Демон внутри меня — 2 - Лана Мейер

Ладно, плевать. Я никогда не стану одной из них. У нас с Каем все будет по-другому, у нас изначально все иначе.

Мероприятия? Подумаешь. Такая мелочь. Лишь бы он оставался моим Каем. На ближайшее время у меня была назначена встреча с Дианой, и я очень хотела посоветоваться с ней перед тем, как в лоб спросить у Кая о его реальном состоянии.

Сначала я жутко нервничала, бесцельно плутая по мраморному полу на высоченных и неудобных каблуках. Мочки ушей оттягивали серьги, увешанные драгоценными камнями — с утра до обеда я сидела в кресле у визажиста и парикмахера. Слуги крутились вокруг меня как пчелки и наводили красоту.

Мне стало намного спокойнее только тогда, когда Кай официально представил меня Барту, Стелле и Трою — конечно, мы были уже «знакомы», но всем своим видом и не только он дал понять каждому присутствующему в зале, что я его женщина.

Кай был похож на зверя, который постоянно на страже своих владений. Все время на чеку — следит и наблюдает за мной, то и дело отбивая от меня шакалов в лице других мужчин.

Я познакомилась с одной девушкой на вечере, которая показалась мне более-менее живой и непосредственной среди этого разнообразия жертв пластических хирургов. Илона — девушка из России, невеста одного из директоров компании «Stone Industries». Она показалась напуганной и напоминала мне саму себя из прошлого. Я не удержалась, подошла к ней, и мы разговорились.

Я сразу поняла, что с русской что-то не так: она слишком дерганная, слишком… сломленная. Шестым чувством я ощущала, что ее жених — некий мистер Спрейнберри, одного поля ягода со Стоунэмом. Но лезть в душу к девушке я не стала, а просто с интересом расспрашивала ее о родной стране. Илона была родом из Российской глубинки. Там, где она родилась, температура зимой опускается ниже тридцати градусов.

Я была приятно удивлена: даже в этой клетке из гиен и облезлых рысей я, кажется, могу найти себе «подружку», что меня очень порадовало. И лишь краем глаза я начала замечать, что Кай проводит слишком много времени с…

Брук Маккартни.

Так, успокойся, Лейла. Не будь неуверенной в себе, ревнивой овцой.

После всех его слов и обещаний, поцелуев, и шепота на ушко…

После неудержимых стонов… полу-касаний, от которых колеют нервы…

После того, как мы начал возводить фундамент чего-то крепкого и настоящего?… Опять?

Неужели у меня еще есть какие-то сомнения?! Черт возьми, он купил мне кольцо… он просто общается с ней. ПО работе или по старой дружбе.

Не более.

«И сколько еще таких баб по работе будет в его жизни, а» — злорадство внутреннего голоса никогда не знает пределов.

Не замечали?

Брук Маккартни излучала приятную энергию легкости и непосредственности, женственности. Я не сомневалась в том, что она может действительно нравиться Каю. Светлые волосы, огромные круглые глаза и улыбка, что заражает своей детской наивностью. На таких мужики и клюют, и я как никто другой знала об этом, потому что частенько строила из себя такого же ребенка.

Но, несмотря на всю эту видимую невинность, я начинала ненавидеть эту сучку просто потому, что она дышит с Каем одним воздухом.

Не трогай. ОН МОЙ.

— С тобой все в порядке? — Илона видимо заметила, как я позеленела от ревности, и отвлекла меня новым рассказом о своем детстве. Кай отошел от Брук, и все встало на круги своя. Ревность отступила…

Как же мне быть? Я винила его за одержимую любовь, а сама… люблю его также. Безумно. Хочу, чтобы он всецело принадлежал мне, и в то же время наслаждаюсь болью ревности. Мазохистка.

Диана была права. Я выбираю боль. И то изнасилование… наш с Каем «первый раз». Сейчас я еще больше убеждаюсь в том, что если бы он вот так бесцеремонно не нагнул меня и не взял сзади, я бы нашла способ убежать и избежать акта.

И так было бы всегда и со всеми мужчинами, но и на меня нашлась «управа». Чтобы вывести мою душу из состояния пустоты, меня нужно было, как это ужасно не звучало, сломать… и Каю это удалось.

— Дамы и Господа, я рад приветствовать всех вас на этом замечательном вечере, — Барт обратился ко всем присутствующим. Солидный и опасный мужчина, в глазах которого плескалось равнодушие к жизни и… остатки прошлого безумия. Он говорил что-то о том, как ему приятно видеть своих друзей и партнеров, с которыми он провел много лет плечом к плечу, а потом перешел к словам о внуке. Я не слушала болтовню Барта, просто смотрела на любимого.

И готова смотреть вечно.

Кай стоял спокойно. Лицо его не выражало никаких эмоций, но я научилась видеть даже сквозь эту «официальную» маску. Я чувствовала его на расстоянии.

И знала, что почему-то он волнуется, несмотря на внешнее благородное хладнокровие.

Какой же он все-таки… статный. Породистый.

А кто я? Наверное, уже неважно. Он выбрал меня, а я его. Люди из параллельных миров, нашедшие друг друга. Так было суждено.

— Пользуясь случаем, мой внук хочет сделать небольшое объявление, — с неким недовольством произнес Барт. Видно было, что новость от Кая он знал, и его от нее коробило.

— Да. Хотел бы сделать, — Кай загадочно улыбнулся, найдя в толпе меня. Уголки моих губ дернулись, на что он прищурил веки. — Может, моя семья не самая идеальная на свете, — он перевел взгляд на Ханну Стоунэм — женщина сидела за столиком. Белая и пустая, как чистый лист бумаги. Сухой бумаги. Рядом с ней мужчина — как я поняла, ее доктор и три телохранителя. Глаза женщины были зеркалом, неотражающим реальность. Думаю, она даже не слышала слов своего сына… а нет. Женщина слабо улыбнулась, и я продолжила слушать Кая.

— Не самая полноценная. Как вы знаете, я рос без отца. Но я благодарен семье и тебе, Барт, за то, что ты доверил мне компанию, за то, что дал преумножить плоды твоего труда и наших предков. И конечно бы я хотел передать компанию сыну в недалеком будущем, — я закусила губу, сердцебиение стало нечеловечески быстрым. Сыну? О чем он? — Я бы хотел, чтобы мои дети — наследники нашей империи, росли в полноценной семье. И для начала эту семью следовало бы создать. Что я и намерен