Жажда золота - Айрис Джоансен

И несмотря на это, она никак не могла отвести взгляд от белых листов бумаги, лежавших на полу под дверью.

Картаук сидел на гранитной плите, закрыв глаза и прислонившись к каменной стене конюшни.

— Ты не занят? — Руэл широким шагом пересек внутренний двор. — Не могу припомнить, когда мне доводилось видеть тебя таким расслабленным.

— Я только что закончил обжигать одну фигуру. Сейчас она охлаждается. — Картаук открыл глаза. — Маргарет сказала, что ты собираешься пригласить меня в Циннидар. Это весьма любезно с твоей стороны.

— Именно об этом я и пришел поговорить с тобой. Ты мне нужен, Картаук.

— Я всем нужен.

— Всем нужна твоя работа. А мне требуется твое знание и понимание характера Абдара.

— Три года я жил спокойно, забыв о том, что этот подлец существует на свете. И теперь ты хочешь снова увезти меня туда, где ему не составит труда добраться до меня.

— Циннидар принадлежит мне. И если Абдар попытается отнять его, то я вправе поступить с ним, как с любым другим захватчиком. — Руэл мрачно улыбнулся. — И я нисколько не буду раскаиваться, если отобью у него охоту совать ко мне нос во второй раз.

— Я могу подождать, пока ты избавишься от него навсегда.

— Имея союзника, который знает повадки этого хищника, мне будет легче справиться с ним.

Картаук покачал головой.

— Совать ему голову прямо в пасть? Разумно ли это?

— Во дворце уже приготовлена для тебя роскошная мастерская.

— Я привык работать здесь.

— Имея дело только с деревом и глиной? В лучшем случае — с медью. А там у тебя будет золото. Каждому истинному махарадже нужен свой собственный мастер. И я собираюсь пережить Абдара.

Картаук изучающе смотрел в глаза Руэлу.

— И все же ты сам понимаешь, что риск достаточно велик.

— Да, — честно признался Руэл.

— И ты выделишь столько золота, сколько мне понадобится для работы?

Руэл помолчал.

— В пределах разумного. Золотые двери я могу себе позволить. Но если ты вздумаешь сделать из золота целый поезд…

В глазах Картаука промелькнули озорные огоньки.

— Я постараюсь умерить свой аппетит. Возможно, я ограничусь одним паровозом. — Он поднялся и повернулся к конюшне. — А сейчас мне пора возращаться. Я должен закончить то, что начал.

— Так ты едешь?

— Как я могу устоять против соблазна сделать золотой паровоз? — улыбнулся Картаук.

— Нет, Руэл. — Йен пытался придать своему тону твердость. — Об этом даже нечего и думать. Я не могу оставить Гленкларен.

— Полгода — небольшой срок. Я не собираюсь оставлять тебя на острове навсегда. — Он понизил голос и заговорил еще более проникновенно: — Подумай о Маргарет. Неужели ты собираешься оставить ее вдовой после всего, что она для тебя сделала?

Йен сжал губы.

— Иной раз мне кажется, что это было бы самым лучшим подарком, какой я мог бы для нее сделать.

— Значит, ты совершенно не знаешь и не понимаешь Маргарет. Она так любит тебя. И ей так хочется, чтобы ты жил.

Йен вздохнул.

— Я знаю. Бедная женщина.

— Она не чувствует к себе жалости.

Йен внезапно вспыхнул.

— Да, не чувствует. Выйти замуж за калеку, который, возможно, никогда не сможет подарить ей ребенка.

— В этом тебя убедил доктор?

Йен пожал плечами.

— Нет. Напротив, он уверял, что Маргарет сможет зачать от меня. Но вот прошло уже два года…

— Это не такой уж большой срок.

— Для меня — целая жизнь, — резко ответил Йен.

Руэл сжал губы.

— Последнюю зиму ты болел не переставая. Как только ты снова окрепнешь…

— Возможно, — горько улыбнулся Йен. — Но, боюсь, моим единственным чадом останется все-таки Гленкларен. Ты очень много сделал для него. Видимо, я страшно неблагодарный человек…

— Мне не нужна твоя благодарность. Я хочу, чтобы ты поехал со мной на Циннидар. Тамошнее солнце поможет тебе окрепнуть.

Йен надолго погрузился в молчание. Наконец он поднял голову и ответил:

— Я подумаю.

— Хорошо, — отозвался Руэл, вставая. — А теперь отдохни. Наш разговор дался тебе нелегко. Я попрошу Маргарет, чтобы она принесла тебе ужин.

— Нет, я не хочу…

Но дверь за Руэлом уже закрылась. Йен устало откинулся на подушки. Мудрый Руэл отгадал то, в чем он не хотел признаться даже самому себе: ему не хватало силы бороться с искушением. Далекий свет, явившийся ему однажды в забытьи, все сильнее и сильнее манил его к себе. Иногда он снился ему, и Йен просыпался ночью, чувствуя досаду и тоску, что этот золотой свет, дарующий вечное успокоение, снова ускользнул во мрак. Он изо всех сил скрывал от Маргарет эту досаду и тоску.

Но и прекрасная, сильная, заботливая Маргарет тоже начинала время от времени растворяться на фоне этого манящего сияния.

Но если Господь Бог посылает ему Руэла, значит, он знает, что делает. И надо подчиниться его воле.

Циннидар… Даже название звучало странно и непривычно для его уха. Как же должна выглядеть эта экзотическая страна? И что сулит ему приезд туда — смерть или в самом деле возрождение?

Руэл нашел Маргарет в кабинете за столом, где она делала записи в книге прихода и расхода.

— Кажется, мне удалось сломить его упорство. Думаю, если ты сейчас поднимешься наверх, тебе удастся завершить то, что я начал.

Маргарет закрыла книгу.

— Не думала, что у тебя получится.

— Тебе удалось найти кого-нибудь, кому ты сможешь передать дела на время вашего отсутствия?

— Из Эдинбургского университета недавно вернулся сын викария Тимоти Друммонд. Это способный осмотрительный человек, не наделенный большим воображением, зато умеющий аккуратно вести дела.

— Тогда скажи об этом Йену. Он относится к Глен-кларену, как к ребенку, — медленно проговорил Руэл. — Кажется, он потерял надежду, что вы сможете родить своего.

— Все его мысли заняты только этим, — дрогнувшим голосом сказала Маргарет. — Он ни о чем другом не может говорить. Но этого не случится.

— Йен сослался на доктора…

— Я уговорила его солгать Йену. Иначе он бы никогда не женился на мне.

— И никакой надежды нет?

— Почти. Господь иной раз творит чудеса. Но будет лучше не надеяться на чудо.