Мой сводный идеал - Елена Попова

Я провалилась в сон около одиннадцати, и он встретил меня кошмаром. Мне приснился тот страшный вечер в клубе. Я снова стояла в туалетной кабинке и отбивалась от Трояна. Его руки задирали мне платье, грубо трогали за грудь, сильные пальцы сжимали шею, губы впивались в мою кожу, оставляя засосы, во сне я слышала треск своих колготок.

А потом раздался крик, но не Полины, а… Тимура. Дверь кабинки распахнулась, и я увидела его у раковин, со сжатыми кулаками. Картинка резко сменилась, и вот уже Тимур сидел на коленях, удушенный моими колготками, его лицо было синим, он жадно глотал воздух, а за его спиной стоял Троян и пристально смотрел на меня, точно так же, как сегодня в коридоре, с прищуром и склоненной набок головой.

Я проснулась в холодном поту и села на кровати, обхватив голову руками. От резкого движения в голове зашумело, и мне понадобилось около минуты, чтобы привести себя в чувство. А потом я отправилась в ванную и сунула голову под холодную воду, чтобы прийти в себя от кошмара. Стояла, вцепившись руками в ванную и глядя, как с моих волос струилась вода.

― Это просто сон… Просто кошмар… ― твердила я в полголоса. ― С ним ничего не случится. Все будет хорошо.

Не знаю, что переклинило внутри меня в ту минуту, но мне безумно захотелось увидеть Тимура. Хотя бы просто одним глазком, чтобы убедиться, что с ним все в порядке, а потом вернуться в свою комнату и забраться под теплое одеяло.

Я вытерла голову полотенцем и, выйдя из ванной, как мышь прокралась по коридору к комнате Тимура. Папа остался сегодня в больнице, поэтому было нисколечко не страшно, что он заметит меня.

От холода зубы отбивали чечетку, я с головы до ног покрылась мурашками. Приоткрыв дверь в комнату, я на цыпочках прошла до его кровати и взглянула на него. Свет фонаря светил прямо в его окно, и мне были хорошо видны его очертания. Тимур спал сном младенца, отвернувшись к стене. Одеяло сползло до ягодиц, обнажив его прекрасную, мускулистую спину, в другом конце кровати лежали боксерские перчатки и белая футболка, в которой он вчера был в кафе. На столе стоял пустой графин, а у кровати ― стакан с водой.

Я убедилась, что с Тимуром все в порядке и снова встав на цыпочки, пошла к двери, но вдруг что-то острое пронзило большой палец левой ноги, и я, зажав рот ладонью, запрыгала на одной ноге по комнате, пытаясь найти, за что можно ухватиться и… повалилась прямо к Тимуру на кровать.

Он резко сел, громко матюгнулся и схватил меня за запястье, сжимая его до боли.

― Тимур, это я, Тася, ― сказала я, быстро дыша.

― Ты что здесь делаешь? ― заморгал он, ослабляя пальцы.

― Мне приснился дурной сон про тебя. Просто ужасный и очень страшный. Я… я так испугалась, что решила проверить тебя, ―  скороговоркой говорила я. ― Прости, что разбудила.

Тима помолчал несколько секунд, а потом рассмеялся.

―М-да… И что же тебе приснилось? ― выпрямившись, спросил он. ― Как я краду с твоего пирожного вишни?

― Что? ― хохотнула я. ― При чем тут вишни?

― Ну, ты с такой жадностью накинулась на них вчера.

― Дурак, ― я хлопнула его по плечу и рассмеялась. ― Сон правда был ужасный. И вишен там даже близко не было.

― И ты от страха пришла ко мне в комнату и прыгнула в мою кровать? Ну, что ж, давай, забирайся, ― Тима пододвинулся к стенке.

― Да не прыгала я! Наступила на что-то острое и упала.

― На острое? Вот черт! ― Тима слез с кровати, прошел по комнате и, включив свет, как ищейка заводил взглядом по полу. ― Вроде все пропылесосил…

― Ты что-то разбил?

― Угу… ― внимательно глядя на пол, промычал он.

А я, пользуясь случаем, скользила глазами по его крепкому телу, по сонному лицу, по взъерошенным волосам. С трудом отвела взгляд, провела пальцем по тому месту, где почувствовала «укол» и быстро нашла осколок. Он был крохотным, размером не больше миллиметра и так плотно засел под кожу, что пальцами точно будет не вытащить.

― Ну-ка покажи, ― Тимур посветил телефонным фонариком на палец моей ноги. ― У тебя пинцет есть?

― Есть, ― кивнула я.

― А где лежит?

― В косметичке. А косметичка на подоконнике.

Тимур вышел из комнаты, а через пару минут вернулся с моей косметичкой, ватными дисками, бутылочкой перекиси водорода и… запахом ментола.

«Он что, заскочил в ванную почистить зубы?» ― хохотнула я про себя.

А потом заметила, что и волосы его стали слегка мокрыми и уложенными на пробор.

«Ох, ночной покоритель сердец!» ― глядя на него, улыбнулась я, пока он старательно вытаскивал осколок.

― Готово! ― подмигнул Тима, и приложил к пальцу диск, смоченный перекисью, а в другой диск ― убрал осколок.

― Из тебя вышел бы отличный хирург! ― восхитилась я.

― Ты тоже молодец, даже не пикнула, ― улыбнулся он, глядя на меня исподлобья и убирая пинцет в косметичку.

Я вспомнила, как станцевала на одной ноге, когда наступила на осколок, и как всем телом рухнула на его кровать и, упав лицом в подушку, рассмеялась.

― Ну вот, так-то лучше, ― встав с кровати, сказал он и выключил свет.

А затем вернулся в кровать и лег рядом со мной, накрыв нас одеялом.

― Ты сегодня спишь со мной, ― решительно заявил Тима, поворачиваясь ко мне лицом. ― Я буду отгонят от тебя кошмары, ― и в темноте мелькнула его игривая улыбка.

Я снова вспомнила про сон, о котором так здорово было забыть, и мое тело обнесло мурашками.

Картинка, как Тимур сидел на коленях с синим лицом и колготками, обмотанными вокруг шеи, теперь стояла перед глазами и пугала меня до дрожи.

― Ты ведь точно решил вопрос с Трояном? ― шепнула я.

―Точно, ― прошептал он.

― И он тебя понял?

― Понял. Не переживай.

― И он ничего тебе не сделает?

― Кому? Мне? ― усмехнулся Тима и снова понизил голос. ― Ну… если у