Грешные обещания - Кэт Мартин

Ник расхаживал взад и вперед по обюссонскому ковру в гостиной. На софе, держась за руки, сидели Элизабет и Мэгги. Лица у обеих были бледные и встревоженные. Глядя на них, Ник чувствовал, что сердце его разрывается от горя.

С трудом оторвав от них взгляд, он посмотрел на высокого величавого человека с седыми висками, стоявшего у софы с блокнотом в руке. Это был сэр Реджинальд Тауэре — один из самых известных в Англии адвокатов. Ник нанял его по настоянию Рэнда, считавшего, что только Тауэре в состоянии помочь его другу.

— Желаете что-нибудь выпить? — обратился к присутствующим стоявший у буфета Рэнд и сочувственно поглядел на друга. — Я бы не отказался, да и тебе, Ник, дружище, неплохо было бы немного расслабиться.

— Нет, спасибо, Рэнд, не сейчас.

Заглянув в свои записи, сэр Реджинальд проговорил:

— Итак, возник еще один подозреваемый, нам это только на руку. Это виконт Кендалл. Он признался, что находился в замке Коломб в день убийства, но заявляет, что покинул его, когда графиня была еще жива. Слуги леди Рей-венуорт подтверждают, что позже видели его в близлежащей таверне.

— И этот Кендалл знает, что мне нужен был развод, — мрачно произнес Ник.

— Да. Являясь большим другом графини, он был в курсе ее личных дел.

— Скорее всего она была его любовницей, — с горечью проговорила Мэгги. — Рейчел всегда отличалась осторожностью, однако не умела противиться своим слабостям.

Налив себе бренди, Беддон сделал глоток.

— То, что Кендалл сам явился в полицейский участок и признался, что в день убийства находился в замке, говорит в его пользу, — заявил он и, взглянув на Ника, добавил: — Он не сомневается в том, что ты убил Рейчел, и жаждет отмщения.

Элизабет побледнела.

— Как он может так считать? Если он знает, что Ник просил жену дать ему развод, ему наверняка известно и про ожерелье. Так почему он решил, что Николас ее убил?

— Очевидно, потому, что ожерелье исчезло, — ответил Рэнд. — Он решил, что Ник передумал, вернулся в замок, убил свою жену и забрал фамильную драгоценность.

— К счастью, полицейские пока не знают, когда вы вернулись в Лондон после посещения замка, — проговорил сэр Реджинальд, обращаясь к Нику. — Как только до них дойдут сведения об этой задержке, они соберут все доказательства воедино и наверняка вас арестуют.

Глаза Элизабет потемнели, и Николаса пронзило острое чувство вины. С первого дня их встречи он приносит ей только страдания. О Господи! И зачем он только навязался на ее голову!

— Мы не дадим им тебя арестовать, — решительно проговорила Элизабет. — Мы найдем способ доказать твою невиновность, прежде чем это произойдет. — Встав с софы, она подошла к Николасу и остановилась перед ним. — Ведь у тебя нет ожерелья. Значит, Рейчел убил кто-то другой.

— О том, что у его светлости нет ожерелья, известно лишь с его слов, — мягко проговорил сэр Реджинальд. — А алиби его может подтвердить лишь бывший осужденный. Если к тому же учесть, что его светлость уже отбывал наказание за убийство…

— Но он убил Стивена Хэмптона защищаясь! — возразила Элизабет, и Ник почувствовал, как у него сжалось сердце. Он взял Элизабет за руку, подавив желание обнять ее. Он не имеет на Элизабет никаких прав. Она лишь его любовница, и не более того. Как же ему хотелось, чтобы она была не только ею!

— Не волнуйся, любовь моя. Я невиновен, и нужно найти способ это доказать.

— Этот способ есть, — решительно проговорил Белдон. Присутствующие дружно повернули к нему головы. — Мы просто должны найти настоящего убийцу.

Лицо Элизабет осветилось надеждой.

— Но как? С чего начать?

— Начало уже положено, — ответил Белдон. — Я сообразил, что дело в отношении лорда Рейвенуорта может оказаться намного серьезнее, чем кажется на первый взгляд, и нанял нескольких полицейских с Боу-стрит. — Белдон сделал еще глоток бренди и, взглянув на Ника, улыбнулся. — И от твоего имени посулил щедрое вознаграждение за любую информацию, которая сможет помочь обнаружить убийцу твоей жены.

На лице Ника появилась слабая улыбка.

— Спасибо. Я должен был сам до этого додуматься. Но, похоже, в последнее время я с трудом соображаю.

— При сложившихся обстоятельствах это понятно.

— Но что же нам теперь делать? — спросила Элизабет.

Даже собственное неопределенное будущее не тревожило Николаса так, как расстроенное, несчастное лицо Элизабет.

— Ждать, — ласково проговорил он. — На сегодняшний день это единственное, что нам остается.