Завидная невеста - Конни Брокуэй

— Потому что я хочу, чтобы вы поняли, почему должны заплатить мне пятьдесят тысяч фунтов.

— Что-о?

— Я недавно вернулся в Англию после… несчастного случая на борту судна. Представьте себе мое разочарование, когда я понял, что у моих прежних клиентов долгая память. Боюсь, что меня уже кое-кто узнал. Несмотря на мое новое имя.

Он вздохнул, подумав о несправедливости всего этого, потом продолжил:

— Недавно я подумал о том, как хорошо работала моя старая стратегия капиталовложений, и что пора бы мне основать новый банк в какой-то новой стране, где меня не узнают. Но для этого нужны начальные инвестиции, и вы мне их предоставите.

— Нет.

Он игнорировал ее, как будто она ничего не сказала.

— Я уже купил место на судне, отплывающем завтра вечером из Портсмута. Я намерен быть на борту с пятьюдесятью тысячами фунтов в кармане, которые вы мне доставите завтра к четырем часам дня. Счета Английского банка будет достаточно.

— Вы, должно быть, сошли с ума, — сказала Лидия.

Она была сыта по горло Берни Кодом и повернулась, чтобы позвонить лакею. Единственному из оставшихся. Это был рослый парень, которому она с особым удовольствием прикажет выставить за порог этого грязного типа.

— На вашем месте я не стал бы так спешить, — сказал Код с каким-то тайным намеком.

У него был такой тон, что Лидия, сама того не желая, помедлила.

— Вы, кажется, забываете о моей жене. Она, видите ли, все еще моя жена, и я по закону несу за нее ответственность. Должен признаться, что меня позабавило, когда я узнал, что вы держите ее при себе как домашнего любимца.

— Эмили не домашний любимец. Она моя компаньонка, — сказала Лидия, но ее рука не дернула сонетку.

— Приятно слышать, что вы ее так любите. Будь по-другому, мне пришлось бы снова отправить ее в сумасшедший дом, на сей раз в Бедлам.

— Эмили останется со мной, — сердито оборвала его Лидия, хотя в душе ее нарастала тревога.

— Пока я это позволяю, — согласился он. — А я этого не позволю, если вы не принесете мне эти деньги.

— Вы не сможете это сделать.

— Еще как смогу, — сказал он даже не сердито, а просто раздраженно.

— Я расскажу всем, кто вы такой. И вас бросят в тюрьму для должников, — заявила Лидия.

— Знаете, — задумчиво произнес Код, — я предвидел эту реакцию, но все-таки разочарован. Я слышал, что вы умная женщина.

Она не ответила, а застыла в молчании, охваченная наполовину ужасом, наполовину яростью.

— Советую вам подумать, мэм. Мои проблемы с законом не оказывают ни малейшего влияния на мои права как супруга Эмили. Я по-прежнему могу упрятать ее в сумасшедший дом. — Поскольку она молчала, он продолжил: — В высшем свете ходит множество историй о странной, бесконтрольной склонности Эмили к воровству. Я навел справки. Она пользуется дурной славой. Никто не станет возражать против ее помещения в сумасшедший дом. Если вы обратитесь к властям, меня, возможно, бросят в тюрьму, но и Эмили попадет в заключение, только другого рода.

— Вы не можете быть таким жестоким.

— Я не жестокий. Я бизнесмен. Это простая сделка, от которой каждый получает свою выгоду. — Он говорил как практичный и разумный человек. — Вы даете мне деньги, и я уезжаю. А чтобы вы не боялись, что я когда-нибудь снова потребую у вас денег, подумайте вот о чем: я был бы дураком, если бы, рискуя своей свободой, вернулся в Англию, где мои враги до сих пор имеют против меня зуб. Но я не дурак и едва ли смогу с другого конца земли упечь дражайшую Эмили в сумасшедший дом.

Лидия сердито смотрела на этого человека, лихорадочно пытаясь сообразить, что делать дальше. Нед уехал, а она, проснувшись, оказалась участницей страшного кошмара.

— У меня нет денег, — хрипло произнесла она.

— Не разочаровывайте меня еще больше, не будите мой гнев, — сказал он. Притворная невозмутимость исчезла из его голоса. Лидию даже в дрожь бросило. — Вы считаете меня полным идиотом? Вы одна из самых богатых женщин высшего света! А теперь послушайте меня, леди Лидия, — сказал он хриплым, низким голосом. — Мне нужны эти деньги. Кроме людей в Англии, я задолжал и другим людям. Людям из таких стран, где существуют варварские обычаи. Надеюсь, вы понимаете, что я имею в виду. И эти люди наказывают за неуплату долгов куда как более сурово, чем в Англии. Я предпочел бы английскую тюрьму тому наказанию, которому они подвергнут меня, если у меня не будет денег, чтобы расплатиться с ними. Вы меня поняли?

— Да. Но повторяю вам: моего богатства больше нет. У меня ничего не осталось.

Код презрительно фыркнул.

— Не морочьте мне голову, леди Лидия. Я видел роскошное платье, которое было надето на вас на маскараде, золотую маску, драгоценности, украшавшие прическу. В свете только и говорят об этом. И я узнал вас. Я стоял у ворот и видел, как вы с Эмили выезжали оттуда.

— Это было сделано для того, чтобы пустить пыль в глаза, — сказала Лидия, в голосе которой звучали нотки отчаяния. — Я потратила все, чтобы сделать себя незабываемой. Для того, чтобы… — Лидия замолчала. До сих пор она старалась избежать утечки информации о своем банкротстве. Ее друзья и Теруиллиджер умели хранить тайну. Но если даже ей придется поступиться своей гордостью перед этим чудовищем, она это сделает. — Все это было задумано для того, чтобы соблазнить какого-нибудь богатого мужчину и заставить его сделать мне предложение стать его женой.

Код взглянул на нее снизу вверх, и Лидия затаила дыхание, опасаясь, что он ей не поверил. Но он ее даже не слушал.

— Ну ладно, — сказал он, с кряхтением поднимаясь на ноги. — Передайте Эмили, чтобы упаковала свои чемоданы. Хотя, откровенно говоря, в этом нет необходимости. Там у них отбирают все, что они приносят с собой.

— Нет! — воскликнула Лидия. Она не могла допустить, чтобы Эмили вернули в сумасшедший дом. Это убило бы Эмили. А Код готов поступить так, даже если для этого придется остаться в Англии и попасть в английскую тюрьму. — Нет, постойте! Не могу вам ничего обещать, но я попробую.

— Это все, что мы можем сделать в этой жизни, леди Лидия. Мы пытаемся и готовы взять на себя последствия, если попытка окажется неудачной. — Он снова заговорил вкрадчивым, миролюбивым тоном. Сунув руку в карман, он извлек клочок бумаги, на котором было написано: «Встретимся здесь завтра в четыре часа».

Она смотрела на его руку, но не могла заставить себя подойти ближе к нему. Он ее понял, и это его позабавило. Бросив бумажку на пол, Код надел шляпу.

— Тогда до завтра, — сказал он.

Как только за ним закрылась дверь, Лидия опустилась в кресло. Она подняла бумажку и увидела, что там написан адрес в районе доков.

Завтра в четыре часа.

Она не стала обращаться к властям, потому что уже знала, что мужья, даже если это уголовные преступники, имеют право распоряжаться судьбами жен по своему усмотрению.