Незнакомцы на Монтегю-стрит - Карен Уайт

Джулия несколько раз моргнула, но ничего не сказала.

– Ваш отец мог ударить его? – продолжила я. – Пусть даже случайно, но достаточно сильно, чтобы это повлекло его смерть?

Джулия яростно затрясла головой:

– Нет. Я знаю, что мой отец не убивал Уильяма. – Она посмотрела на нас с вызовом во взгляде. – У меня есть доказательство.

– Письмо в коробке? – Это была всего лишь догадка, но удивление на ее лице подсказало мне, что я права.

– Как вы узнали о нем? Вам сказал Уильям?

Решив, что мой источник не так важен, как содержание, я ушла от прямого ответа.

– По словам Уильяма, записка является доказательством невиновности там, где ее нет. Вам это что-то говорит?

Ее глаза погасли, рот безвольно приоткрылся.

– Вам дать воды? – спросил Джек. Быстро встав, он шагнул к подносу с кувшином воды и, налив стакан, сунул его Джулии в руки. Прежде чем поднести его ко рту, она пару секунд смотрела на стакан, словно пытаясь вспомнить, что с ним нужно делать.

Между тем я продолжила, пытаясь вспомнить все, что сказал мне Уильям:

– Я могу ошибаться, потому что он не сказал это точно, но он как будто намекал, что вам что-то известно, но вы отказываетесь это видеть, намеренно или нет.

Джулия поджала губы, затем сделала еще один глоток.

Джек сел и подался вперед:

– В тот последний вечер, когда вы видели Уильяма и слышали его голос и голос вашего отца. О чем они спорили?

Она посмотрела на свои руки и сжала кулаки.

– О том же, о чем они спорили с тех пор, как я себя помню. Уильям был… тонкой натурой. Не то что наш отец. Он обожал музыку и поэзию, а проводя время на свежем воздухе, восхищался природой, а не охотился. Они с матерью были близки, часами читали друг другу вслух. Он прекрасно играл на пианино, пока мой отец ему не запретил. Он купил Уильяму ружье и постоянно внушал ему, что охота куда более пристала джентльмену, нежели всякие нежности вроде искусства. Уильям это ненавидел – почти так же, как и я, потому что отец заставлял меня учиться играть на пианино. Я делала успехи, но мне было далеко до Уильяма с его талантом. Подозреваю, что отец это понимал и поэтому постоянно давил на меня, требуя, чтобы я добивалась совершенства.

Ее лицо осветила неестественная улыбка.

– Я бегала быстрее и стреляла метче моих кузенов и родного брата, и, наверно, это превратило моего отца в жестокого человека. Через год после того, как я вернулась к своим родителям в Чарльстон, отец на Рождество подарил нам лошадей. Красивого черного жеребца для меня и маленького пегого пони для Уильяма, так сказать, в назидание.

– А ваша мать не возражала? – спросила я, хотя уже знала ответ.

Джулия горько усмехнулась:

– У моей матери никогда не было своего мнения. Раньше таких, как она, называли «чувствительными». Я точно не знаю, что это значит. Знаю только одно: она избегала любых неприятностей. Большую часть времени она проводила в своих комнатах. – Джулия поджала губы, словно это могло помочь ей забыть отцовскую жестокость. – Отец немного смягчил свой нрав лишь после того, как в нашу жизнь вошел Джонатан.

– Ваш жених? – подсказала я.

Джулия кивнула.

– Уильям познакомился с ним в первый год учебы в Клемсоне и привозил его к нам домой на праздники и школьные каникулы. – Джулия мечтательно улыбнулась. – Он происходил из семьи, где было десять детей. Подозреваю, что в нашем доме Джонатан наслаждался тишиной. – Она посмотрела мне в глаза: – Он был полной противоположностью Уильяма – хорошо ездил верхом, охотился, обожал математику и так далее… любил все те мужские занятия, в которых Уильям вечно терпел неудачи. Мы строили планы, мечтали продолжить бизнес-империю отца и, когда отец удалится на покой, вместе управлять ею. Знаю, отец хотел этого для Уильяма, но тот был лишен математического склада ума.

– То есть, когда вы и Джонатан влюбились друг в друга и решили пожениться, ваш отец одобрил ваши намерения.

Джулия энергично кивнула:

– И Уильям тоже. Внимание моего отца переместилось на Джонатана, и мы все вздохнули с облегчением. Отец как будто перестал замечать Уильяма, но тому было все равно. То, что в нашей семье появился Джонатан, было чем-то вроде ответа на все наши молитвы.

– Тогда что же изменилось?

Лицо Джулии сделалось пепельно-серым, рука ее задрожала, выплескивая воду из стакана. Я взяла у нее стакан, а Джек встал.

– Я позову Ди, – сказал он, уже на полпути к двери.

Джулия подняла руку, останавливая его, и покачала головой:

– Не надо. Пожалуйста. Я еще не закончила. Мне нужно… Я должна знать.

Я опустилась на колени перед инвалидной коляской и взяла ее руку в свою.

– Можно мне взглянуть на письмо? Может, тогда я лучше пойму, что говорил мне Уильям.

Джек подошел и встал рядом со мной.

– Они преследуют Нолу во сне, нападают на нее, и я подозреваю, что то же самое было и с вами, раз вы поспешили избавиться от кукольного домика. Вы сказали Ноле, чтобы она развела в стороны фигурки вашего отца и брата, потому что они не ладили друг с другом. Но ведь они ладили до той последней ссоры, после которой Уильям исчез. Вы что-то знаете, но скрываете это от нас, не так ли?

Джулия сердито посмотрела на Джека:

– Мой отец не убивал Уильяма, если это то, что вы думаете. У меня есть доказательства, – упрямо заявила она.

Последнее слово было произнесено еле слышным шепотом, и я вновь вспомнила, что сказал мне Уильям. Она считает, что это доказательство невиновности там, где ее нет. Пусть она верит в это. Остановите ее.

– Тогда покажите нам это доказательство, мисс Джулия, – сказал Джек. – Они не отстанут от вас или от Нолы, пока эта ситуация не разрешится. Мелли поможет им обрести покой. Разве вы этого не хотите?

Ее руки, лежащие на подлокотниках кресла-коляски, задрожали. На бледной коже выступили пунцовые пятна.

– Нет! Все эти годы они не давали мне ни минуты покоя. Вы даже не представляете, что это такое! Выключить свет и почувствовать их где-то рядом? Я устала и хочу покоя.

– Тогда что вам нужно от Уильяма? – спросила я. Мои колени уже ныли от неудобной позы.

Джулия ответила не сразу:

– Прощения.

– За что? – безжалостно уточнил Джек.

– Мой отец не убивал Уильяма, – заявила Джулия, упрямо вскинув подбородок.

– Тогда покажите мне доказательство, – сказала я, медленно вставая. Джек взял меня за локоть, помогая подняться.

Я заметила на книжной полке за спиной у Джулии шкатулку, которую описал мне Джек. Взяв ее с полки, я вручила ее старушенции. Похоже, та уже смирилась и даже не спросила меня, откуда мне это известно.