Музыка Гебридов - Елена Барлоу

Этим утром, едва возвратившись в Финнаг, Халсторн откланялся и сказал, что должен отвезти капитана О’Нилла назад, в гавань, где тот остановился на время в комнате таверны. Будучи слишком взволнованной произошедшим, Амелия не успела толком поблагодарить старика, как тот, пожав мальчику руку и пожелав ему удачи, покинул замок.

Ребёнка тут же доверили штату прислуги. Изумлённая Магдалена, бросив на мальчика лишь один беглый взгляд, тут же разрыдалась, не сдержав эмоций, и распорядилась приготовить для него спальню наверху, поближе к комнатам Амелии. Она сама, словно ни жива, ни мертва, разглядывала младшего брата, будто тот был чудным созданием. Ни обратиться к нему, ни прикоснуться ещё раз она почему-то не могла. Неожиданно она осознала, как её одолевает страх.

Новый, доселе неизвестный и невесомый, как утренний туман на болотах. Мальчик тоже молчал, оказавшись в непривычно шумном и заботливом окружении. Единственное, о чём попросил перед тем, как Клодетт начала раздевать его – это немного еды и место, где можно было бы отоспаться.

– Он показался мне таким неживым, таким странным и далёким, и всё же, едва я его увидела, я поняла, что это Джон, – произнесла Амелия полушёпотом, когда Элизабет Дарнли подошла к ней. – Словно он с того света вернулся.

– Господь милостив! – кивнула экономка с улыбкой. – Самое главное сейчас – помочь вашему брату освоиться, вернуться к нормальной жизни. Мы окружим его такой заботой, что он непременно забудет обо всех прежних бедах, мадам.

Амелия улыбнулась, но без радости. Ей всё ещё было тревожно. Когда Дарнли с беспокойством поинтересовалась, в порядке ли хозяйка, Амелия ответила, устало вздохнув:

– Я боюсь заговорить с ним, представляете? И я боюсь не его, а саму себя, ведь я чужая для него. Он меня не знает, не доверяет пока. Но, верите или нет, мне кажется, будто я любила его всю свою жизнь.

– Вы же его сестра, мадам. Этого будет достаточно.

Амелия поблагодарила экономку и попросила распорядиться на кухне, чтобы за ужином на столе обязательно было что-нибудь сладкое. Дарнли ушла, а она осталась наблюдать, как Магда хлопотала вокруг ванны, пока Клодетт подливала успокаивающего ароматного настоя. Мальчик в это время самостоятельно намыливал голову и окунался в горячую воду, несмотря на то, что Магдалена просила его успокоиться и отдохнуть. Амелия улыбалась, вспоминая, как много лет назад Магда купала её саму. Она всегда плескалась и визжала, когда служанка пыталась расчесать её мокрые волосы.

В комнате стоял терпкий запах апельсинов и полевых цветов, и некоторое время Амелия ещё стояла возле портьеры, затем, поборов смущение и неуверенность, подошла ближе и встала на колени возле ванны. Мальчик утёр лицо руками и взглянул на неё. Такой внимательный и строгий взгляд, совершенно не подходящий этому красивому ребёнку. Но Амелии было всё равно. Протянув руку, она смахнула пальцем пару капель с его щеки и задумчиво произнесла:

– Однажды ты мне всё-всё расскажешь. Где ты был, с кем, и что увидел. Как только будешь готов, ты можешь мне всё рассказать. А я тебя выслушаю.

Она прикоснулась к его мокрой шевелюре, и, к её удивлению, мальчик неуверенно улыбнулся. Возможно, он считал, что при неярком освещении она этого не заметит. Тут же где-то над ними прозвучал горький всхлип Магды:

– Ах, вы и не представляете, как же я рада! Только посмотрите на него, моя милая. Он так похож на вашу матушку, да благословит Господь её вечную душу! Те же тёмные волосы и голубые глаза. А вы – точно ваш отец…

– Да, у него удивительные глаза, – заметила Амелия вслух, и смущённый ребёнок отвёл взгляд. – Как чистое небо без единого облака.

– Чистое небо и нам бы не помешало! Столько дней на этих проклятых островах ни единого лучика солнца! Всё здесь такое серое и угрюмое. Ну ничего, дорогие мои! Совсем скоро мы устроим грандиозный переезд, хоть и не в родные Хайленд, но всё же лучше, чем чахнуть здесь…

Магдалена ещё долго причитала из-за отвратительной погоды, но ни Амелии, ни её брату эта болтовня была не интересна. Уже позже, ближе к ночи, когда мальчика уложили спать, Амелия лежала рядом с ним поверх одеяла, пока Магдалена занималась вышивкой, сидя в глубоком кресле возле окна. Амелия до сих пор не верила своему счастью. Она даже удивилась, когда мальчик спросил, не знает ли она какой-нибудь колыбельной. И тогда постепенно ей вспомнилась короткая старинная баллада из Хайленд, которую когда-то давно ей напевала перед сном няня.

Голос её звучал ровно и плавно, и до того это был сокровенный и прелестный момент, что даже впечатлительная Магдалена отложила своё вязание и прислушалась:

«Там, высоко, среди гор и скал, Отыщешь ты то, что так долго искал. Когда ветер вдруг принесёт голос мой, Тогда, наконец, ты вернёшься домой».

Она очень осторожно убрала прядку тёмных волос со лба мальчика и вздохнула. Он оказался таким красивым, её младший братик. И он совершенно отличается от образа того Джона МакДональда, которого она порой пыталась представить. Если бы тогда, после восстания, она смогла вернуться за ним, сейчас всё могло быть по-иному. Но судьба распорядилась иначе.

– Моя милая, вам бы и самой не помешало отдохнуть, – заметила Магда полушёпотом. – Целый день вы над ним порхаете, едва дыша. Больше он никуда не пропадёт, уверяю вас.

Амелия на её слова только улыбнулась. Мальчик уже спал, а ей засыпать совсем не хотелось.

– Вы с него глаз не сводите с той секунды, как только увидели, – произнесла женщина. – Вы так славно смотритесь вместе!

– Я не могу отвести от него глаз, Магдалена. Он такой красивый. И такой взрослый. Я совсем ничего о нём не знаю, но чувствую, что уже люблю его больше жизни.

– И всё же это просто поразительная история! Этот славный старый капитан – настоящий герой! Очень жаль, что он не мог добраться до нас раньше, и ему пришлось скитаться с мальчиком, чёрт знает, где.

– Как рассказал господин Халсторн, капитан О’Нилл вынужден был бежать за море из-за гонения, которое устроил якобитам король, – Амелия вздохнула и заговорила ещё тише. – Он был напуган, что горные кланы узнают о маленьком Джоне, ведь он наследник своего отца, и пожелают отомстить, устроив третье восстание во имя нашей семьи. Тогда герцог Камберлендский не оставил бы в Хайленд камня на камне. Капитан О’Нилл сделал всё, что было в его силах. Я бесконечно ему благодарна.

– А ещё это именно ваш муж обеспечил ему и мальчику безопасное возвращение, – напомнила Магдалена с укором. – Мне кажется, вы должны отблагодарить его за то, что он отыскал вашего брата и привёз сюда.

– Тише, я и сама это знаю!

Разумеется, нянька была права, как никогда. И, конечно, Амелия хотела быть благодарной. Томас совершил для неё невозможное, из-за этого она навсегда у него в долгу. Однако от подобных мыслей становилось только тяжелее, ведь время шло, и Диомар со своей командой готовились к большому путешествию. Вот так, засыпая рядом с воскресшим братом, Амелия ломала голову над тем, как поступить.