Женская логика - Джейн Хеллер

Стоило мне произнести эти слова, как он сбросил с себя полотенце, и оно упало на пол. Передо мной стоял голый мужчина в состоянии сильнейшего сексуального возбуждения.

— Я ответил на твой вопрос? — спросил он.

— Вполне, — улыбнулась я.

Скажу вам по секрету, что я нашла лучший способ примирения с любимым мужчиной: полететь в Токио и заняться с ним любовью в номере пятизвездочного отеля. Не знаю уж, что там добавляют в воду или в пищу, но Брэндон был неутомим, как какой-нибудь кот из зверинца Изабеллы.

Конечно, между ласками он много раз повторял, что просит у меня прощения за свое недоверие ко мне, но в основном наш разговор в тот вечер состоял из слов: «О боже!», «Быстрее!», «Да!..»

На следующее утро, в полдесятого, Брэндон уже вел беседу в гостиной со своими коллегами, а я все еще нежилась в постели. Когда я наконец вышла из спальни, Тоши Ямазаки и Макото Такашими, те самые японцы, с которыми я познакомилась в Нью-Йорке, в машине Брэндона, поприветствовали меня и предложили нам свои услуги гидов и переводчиков.

Они показали нам город. Посетив представительство «Файнфудз», мы отправились есть лапшу в один из многочисленных ресторанчиков в национальном духе, где я попыталась есть палочками (не повторяйте моих ошибок — не надевайте в таких случаях шелковую блузку, которой вы дорожите). Потом Тоши и Макото отвели нас в один из чудесных садов города, показали нам знаменитый район Асакуса и многое другое. В завершение прогулки они посоветовали нам с Брендоном зайти в храм Сенсойи, куда местные жители и туристы ходят на поклонение.

— А вы не пойдете? — спросила я.

Он улыбнулся:

— Нет, это только для вас.

— Очень романтично, — поддержал его Макото и подмигнул.

Брэндон взял меня за руку, и мы вошли в храм. Осмотрев все здание, величественное и прекрасное, мы оказались у конторки, где нам предложили вытянуть жребий, чтобы узнать свою судьбу. Брэндон тянул первым. Он бросил монетку в сто йен в деревянную коробку и стал трясти ее, пока оттуда через маленькую дырочку не вывалилась бамбуковая дощечка с номером. Та же цифра стояла на одном из ящичков, установленных поблизости. Он достал из этого ящичка табличку и прочитал надпись на ней.

— К счастью, написано и по-японски, и по-английски, — сказал он.

— Отлично. И что же там написано?

— А вот что: «Остерегайтесь женщины, которая учит вас говорить на Языке идиотов».

— Не может быть!

— Правильно, не может. Там написано: «Если таинственная незнакомка неожиданно появится в вашем теннисном клубе, женитесь на ней».

Я засмеялась:

— Опять шутишь?

— Я не шучу. Это было бы справедливо.

Его лицо стало вдруг серьезным.

— Я хочу жениться на тебе, Линн. Я и раньше об этом говорил, а потом чуть не сбежал. Просвещенный, знакомый с Языком женщин мужчина не должен так поступать, верно?

— Верно.

— Но больше я никуда от тебя не денусь. Я хочу быть с тобой всегда, что бы ни случилось.

— Я так ждала этих слов!

— Так ты выйдешь за меня замуж? Я готов жениться на тебе хоть в следующие выходные!

Я обняла его.

— Я люблю тебя. Я хочу выйти за тебя замуж. Но сначала…

— Что сначала?

— Сначала я узнаю свое будущее.

Я опустила монетку в деревянную коробку, проделала ту же процедуру, что и Брэндон, и прочитала о своем будущем.

— Что пишут? — спросил он.

— «Не выходите замуж за человека, который называл вас „док“.

— Здорово придумано. Попробуй еще раз.

— Так и быть. «Если мужчина устраивает вас во всех отношениях, хватайте его и выходите за него замуж, пока это не сделала другая женщина».

— Что это значит? Ты говоришь мне «да»?

— Да!

Он подхватил меня на руки и закружил, поделившись со мной таким образом своими чувствами. Никогда раньше я не знала, что можно быть такой счастливой, все прежние счастливые мгновения померкли рядом с этим.

— Я люблю тебя, — сказала я. — О, как я тебя люблю!

Мы долго стояли в объятиях друг друга. Я отодвинулась от Брэндона, только когда вспомнила, что Тоши и Макото ждут нас.

— Надо идти, — сказала я.

— А все-таки, пока мы не ушли, скажи мне, что на самом деле написано на твоей табличке?

Я достала ее из кармана.

— «На удобном стуле хорошо сидеть».

Брендон засмеялся:

— Наверное, при переводе надпись утратила свой смысл.

— А на твоей что написано? — спросила я.

— «Умение обратиться к другому человеку так, чтобы слова нашли путь к его сердцу, — бесценный дар».

Я удивленно смотрела на него.

— Не может быть! Ты опять разыгрываешь меня?

— Клянусь тебе, Линн. Смотри!

Я прочитала надпись на табличке.

— Невероятно, правда?

— Потрясающе, — сказал он. — Только японец способен изложить методику доктора Виман одним коротким предложением. Ты вбивала ее мне в голову полгода.

— Но не забывай, что это были лучшие полгода в твоей жизни!

— Лучшие? — Он снова поцеловал меня. — А по-моему, лучшее у нас с тобой еще впереди.