Когда мечты сбываются - Кэти Максвелл

— Эта женщина говорит, что хорошо знает тебя, — сказал Пирс. Он стоял, опершись рукой о полированную столешницу, и смотрел на нее в ожидании ответа.

Иден не подала руки мадам Индрени.

— Это правда, — призналась она.

Сделав два шага, он отступил назад. Его лицо было похоже на каменную маску.

— Как вы узнали, что я здесь? — повернувшись к мадам Индрени, спросила Иден.

Мадам улыбнулась.

— Меня разыскал лорд Пенхоллоу, — ответила она. — Он специально нанял для этого человека.

Повернувшись к мужу, Иден удивленно посмотрела на него.

— Это правда, милорд? — спросила она.

— Помнишь, ты как-то упомянула ее имя? — вопросом на вопрос ответил Пирс. Его голос звучал резко и зло. — Я послал человека на ее поиски.

Иден покачала головой.

— Я забыла об этом, — сказала она. — Это было так давно.

— Иден, ты говорила, что эта женщина — твоя учительница, — напомнил Пирс. — Почему ты прячешься от нее?

— Да, cher, почему ты прячешься от меня? — повторила мадам, передразнивая его. — А ты рассказала ему, чему я тебя учила? — спросила она и вновь улыбнулась.

Иден была в отчаянии. Повернувшись к мужу, она умоляюще произнесла:

— Пирс, позволь мне поговорить с ней наедине. Мы должны обсудить одно дело, и потом все опять будет по-прежнему.

— Дело? — нахмурившись, спросил Пирс и посмотрел на мадам Индрени. — Какие дела у вас могут быть с моей женой?

Мадам удивленно уставилась на него, решив, что просто ослышалась, а потом, оправившись от изумления, звонко расхохоталась.

Назим не смеялся. Он медленно поднялся с кресла.

— Так ты замужняя женщина? — закричал он, посмотрев на Иден.

Не дожидаясь ее ответа, он повернулся к Гади и разразился потоком ругательств на арабском языке. Лицо Гади вытянулось от удивления, а потом, посмотрев на Иден, он побагровел от гнева и с угрожающим видом двинулся к ней.

Пирс встал между Иден и арабом, а Ферт, повинуясь приказу мадам, крепко сжал рукой саблю Гади, чтобы тот не смог вытащить оружие из ножен.

Назим что-то сказал Гади по-арабски, и тот успокоился. После этого, повернувшись к мадам Индрени, спросил:

— Значит, эта девица уже не девственница?

— Какого черта! — гневно воскликнул Пирс, но Иден сжала его руку. Он повернулся к ней. В ее глазах застыла немая мольба. Она просила его сохранять спокойствие.

Мадам окинула Пирса внимательным, изучающим взглядом. Щеки Иден покрылись ярким румянцем, и она отпустила руку Пирса.

— Я думаю, что уже нет, — ответила мадам на вопрос Назима.

— В таком случае, мадам Индрени, вы, наверное, понимаете, что Ибн-Сибаху она больше не нужна, — заявил Назим. — Мы должны забрать его деньги. Султан заплатил их за девственницу.

— И он обязательно получит их, — заявила мадам. Она больше не смеялась. — Вам придется вернуться со мной в Лондон. У меня при себе нет такой суммы.

— Мы готовы. — Назим, усмехнувшись, что-то сказал Гади, и тот согласно кивнул в ответ. — Мы подождем вас в экипаже, — добавил он и, даже не посмотрев на Иден, вышел из комнаты. Гади последовал за ним.

Когда за ними закрылась дверь, мадам заговорила первой:

— У нас, похоже, появилась одна небольшая проблема. — Повернувшись, она холодно уставилась на Иден. — Интересно, как мы сможем ее разрешить?

Иден молчала. Однако от нее никто и не требовал ответа.

— Значит, ты теперь графиня, — мягким, спокойным голосом произнесла мадам. — Это просто поразительно. Однако я, честно говоря, всегда была уверена в том, что ты, cher, далеко пойдешь.

В следующее мгновение выражение лица мадам Индрени изменилось. Было видно, что она едва сдерживает гнев.

— Но что же мне теперь делать? — спросила она. — Я не хочу портить отношения с Ибн-Сибахом.

Мадам повернулась к Пирсу и медленно окинула его взглядом, начиная с начищенных до блеска сапог и заканчивая обрамленным черными волосами лицом, на котором гневно сверкали голубые глаза. Потерев пальцем нижнюю губу, она задумчиво произнесла: