Невеста шотландского воина - Адриенна Бассо

– Боже, если они узнают, что я ношу под сердцем ребенка, то это их нисколько не растрогает. Напротив, они с радостью убьют и меня, и его, как дьявольское отродье! – зарыдала Грейс.

Эван ничего не ответил, а лишь заскрежетал зубами. Чтобы успокоить жену, он нежно поцеловал ее и тщательно укрыл одеялом.

– Слезами горю не поможешь. Не надо плакать. Слезы коварны, они расслабляют сердце, приводят в беспорядок мысли, угнетают рассудок.

– Кроме того, они омрачат наш сон кошмарами, – попыталась пошутить Грейс.

– Конечно. Но я обниму тебя нежно, прижму к себе и буду отгонять злых духов прочь.

– Я люблю тебя, Эван.

– И я тебя, Грейс.

Она послушно закрыла глаза и прижалась к нему: какое же это было блаженство! Минуты текли, Грейс, притворявшаяся спящей, прислушивалась к дыханию Эвана, пока оно не стало ровным и мерным. Он уснул.

Грейс открыла глаза и долго смотрела ему в лицо, словно пытаясь навсегда запомнить каждую его черточку, каждую морщинку. Ну что ж, Бог милостив, может быть, они когда-нибудь увидятся вновь. Если только не…

Нет, нет, она запретила себе думать о плохом. Она осторожно выпростала ноги из-под одеяла, затем тихо-тихо выбралась так, чтобы не разбудить Эвана. Дрожащими руками она оделась, набросила плащ на плечи.

Перед тем как выйти из спальни, она обернулась к спящему Эвану и всмотрелась в правильные черты его лица, такие прекрасные и такие родные. Любовь требовала от нее жертвы, и Грейс была рада принести ее, точно так же, как Эван был готов пожертвовать своей жизнью ради нее. Она возвращала ему то, что он так безрассудно был готов отдать, – его жизнь.

Крадучись, она проскользнула невидимой тенью по коридорам замка, пересекла двор и очутилась возле конюшни. Из мрака вдруг возникла чья-то тень. Грейс испуганно вскрикнула, но это была леди Мойра.

– Тише! – прошипела она. – Или ты все испортишь.

– Я поеду одна или у меня будет проводник? – волнуясь, спросила Грейс. От одной мысли, что сейчас ей одной придется пробираться мимо лагеря Родерика через темный лес, ей стало страшно.

– Нет, вместе с тобой поедет юный Гарретт. Он еще подросток, но знает все окрестности как свои пять пальцев. С его помощью ты сможешь выбраться на правильную дорогу, которая приведет тебя к Маккенне.

Все это звучало не слишком обнадеживающе, тем не менее Грейс послушно закивала.

– А как мы выберемся за ворота?

– Предоставь это мне, – прошептала леди Мойра. Сунув руку в карман, она вынула кошелек и подала его Грейс. – Держи, там внутри деньги и моя брошь. В случае чего с их помощью можно будет откупиться.

– Откупиться? От кого? – удивилась Грейс.

– Если вас задержат воины Родерика, то деньги сделают их более сговорчивыми. Получив деньги, они без лишних слов закроют глаза на все.

– А что вы скажете Эвану? Как объясните мое исчезновение?

– Мне ничего не придется объяснять. Притворюсь, как и все, удивленной, мол, знать ничего не знаю, ведать ничего не ведаю.

В самом деле в ее голосе слышались сочувствие и теплота или Грейс это почудилось?

– Миледи, вы действительно все это делаете только ради Эвана? Или также ради меня?

Леди Мойра хмыкнула:

– Ты колдунья?

– Нет! – горячо запротестовала Грейс.

– В таком случае вряд ли тебя хочется быть сожженной на костре.

В ее словах не чувствовалось любви, зато они не были лишены здравого смысла. С помощью леди Мойры Грейс залезла на лошадь, и обе женщины тихо двинулись в сторону ворот. Неожиданно позади них раздался резкий скрип дверей, и оттуда хлынул свет, показавшийся сперва нестерпимо ярким. Грейс испуганно оглянулась. В дверном проеме стоял Эван с факелом в руках.

– Интересно было бы узнать, куда направляется моя драгоценная жена в столь поздний час?

Почти одновременно в воздухе повисли громкий вздох и тихое проклятие. Вздох вырвался из груди Грейс, а проклятие сорвалось с губ леди Мойры. Свет факела был не очень ярким, но и его вполне хватило на то, чтобы разглядеть, как сильно побледнели лица обеих женщин.

Леди Мойра вышла вперед.

– Эван, что тут можно сказать? Только одно – это самый лучший выход из положения.

– Мама, и это ты считаешь лучшим выходом?! Ты из лучших побуждений посылаешь мою жену на верную смерть и называешь это выходом?

Леди Мойра вся съежилась под его злым взглядом, тщетно пытаясь что-то придумать в свое оправдание.

– Эван, пусть лучше убьют меня, чем тебя, – вмешалась Грейс.

– Пока я жив, не бывать этому никогда! – проревел Эван и, громко выругавшись, скомандовал: – Слезай с лошади!

Едав ноги Грейс коснулись земли, как он схватил ее за руку и привлек к себе, словно боясь, что она улетит от него по ветру.

– Милый, я хотела как лучше. Я собиралась укрыться у моего брата.

– Как лучше, хм? Одна, ночью, в лесу?! Да через час ты бы оказалась в руках неприятеля!

– Не одна, а вместе с Гарреттом.

– Ну да, какой хороший защитник вышел бы из четырнадцатилетнего юноши. Как вы собирались пройти незамеченными мимо воинов Родерика?

– Мы собирались обогнуть его лагерь через лес.

– Ну, конечно, у Родерика не воины, а одни калеки, слепые и глухие.

Но Грейс не собиралась отступать:

– Не буду утешать твою мужскую гордость, но согласись, что у Брайана я была бы в полной безопасности. Если бы я исчезла из замка, то вместе со мной исчезла бы опасность и для всех вас.

Несмотря на всю внешнюю разумность своего поступка, в глубине он был в корне неверен и ошибочен, Эван не без злой иронии тут же не преминул указать на ее заблуждение.

– Ах, Грейс, Грейс, ты чуть было не поставила всех нас под удар. Как же наивно с твоей стороны полагать, что Родерик, едва услышав о том, что тебя нет в замке, сразу поверит, снимет осаду и уйдет со своими воинами. Нет, напротив, он непременно предпринял бы штурм, а захватив замок, беспощадно убил бы всех, кого счел нужным убить. Затем, обнаружив, что тебя действительно нет, он бросился бы за тобой в погоню.

Грейс смущенно потупила глаза:

– Прости меня, Эван. Я на самом деле что-то не подумала…

– У тебя доброе сердце, любимая, но я не вижу тут никакой твоей вины. Я знаю, кто подсказал тебя подобную нелепицу.

Леди Мойра бросила на него недовольный взгляд исподлобья.

– Я пошла на это ради тебя, сын. Для того чтобы спасти тебя, чтобы этот верзила Родерик не разрубил тебя на части.

Эван в отчаянии вскинул руки вверх:

– Боже всемогущий, но почему никто в замке не верит в то, что я могу сражаться?!