Я приду с дождём - Юна Ким

* * *

Духи, побывавшие на Небесах, утверждали, что сад Ли Дуаль имел сходство с заснеженным полем, где по колено не увидеть собственных ног, а деревья нежными цветками осыпались дважды-трижды в год – на лунное затмение.

Купол переливался перламутром, как громадная теплица, но соткан был не из стекла и пластика, а из энергии. Прозрачная крыша была не только на шестом уровне Небес, и везде одинаково ясно просматривались звезды.

Хён и Юнхо сидели на лавочке в том самом саду, возле деревянной арочной двери в кабинет Ли Дуаль. Братья смотрели в бесконечную даль, жевали вишню и сплевывали вниз косточки, рассуждая о том, куда они деваются. Ботинки были свалены в кучку, а облака приятно щекотали ступни.

– Как в детстве, – улыбнулся Юнхо. – Только ты не болеешь простудой и не просишь отдать тебе всю вишню.

Расстегнутая рубашка брюнета приятно продувалась, и он изредка касался места, где оставил шрам Меч Палача Преисподней. Со слов Ли Дуаль, это оружие способно убить духа, и жемчужина не излечила бы его. Раньше дракон не боялся смерти, как ее не боятся дети. Но теперь вздрагивал, представляя, что был на волоске от нее. Признать свое несовершенство не так уж легко.

– Ты все еще хочешь стать человеком? – спросил он Хёна.

– Да… – ответил тот, но это «да» прозвучало не столь браво, как прежде. – Я иду по жизни как по канату. Но не смог бы поступить так, как ты. Наверное, поэтому Минна выбрала тебя.

Юнхо позавидовал такому открытому выражению мыслей.

Завершив какие-то дела, Ли Дуаль тоже вышла из кабинета в сад. Подобрав полы лиловой юбки, цепляющейся за облака, пожилая женщина уперла руки в бока и долго отчитывала племянников, надрывая глотку скрипучим голосом.

– Я отдувалась перед Небесами за Хёна! – Она повернулась к Юнхо. – Но ты! Он чем думал ты, кидаясь в драку с Палачом Преисподней? А заключая с ним сделку?

– Не разобравшись в ситуации, ты отправила прошение Небесам и Преисподней, чтобы он убил Минну.

– Я испугалась, что Небеса казнят вас, как вашего отца! Вот только убить Минну Палач Смерти, как выяснилось, не может!

– В каком смысле?

– История этого кумихо такова, что лет триста назад он попросил Ан Минджуна вычеркнуть его из реестра, а в обмен отдал свою лисью бусину. Так вот, менбусин, в свою очередь, зачем-то передал ее Со Минне. Я говорю о черном шарике – подвеске. И пока лисья бусина у девчонки, кумихо не может причинить ей боль. Не знаю, чего добивается Ан Минджун, но он всегда на шаг впереди меня.

Когда Ли Дуаль вдоволь накричалась, несостоявшиеся правители переместились в мир смертных.

– Как она могла запретить мне появляться на Небесах? – повторял Хён, поднимаясь к дому Ли Кангиля. – Я ее племянник!

– Ты лишился этого права, когда выбрал жить здесь. Сегодня ты мог погибнуть, и тетя хочет отвести от тебя беду. Побудь в стороне от нашего мира.

Хёна настолько ошарашило заявление Ли Дуаль, что он позабыл обо всем на свете и ушел осмысливать жизнь в свою комнату. Рана Юнхо еще тянула, и он валился с ног, но перед сном зашел проведать Минну. Она спала крепко, хоть и не выпила отвар Ён Сихвана – его, задумавшись о чем-то, случайно выхлебал Юнхо.

Посреди ночи Минна проснулась от вибрации телефона. Спросонья она подумала, что звонит мама – другого сумасшедшего абонента, желающего поговорить в это время суток, она не знала. Чтобы не разбудить Юнхо девушка вышла в коридор и приняла вызов незнакомого номера.

– Со Минна, наконец-то мы поболтаем, – ответил сиплый мужской голос.

– Я же сказала, меня не интересуют ваши услуги!

Девушка раздраженно сбросила, но через секунду получила сообщение: «Твоя подружка Джиён передает привет. Хочешь послушать?» Сон как рукой сняло. Она ощущала, что бултыхнулась в ледяную прорубь за наживкой и вот-вот захлебнется от паники. Когда абонент перезвонил, из динамика раздался плач и истеричное мычание подруги, а незнакомец переспросил:

– Убедилась?

– Это вы преследуете моего брата? Сколько денег он должен? Я принесу… сколько угодно…

– Ты в принципе глупая или только спросонья? Деньги мне не нужны, не трать попусту энергию жемчужины – я жду тебя. Если не хочешь, чтобы твоя подружка пострадала, приходи по адресу, который я скину в сообщении. А своего защитника, Ли Юнхо, лучше оставь в неведении.

– Отпустите Джиён! Она непричастна!

– Джиён – гарантия того, что ты не наделаешь глупостей. Не придешь – навещу мамочку и тетю.

Из-за нарастающей дрожи в руках Минна чуть не выронила телефон. Ей предстоял выбор, но глубоко внутри она уже его сделала. Девушка не выпила отвар, который приготовил для нее Ён Сихван, зато Юнхо выхлебал полчашки, поэтому спал как убитый и не почувствовал опасность. Все, на что надеялась Минна, покидая дом в одиночку, так это ее приобретенная сила, которая проявлялась в стрессовые ситуации вместе с чешуей.

* * *

Поутру в доме случился переполох. Ён Сихван, Хён и Юнхо собрались на диване в холле, и айдол вслух зачитал записку, оставленную Минной у его двери.

– Что значит «спасибо за все»? – возмущался он, тряся бумажкой перед носом брата. – Кто так пишет предсмертные послания? Она же фанатка номер один!

– Наконец дойдет, что нет… А это было вложено в мою руку. Обнаружил, когда проснулся. – Юнхо развернул свою записку и процитировал: – «Спасибо за спокойный сон. Пожалуйста, не ищи меня. Если я не вернусь к вечеру, сотри меня из памяти моей семьи и других людей».

– Спокойный сон? У вас что-то было? Когда?

На ругань спустилась заспанная Юри. Продирая ресницы и поправляя длинную сорочку, она мелкими шажками проскакала до середины лестницы и перегнулась через перила.

– Пожар? Мы горим? А где Со Минна?

Все утопили взгляд в пол, и только Хён проорал:

– Ушла ночью и оставила прощальные записки! – Он ударил кулаком о стену и скорчился от боли. – Моя сила уходит! Нас четверо, как мы могли упустить человека?

– Я не чувствую жемчужину, – сказал Юнхо.

– Конечно, спал как младенец! Ты хоть каплю переживаешь?

– Это мое упущение, – встрял Ён Сихван. – Отвар предназначался Со Минне. Он нейтрализует эмоции и мешает «ловить сигнал» жемчужины.

– При худшем исходе я сотру Тэхёну память, – обязалась Юри.

– «Худшем исходе»? Нет, я не могу это слушать! – Хён за руку стащил кумихо с лестницы и бросил на диван между Юнхо и шаманом. – Прижмем лису!

Все трое сверлили Юри вопрошающим взглядом, пока та не сдалась.

– Хорошо-хорошо! Я плохо сплю на убывающую луну! И