Недетские страсти в Лукоморье - Валентина Седлова

У меня уже появился очень аккуратный животик. УЗИ говорит, что будет мальчик, хотя я почему-то уверена, что это девочка. Впрочем, осталось ждать не так уж и долго. Как рожу, тогда и посмотрим, кто был прав. Я уже закупила гору приданого для маленького, осталось только коляску и кроватку приобрести. Но говорят, что покупать их заранее — плохая примета, поэтому я и не тороплюсь.

Кстати, я не единственная будущая мать в Лукоморье. Представляешь, моя мама тоже беременна! Данька ходит такой важный и гордый, даже смех разбирает смотреть на него. Так что Марья станет мамой и бабушкой примерно одновременно, а у меня появится еще один братик или сестричка. Передать тебе не могу, как это классно: всегда мечтала жить в большой семье. И кажется, моя мечта начинает сбываться.

Ванька потихоньку привыкает к тому, что он теперь и работает, и учится одновременно. Оказывается, в Лукоморье есть пара филиалов столичных ВУЗов, и свекор убедил его, что не дело здоровому парню вешать свою семью на шею родителям. Поэтому он перевелся на заочное отделение в филиал юридического и подрабатывает помощником нотариуса у одного отцовского знакомого. Свекор решил, что экономистов в семье хватает, а вот юристами точно надо обзавестись. Ванька костерит его втихаря почем свет стоит, но открыто не возражает. Я втайне от свекра помогаю ему с рефератами и курсовыми, но Ваньке все равно приходится нелегко. Столько еще всего наверстывать надо — просто жуть! Но на самом деле я очень рада, что так обернулось: не представляю, что бы я делала, если бы Ванька всю неделю жил в Москве и только по выходным приезжал в Лукоморье. Вот такая я ужасная эгоистка.

Отец пока еще не женился, хотя дело упорно идет к свадьбе. Они с Тиной давно живут вместе, но она поставила ему последнее условие: свадьба состоится, когда папочка будет весить не больше девяносто килограммов. Мол, тогда на нем свадебный костюм как надо будет сидеть. А отец, как назло, застыл на девяносто пяти, и ни туда, ни сюда. Подозреваю, что в один прекрасный момент он просто начнет питаться одной водой, скинет вес, получит согласие и тут же вернет эти злополучные пять кило обратно.

Помимо всего прочего, у них с Тиной появился небольшой совместный бизнес. Я его про себя называю «Русский ответ Синди Кроуфорд». Тина, оказывается, давно мечтала снять кассету со своими упражнениями и пустить ее в продажу. Сама понимаешь, что отец не мог не загореться этой идеей. Первая кассета уже ушла в магазины. Если хочешь, я тебе ее вышлю по почте, у меня их целых три штуки припасено на всякий случай. Это обычные комплексы упражнений для таких, как ты и я. А еще Тина планирует сделать реабилитационный цикл для тех, кто приходит в себя после тяжелых травм, и отдельно для тех, кто лишился конечностей. Сейчас она вовсю консультируется со своими врачами и ребятами из НИИ. Похоже, в ближайшие год-два у нее есть чем заняться, помимо тренировок во Дворце спорта.

Кстати, Тину теперь не узнать. Она совершенно поменяла имидж, и не без помощи нашего клубного салона. Еруслан списался с приятелями и пригласил к нам на работу совершенно обалденного стилиста. Ориентация у парня, правда, соответствующая, да кого это, собственно говоря, волнует! Главное, он действительно творит чудеса. У Тины теперь короткая стрижка с пурпурными прядками, которая ей очень-очень идет, а про все остальное я точно промолчу. У меня такое впечатление, что она просто отрывается за все те годы, которые прожила как «солдат Джейн». По крайней мере она теперь постоянный клиент салона и в отличие от тебя доверяет заботу о своем маникюре профессионалам. Эй, слышишь меня там? Это не намек, это прямой наезд!…»

— Что это она имеет в виду? — спросил Сергей.

— На то, что она имеет в виду, мы с тобой еще не заработали, — пояснила Васька. — Но если хочешь, могу хоть сегодня же посетить мастера по маникюру. Правда, тогда о новом карбюраторе можешь и не мечтать.

— Васькин, маникюр мне твой дорог, но слишком. Поэтому я выбираю карбюратор.

— То-то же!

— Ладно, будет вам пререкаться, читай дальше! — попросил отец.

Васька продолжила:

«…Вообще наш клуб стал реально культовым местечком, причем не только Лукоморья. Приходится даже вход ограничивать и вводить систему клубных карточек. Не поверишь: в штате уже больше тридцати человек! Даже охранники есть. Впрочем, пока они не появились, было стремно. Представляешь, Аленушка сама зарвавшихся посетителей на улицу выбрасывала. А теперь она если и появляется в зале, так только исключительно ради собственного удовольствия.

Соловей стал крутой местной знаменитостью. Вот за этого парня низкий тебе поклон! На нем половина шоу-программы держится! Он и за танцоров отвечает, и миксы сам собирает, а уж как поет — это вообще полный отпад. Батя ему кредит дал на запись диска. Посмотрим, может, еще не только местной, а мировой знаменитостью станет. У него, оказывается, очень редкий тембр голоса. Такие один раз на миллион встречаются. Я не шучу, даже не думай! Остается ему только грамотного продюсера подобрать, и пойдет парень в гору…»

— Это еще кто такой? — ревниво поинтересовался Сергей у Васьки.

— Соловей, — пожав плечами, ответила та.

— Это я уже понял. Я другое спрашиваю: кто это такой?

— Эй, молодежь, успеете еще Отелло с Дездемоной разыграть! Лучше до конца письмо прочитайте, интересно же, что у них там происходит!

Васька показала Сергею язык и снова поднесла к глазам исписанный аккуратным круглым почерком листок.

«Ты не поверишь, кто у нас зажигает в стриптизе! Помнишь, ты рассказывала мне про Инку Русалку, которая полгорода с ума свела, при том, что мужчин ненавидит лютой ненавистью? Так вот, Аленушка пригласила ее работать танцовщицей. Инка окончательно ушла со своей биостанции и теперь занимается только танцами. Ты бы видела, на что это похоже! Когда я вижу, что происходит в зале, когда она танцует, честное слово, еле сдерживаюсь, чтобы от смеха не окочуриться! Она там вокруг шеста как змеюка вертится, под немыслимыми углами изгибается. Мужики все до единого, даже нашего Еруслана с его стилистом включая, сопли до пола пускают. А она и довольнехонька! Ходит между рядами, резинку трусиков подставляет, чтобы ей туда купюры совали. Но попробуй только себе что-нибудь сверх того позволить, мигом на улице окажешься! Похоже, ее чары только на ТНЗЧ не действуют, из чего делаю вывод, что он все-таки девочка…»

При этих словах Сергей и отец переглянулись и дружно зафыркали.

— Ой, да ладно вам! Между прочим, Инка действительно красивая тетка, а если еще и танцевать умеет, так ей цены в Лукоморском клубе нет.

— Надо будет при случае навестить этот волшебный клуб, заодно и на Инку полюбоваться, — как бы невзначай предложил Сергей.

— Я тебе полюбуюсь! — на всякий случай пригрозила Васька, но не выдержала и сама расхохоталась. — Ладно, помолчите пока, тут совсем чуть-чуть осталось.

«…У Ларцовых большие перемены. Оба брата получили выгодные контракты за рубежом, так что буквально через неделю улетают в Штаты. Любаша, разумеется, летит вместе с мужем. Говорят, они крепко поругались с матерью. Потаповна, оказывается, вознамерилась составить им компанию и пожить на халяву в Америке. Но Любаша ее быстро обломала. Теперь Потаповна на всех углах рассказывает, какие неблагодарные пошли дети и сколько крови они ей попортили. М-да, если человек склочный — это уже навсегда. И лечи ты его — не лечи, все равно не переделаешь.