Невероятная доктор Белль и Повелитель драконов–2 - Айлин Лин

Лишь одно омрачало мою радость – отсутствие Максимилиана.

Два месяца о нём ничего не слышно. Никаких вестей.

Вернётся ли он когда-нибудь?

Ставшая привычной боль, кольнула сердце, потерев центр груди, я поспешила за ушедшими вперёд друзьями.

Глава 49. Возвращение магии

Заснеженные вершины Эйэн-сан сверкали в лучах восходящего солнца, завораживая волшебными переливами.

Небо было безмятежно чистым… Юный монах Юто поднял голову, отвлекаясь от работы, и мечтательно вгляделся вдаль. Заметив странное движение, приложил ладонь козырьком к глазам, чтобы лучше видеть, и почти сразу тихо ахнул.

Точка на горизонте стала стремительно увеличиваться, обретая всё более чёткие очертания – и вскоре обернулась золотым драконом.

Могучее создание тяжело опустилось на древнюю каменную площадку перед входом в храм Первородного Пламени. Чешуя сияла, отражая утренний свет тысячами оттенков – от бледно-жёлтого до тёмного янтаря. Огромные крылья, раскинувшиеся на десятки метров, медленно сложились за спиной.

Молодые монахи, собиравшие в саду опавшие сосновые ветви, застыли в благоговейном страхе; Юто так и вовсе упад на колени, приоткрыв от восхищения рот; старшие же низко поклонились. Они тоже никогда не видели ничего подобного, но годы научили их держать эмоции в узде.

Дракон сверкнул янтарём своих удивительных глаз и, низко зарычав, выпустил из пасти облако серо-голубого дыма. Оно, мерцая и шипя, укутало его фигуру.

Секунда – и сизое облако вспыхнуло так ослепительно, что очевидцы зажмурились.

Мгновение спустя на месте дракона стоял обнажённый мужчина. Высокий, с тёмными волосами и проницательными синими, как океан, глазами.

Хонка-кансю Хиен встретил его у ворот храма с кимоно в руках и тихой улыбкой, будто ожидал этого визита долгие-долгие годы.

– Максимилиан-сама, – произнёс старик, глубоко кланяясь. – Рад тебя видеть вновь.

Макс ответил таким же почтительным поклоном и, с благодарностью приняв одежду, сказал:

– Я пришёл совершить то, что мне предначертано, Хонка-кансю, – его голос звучал иначе, чем раньше – глубже, ниже.

– Значит, время пришло, – кивнул монах.

Они прошли через ворота тории в храмовый комплекс, где ароматные дымы благовоний, свиваясь в спирали, поднимались к небесам. Вишни стояли обнажённые, сбросив листья, но даже в таком виде сад сохранял строгую гармонию.

– Что случилось? Неужели ты умер? – нарушил молчание старик, когда они приблизились к главному храму. – Но ты не возродился в огне, и помнишь моё имя…

– Помню, – кивнул Грей, стараясь не дать голосу взволнованно дрогнуть. – Более того, не только эту жизнь, но и все предыдущие. И о женщине, чья душа сияет особым светом.

Хиен пристально посмотрел на Верховного дракона:

– Ты нашёл свою пару?

– Она нашла меня, – тихо ответил Грей. – И я должен вернуться к ней. Но сначала дело, после всё остальное. Личное.

– Да. Сейчас ритуал куда важнее дел сердечных, друг мой, – согласно покивал старик. – Слишком долго всё живое на земле питалось крохами волшебной энергии. Слишком долго Заклинание Забвения подавляло истинную природу этого мира.

Грей кивнул и вошёл следом за монахом в храм.

Его ждал долгий путь вниз, туда, где сердцебиение планеты заставляет трепетать всё его существо.

Сколько прошло времени с начала спуска?

Много.

Но всё имеет свойство заканчиваться, и это путешествие к сердцу горы Эйэн-сан тоже подошло к концу.

В центре высокого круглого зала располагался водоём с тёмной водой, в котором отражались не своды подземелья, а звёздное небо. Озеро окружало пять каменных алтарей, покрытых замысловатой резьбой, в центре каждого из них углубление для особого кристалла.

– Пора вернуть миру магию, – Макс простёр раскрытые ладони над водой и закрыл глаза.

Время будто замедлилось, потянулось, как капля смолы.

Но Грей терпеливо ждал.

Час. День. Неделю.

И его смиренное ожидание было вознаграждено: тёмная вода задрожала, где-то вдалеке что-то глухо пророкотало…

И вот из толщи воды показались пять камней, прозрачных, как слёзы, и чистых, как горный ручей.

Слёзы Драконов.

Максимилиан бережно подхватил первый и поместил на алтарь справа от себя.

– Вода – сама жизнь.

Камень тут же засиял мягким голубым светом, отбрасывая колышущиеся тени на стены.

– Воздух – дыхание свободы, – сказал он, устанавливая второй кристалл, заискрившийся серебром.

– Земля – основа всего сущего, – третий камень, заняв своё место, из прозрачного стал тёмно-зелёным с золотыми прожилками.

– Огонь – сила преображения, – четвёртый вспыхнул ярким рубиново-красным пламенем, как только коснулся ложа.

– И наконец, Дух, объединяющий потоки жизненной энергии, – пятый засверкал всеми цветами радуги.

Как только последняя Слеза заняла своё место, пять лучей света соединились над чёрной водой озера, образуя звезду. Вода в бассейне закипела, но не от жара, а от избытка энергии, стремящейся вырваться наружу.

Максимилиан встал в центре бассейна, погрузившись по пояс в воду. Широко расставив ноги и раскинув руки, чётко проговорил:

– Я, Макс'арион, Верховный дракон, Хранитель Равновесия, взываю к силам, что были заточены! Пришло время снять оковы Забвения! Магия, лети по миру, наполни собой землю, воздух, воду, огонь! Пробуди спящие сердца и открой закрытые врата!

Вода взметнулась вверх, закручиваясь в вихрь, в котором отражались звёзды, планеты, далёкие галактики. Свет от пяти кристаллов становился всё ярче, почти невыносимым для человеческих глаз, но Грей смотрел, не мигая.

– Ja'hael na'ruum, kator vash'na elar! (Пусть падут оковы, и первозданная сила вновь наполнит мир), – древние слова заполнили залу, весь храм, полетели за его пределы и разошлись эхом по миру.

Вихрь достиг потолка, а затем с мощным громовым раскатом взорвался мириадами светящихся капель, тут же впитавшихся в окружавший Грея камень.

Максимилиан, тяжело ступая, выбрался на берег и опустился на землю. Пот градом стекал по лицу и спине. Но несмотря на усталость и тоску, терзавшую сердце, он чувствовал удовлетворение.

Магия вернётся. Не сразу, постепенно, возможно, это займёт годы, но процесс запущен, и его не остановить. Магические источники, спавшие веками, пробудятся. И дремлющая сила в крови потомков драконов начнёт проявлять себя.

Позади раздались тихие шаги.

– Максимилиан-сама, – довольно буднично произнёс Хонка-кансю, – я почувствовал, что могу к тебе спуститься.

– Да. Опасности больше нет, – кивнул Макс, с трудом поднимаясь. Монах тут же к нему подошёл и подставил плечо.

– Сколько времени прошло? – уточнил Грей, делая неуверенный шаг в сторону выхода из пещеры.

– Почти три месяца, – ответил старик, поддерживая Владыку неба.

– Много, – для него всё действо слилось в один скоротечный эпизод, в то время как для человечества прошли недели. – Я задержусь у вас ещё ненадолго. Потоки маны пока нестабильны, и моё присутствие рядом со средоточием обязательно.

Оказавшись наверху, в главном зале храма, они, не сговариваясь, прошли к дверям и вышли наружу. Грей уже мог ходить без