Все время мира - Сара Пурпура

Всегда думала, что мне так плохо из-за бесчувственности родителей. Затем появился Дезмонд, и с ним я поняла, каково это – быть счастливой. Потому что чувствую себя любимой. Беззаветно любимой.

Я не хочу потерять его, но боюсь, что Брайан найдет способ, чтобы все разрушить. Ведь счастье неуловимо, и, возможно, его заслуживает только тот, кто сумеет удержать.

Я обхватываю себя руками. Озноб пробирает меня до самого сердца.

Откуда это ужасное предчувствие?

33

Дезмонд

Она навсегда останется самым первым моим поцелуем, даже если до нее были другие.

– Зачем ты притащил меня на пикник на этот паршивый луг? Если я замараю джинсы, мать меня прибьет! – Зак делает вид, что злится, и с недовольным видом сбрасывает травинки, прилипшие к его новым джинсам. – Блин, какая жарища! Я уже весь вспотел.

– А еще здесь миллио-о-о-ны букашек, которые только и ждут, чтобы залезть тебе под майку и высосать всю-ю-ю твою кровь, – смеюсь я над ним.

– Да иди ты, Дез!

Мой друг прислоняется к тенистому дереву и принимается за свой сэндвич.

– Итак… – произносит он с набитым ртом.

Я вытащил его обедать на открытом воздухе, потому что боялся встретить Анаис в столовой. У меня не вышло бы сдержать свое обещание, и я поцеловал бы ее на глазах у всех. Сегодня утром я уже едва не сделал так.

Боже, как же мне хочется закричать на весь мир, что я люблю ее!

– Ты забрался к ней в постель, Дез. Ну ты и придурок.

– Зак… – предупреждающе тяну я.

– Не отрицай!

Он выкидывает остатки своего обеда и тычет в меня пальцем.

– Ты сдурел, Дез? Она никогда не бросит Майлса. Почему ты позволяешь ей играть тобой?

– Она не играет. Это сложная задачка, но она пообещала мне, что бросит этого болвана. Ей лишь нужно немного времени.

Зак подсаживается ко мне поближе и уже не беспокоится за свои джинсы.

– Ты сильно рискуешь из-за нее. Когда Керперы узнают обо всем, они откажутся усыновлять тебя, ты ведь понимаешь это?

– Да.

– Ты псих, – Зак недоуменно качает головой. – Ладно, она так красива, что захватывает дух, но ты можешь получить любую девушку, какую захочешь, Дез. Ты пойдешь в колледж, а там знаешь сколько их будет?

Он неопределенно взмахивает руками.

– Что такого особенного в Анаис? Подумай об этом!

Ох, я столько раз думал об этом. Я провел бессонные ночи, чтобы уловить ее дыхание, задерживая свое собственное.

Мой взгляд, который ищет ее, наши бессловесные разговоры, понимание друг друга и эту физическую потребность всегда чувствовать ее рядом никак нельзя объяснить.

Всему этому нет рационального объяснения. Существует только любовь, которую я испытываю к Анаис. И ничего этого не случилось бы со мной, если бы Анаис не была особенной. Я не стал бы растрачивать себя в надежде прожить нашу историю в лучах солнца.

– Ладно. Хватит говорить о девчонках, – Зак поворачивается ко мне и скрещивает ноги. – Если меня примут, мы отправимся с тобой в один колледж, Дезмонд Вэрд.

– Ты серьезно? – улыбаюсь я.

– Серьезен, как инфаркт.

Зак уже намекал мне на это, но когда я отправлял запрос в Калифорнийский университет Лос-Анджелеса, то думал, что он нацелился на Университет Сан-Диего.

Будет идеально, если в Калифорнийский отправится и Анаис, как она и говорила. Я оказался бы там со своей девушкой и лучшим другом. А через год к нам присоединился бы еще и Брейден.

Лос-Анджелес. Я мог бы протянуть ей руку помощи. Не хочу, чтобы она поменяла свои планы, в Калифорнийском наверняка будет подходящий для нее курс. Поищу-ка в интернете.

– Что ты делаешь? – Зак кивает на мой смартфон.

– Хочу посмотреть, есть ли в Калифорнийском универе направления, которые подходят Анаис.

Зак недовольно фыркает и падает на траву.

– А ты не слишком спешишь, дружище? Это же чертов колледж! Ты потеряешь миллионы лет своей жизни, если свяжешь себя с одной-единственной девушкой. Ты ведь не серьезно?

Я откладываю телефон в сторону и растягиваюсь рядом с ним, подкладывая руку себе под голову.

Затем глубоко вздыхаю и устремляю взгляд на небо.

– С тобой когда-нибудь было такое, что ты смотришь кому-то в глаза и понимаешь, что оказался дома?

Он молчит, не соглашаясь и не отрицая, поэтому я продолжаю:

– Со мной такое случилось. И как бы я ни хотел сбежать, в ней я нашел убежище, и отказаться от него чертовски сложно.

Обычно Заку всегда есть что сказать в ответ, однако на этот раз он погрузился в молчание, и так здорово, что я могу выразить свои эмоции. Этой возможностью я и пользуюсь.

– Ты никогда не любил, Захария.

– Черт возьми, конечно, нет! – ужаснувшись, восклицает он.

Момент передышки закончен.

– Я тоже, – отзываюсь я. – И не был любим. Никогда. Я убедил себя, что не заслуживаю этого, и стал вести себя как сволочь, потому что только так я мог объяснять себе, почему ни одна семья не хотела меня забрать.

Каждый раз, когда я вспоминаю то время, у меня перехватывает дыхание, но я не хочу, чтобы что-то разрушило ощущения, которые я испытываю сейчас.

– Я не плакал на похоронах родителей. Веришь? Эти кретины выжгли во мне все эмоции, и я не смог выдавить из себя ни единой слезинки возле их гробов.

Зак уставился своими темными глазами на меня. Они блестят, и если бы мне требовалось еще одно доказательство его привязанности ко мне, этого взгляда бы хватило.

– Годами я жил, словно мне вкололи обезболивающее, чтобы не чувствовать ничего, однако с Анаис я почувствовал себя так, будто проснулся. Она делает меня счастливым, и я готов отправиться в самое невероятное путешествие в моей жизни. Разве это так уж неправильно?

Кадык Зака дергается.

– Нет, дружище. В этом нет ничего неправильного. Только… будь настороже. Не знаю, смогу ли я вылечить разбитое сердце.

Мне становится немного не по себе, и я срываю травинку и начинаю поигрывать ею.

В моей жизни было немного положительных эмоций, но этот малец с обезоруживающей легкостью сумел найти брешь в моей броне. Если бы Зака не было рядом, вероятно, я бы сейчас здесь не сидел.

– Ты хороший друг, Кларсон, – произношу я.

Некоторое время он молчит, а затем приподнимается на локтях и протирает свои очки. Он растроган и не может этого скрыть.

– Ты тоже, Вэрд. А теперь идем на урок, где ты сможешь повстречаться со своей красавицей.

Я приподнимаюсь с травы.