Измена за изменой - Ария Тес

- А нет?

- Я их даже в губы не целую, моя сладкая девочка. Тем более, куда-то еще.

- То есть…хоть это между нами эксклюзивно?

Адам прищуривается, а я пользуюсь моментом и не менее ловко отталкиваюсь ногой от матраса. Переворачиваю нас - не хочу давать ему карт-бланш даже в выборе позы!

Обхватываю его член и направляю в себя. Резко подаюсь бедрами - Адам откидывает голову на подушки и громко стонет.

Вот так.

- Я тебя ненавижу, - шепчу глухо, он кивает, впиваясь в мои бедра пальцами.

- Знаю.

Сука. Знаешь, значит? Прекрасно.

Снова подаюсь на него, чтобы ощутить каждый сантиметр, ведь мне нравится ощущать его внутри себя.

Как будто правильно.

И пусть в этом акте нет ничего правильного и нормального.

- Я думала… - дыхание сбивается от волны удовольствия, - Что ты хотел сделать меня такой, как они, разве нет?

Адам распахивает глаза. Мгновение и я уже лежу на лопатках, а он подается в меня также резко и до конца.

Порочный круг. Мы снова поменялись ролями…

- Ты никогда не будешь такой, как они, Рассвет.

Еще один толчок, лишающий голоса. Я просто не успеваю сообразить, как он наращивает темп, сгребая меня в охапку. Остается только хватать воздух пересохшими губами и хвататься за его спину.

Чтобы хотя бы немного остаться здесь. И в сознании желательно…

Тем временем его губы явно имеют другие мысли на этот счет.

Он целует меня везде и будто сразу! Мои губы, которые он прикусывает, подбородок, шея, где останется пара следов этой ночи…плечи, грудь.

Черт, я почти…я так близко…

Задыхаюсь.

Мышцы напрягаются сильнее. Внизу живота пылает. Комнату наполняет звук ударов наших бедер, его тяжелого дыхания, моих стонов…нас. Мы оседаем микроскопической пылью на мебели, полу, стенах. Мы остаемся в воздухе. Мы концентрируемся, чтобы через мгновение взорваться.

Я снова выгибаю спину и буквально ору, а он не сбавляет темп.

Удар-удар-удар.

Мое сердце замирает.

Я сжимаю его непроизвольно, но сильно. Так что через пару секунду ему приходится замедлиться, просто потому что иначе он не сможет продолжить.

А он хочет продолжать.

И я хочу.

Не стану малодушничать - мне мало.

Тот наш последний секс - это кошмар. Я миллион лет не ощущала его кожу своей, и я так соскучилась…Глупо, низко, наивно и жалко, наверно? Но я правда скучала. По нему, по нам…по тому, кем я рядом с ним себя ощущала до всего этого сюра из другой мультивселенной, где мой муж мне изменил.

Только это было здесь, это случилось со мной, с нами, и я не могу перестать об этом думать.

Даже сейчас.

Адам замирает. Кажется, что он прочитал мои мысли, глядя мне в глаза, и мне не жаль.

Наслаждайся.

Взмокшие пальцы касаются моей щеки. Он медленно входит в меня снова, а сам не отводит глаз…Тупой момент, если честно. Сентиментальный до зубной боли. Зачем? Или он действительно такой со всеми? Тогда во мне какой смысл?

Черт, стало больше вопросов, чем ответов…

- И все-таки… - шепчу, не удержавшись, - Ты такой со всеми?

- Такой, какой я с тобой, я ни с кем в своей жизни не был, Рассвет.

- Ну я же теперь любовница? Так ты сказал.

- Я люблю тебя, - говорит серьезно, - И есть у нас штамп в паспорте или нет, ты - моя жена.

- У тебя здесь было с кем-то?

Вопрос вырывается против воли, но я замираю в ожидании ответа. Смотрю на него. Он на меня. Не двигается. Мы все еще одно целое...

Пожалуйста, скажи, что нет. Умоляю...

- Нет.

Сердце снова оживает. Да, я даю себе право на последнюю слабость, лишь надеюсь, что он не заметил ее...а теперь, когда она прошла, могу сказать что-то ядовитое и саркастичное. Парировать только не успеваю. Адам резко отстраняется, переворачивает меня на живот, а потом подтягивает к себе за бедра.

Это Хиросима.

Это танец на грани.

Это адреналин.

Это чувства, эмоции, острые, как горные пики. Они царапают, вспарывают небо, как мою действительность разрезают все эти противоречия.

Я его ненавижу; я его люблю; у нас нет ничего; и у нас есть все.

Так странно.

Когда он наполняет меня собой - это кажется таким правильным, как тогда…в самый, первый раз.

Это зависимость. От чистого, объемного кайфа, который он мне дарит, и только он так сможет - я знаю. В основном, потому что больше я никому не позволю с собой так…проникнуть настолько глубоко, под кожу. Ласкать нежными поцелуями, впиваться острыми зубами - все это только его прерогатива.

Но и у нее есть срок годности.

Потому что я знаю, что скоро «нас» уже точно не станет…

***

Как только я чувствую, что дрожь в ногах прошла, и я могу встать - это и делаю. Подхожу к бару. Я не стесняюсь своей наготы, глупо как-то стесняться после пяти лет, да и, если честно, делаю это специально.

Адам смотрит на меня; и я хочу, чтобы он смотрел. Запоминай меня полностью. Каждый миллиметр моего тела. Пока у тебя есть такая возможность…

Наполняю бокал вином. Тихий стук стекла, как ласковая колыбель, убаюкивает, успокаивает смуту в душе.

Я слегка улыбаюсь, когда облокачиваюсь на барную стойку. Потираю длинную, стеклянную ножку.

Странное ощущение. И страшно, и предвкушение - волнительно, одним словом. Интересно, он этого ожидает?

- Тебе пора.

Прислушиваюсь. Адам пару мгновений молчит, а потом тихо смеется - значит, ожидал. Так даже лучше. Когда ты думаешь, что знаешь, чего ожидать, особое удовольствие сбить с тебя спесь.

- Это дежавю, - тянет тихо, я жму плечами.

- Возможно, только сути не меняет. Тебе пора.

- Я решаю, когда уходить от своей любовницы.

Слышу обиду в голосе. Бурчит. Забавно так, знаете? Но вот что примечательно - также я слышу, как Адам садится и начинает одеваться.

Решает он, а то как же, ага.

Правила устанавливает.

Абсурд, как еще один способ заставить меня улыбнуться - кого ты пытаешься обмануть? Ты сделаешь так, как я хочу, и вот она простая истина - может быть, с кем-то другим ты и устанавливаешь правила, но в нашем танго веду я.

Если так подумать, я всегда и вела. Нет, мне нравилось за ним следовать, и я с большой охотой передавала ему поводья, но он никогда не делал ничего, что могло бы меня расстроить