Солнце вовсю припекало, и я, лёжа в тени тента, снова задремала. Но недолго я наслаждалась тишиной и покоем. Это так прекрасно начавшееся утро было испорчено возмущенным голосом отцовской помощницы и ответным брюзжанием Марка. Приоткрыв один глаз, в распахнутом окне второго этажа увидела макушку братца и услышала, как Светлана Владимировна отчитывала его за беспорядок.

— Марк, уже два дня, как тебе сняли гипс, ты вполне сносно передвигаешься. Во всяком случае по своей комнате так точно. Неужели тебе сложно убрать вещи в шкаф?

Мальчишка что-то нечленораздельно промычал.

— Я помогала, пока ты был ограничен в движениях и твои руки были заняты костылями. Но сейчас, Маркуша? Сегодня мне некогда заниматься уборкой в твоей комнате, мне нужно приготовить по просьбе твоего отца форшмак, хумус и пирожки, а это займет много времени!

— Ну так и делайте свои пирожки, я-то тут причем? — возмущался поганец.

— Ты же знаешь, у нас сегодня гости, которые могут заглянуть и к тебе в комнату!

Это они о чем? Я оторвала голову от любимой подушки с вышитыми на ней котятами, приподнимаясь на локтях. Мои уши превратились в локаторы, четко улавливая каждый звук, доносящийся из комнаты Марка.

— Я не могу позволить тебе позорить отца перед нашими соседями, — тем временем продолжала папина помощница. — Будь добр убраться.

— Хорошо, я все уберу, обещаю. — В голосе Марка появились заискивающие нотки. — Только вы мне пообещаете, что вместо супа накормите меня в обед пирожками.

— Ах ты ж маленький обжора. Так и быть, но только если в комнате будет стерильная чистота. А это значит, не забудь про пылесос.

— Договорились.

В наступившей тишине я завалилась обратно на подушку. Просыпающийся мозг начинал потихоньку переваривать полученную информацию. О чем они только что говорили? Какие гости? Какие пирожки и хумусы? Какие соседи?

Уже не медля, сорвалась с места и пулей понеслась в комнату Марка. Залетев в открытую дверь, в последний момент успела перепрыгнуть через растянутый шнур пылесоса.

— Салют! — Марк сосредоточено утрамбовывал скомканные вещи в шкаф.

— Ты в курсе, каких гостей мы сегодня ждем?

— Ну да. — Он резко, с грохотом задвинул дверцу, чтобы запиханные кое-как вещи не успели вывалиться. — Иосиф с родаками.

Твою мать!

— Когда ты узнал?

— Так вчера за ужином они меню обсуждали. А ты что, не в курсе?

— Я? Нет. — Картина папиного вероломства начинала проясняться. — И что решили?

— Ты о чем?

— О меню.

— Кажется, объединить еврейскую и русскую кухню.

— Ясно. — Развернулась, с раздражением хлопнув ладонью по двери, и вышла из комнаты.

Все ясно! Объединить они решили, а! Кухни! Главный вопрос, только ли кухни. А может быть, заодно и нас с Иосифом? Ну папа!

На кухне Светланы Владимировны работа кипела. Сама повариха месила тесто, а ее подельничек что-то помешивал в кастрюле на плите.

— Катя! Доброе утро. Ты что это сегодня так рано? Суббота же. — Отец был просто сама невинность. — Могла бы поспать.

— Не спится что-то. — Демонстративно осмотрелась вокруг. — Запахи вкусные разбудили. Что готовим?

Заговорщики быстро переглянулись.

— Да вот, — отец заметно занервничал, — Светлана Владимировна решила пирожки испечь с мясом и яйцом с луком, ну и так, по мелочи ещё…

— М-м-м, а по какому поводу, стесняюсь спросить?

Включила кофемашину и под звук перемалываемого кофе следила за отцом, который снова переглядывался со своей помощницей и то ли пытался придумать, как преподнести мне столь прекрасную «новость», то ли как переложить на Светлану Владимировну столь почетную миссию.

Через минуту, выбрав второй вариант, он дернул бровями, побуждая сообщницу объяснить мне происходящее.

— Катенька, в прошлые выходные вас не было, а мы ходили к Иосифу на новоселье, вы же в курсе?

— Рада за вас. Надеюсь, все прошло хорошо?

Села за стол, поставив перед собой чашку с кофе, и подперла подбородок ладонью, изображая внимание. Они снова переглянулись.

— Просто прекрасно! — вступил отец, давая передышку своей слегка взмокшей помощнице. — Родители Иосифа оказались замечательными людьми, ты скоро сама в этом убедишься.

— Не думаю, что мне это нужно. Главное, чтобы вам было комфортно с соседями, не так ли?

— Так ли, так ли. — Голос отца потерял задор.

— Михаил Федорович прав. Наши новые соседи чудесные люди. Мама Иосифа, Дина Абрамовна, доктор химических наук, уже на пенсии и увлечена разведением кактусов и суккулентов. А отец, Давид Соломонович, профессор физики, преподает в каком-то престижном вузе. Они с вашим отцом очень быстро нашли общий язык.

— Все ясно, яблоко от яблони недалеко