Надменный лорд - Гэлен Фоули

— Да, верно, — подтвердил Сатерленд. — Многие уже направились в колонии. Теперь нужны те, кто отправится в Бельгию. Ты понимаешь, о чем я? — Сатерленд тронул друга за плечо. — Уинтерли, мы возвращаемся на войну!

Граф замер, потрясенный этим известием.

— Ты поедешь с нами в Лондон, чтобы вернуться в полк? — спросил Макхью.

Деймиен покачал головой.

— Нет! — выкрикнул он в ярости. Друзья смотрели на него в изумлении.

— Нет! — повторил Деймиен; сердце его бешено колотилось. — Взгляните на этот дом! Взгляните сюда! И сюда! — Он указал на Миранду, прогуливавшуюся неподалеку среди цветущих деревьев. — Я не поеду.

Офицеры молча переглянулись, потом снова уставились на Деймиена.

— Я только начал новую жизнь, — пробормотал граф. — Я недавно женился, и у нас может появиться ребенок. У меня множество забот. Я наконец-то обрел покой.

— Да, конечно, милорд, — проговорил Макхью, стараясь не смотреть на Деймиена.

Сатерленд взглянул на своего друга-шотландца, затем спросил:

— Что же нам сказать вашим людям, полковник?

— Не знаю, — проворчал Деймиен.

— Они ждут вас, полковник, вы их командир.

— Это меня не касается. Я и так пролил слишком много крови за британскую корону. Пусть Веллингтон назначит на мое место кого-нибудь другого.

Сатерленд снова посмотрел на шотландца. Тот пожал плечами и проговорил:

— Что ж, так и скажем ему.

Деймиен потупился. Он прекрасно понимал, что поступает как эгоист. Немного помедлив, граф взглянул на друзей и пробормотал:

— Возможно, я отправлюсь в Лондон попозже. Сейчас слишком много дел.

Сатерленд молча кивнул и отдал Деймиену честь. Мак-хью же смотрел на друга с немым укором.

«Проклятие, — думал Деймиен, — это не должно было случиться…»

Тут офицеры повернулись и направились к своим лошадям. Вскочив в седла, оба оглянулись и посмотрели на друга; было очевидно, что они не ожидали отказа. Деймиен закрыл глаза, он чувствовал, что хрупкий мир безоблачного счастья, который он построил для себя, вот-вот рухнет.

Наполеон возвращался. И если он вновь придет к власти во Франции, то все, за что боролись и умирали его друзья, все, за что было отдано столько жизней, — все это напрасно.

— Черт побери, они не успокоятся, пока я жив, — пробормотал Деймиен вполголоса. И тут же крикнул: — Стойте!

Офицеры снова обернулись.

— Стойте, я передумал!

Деймиен смотрел на друзей, сгорая от стыда и чувства вины.

— Ждите в городе! — прокричал он. — Соберем всех и посмотрим, что за отряды сформированы. Надеюсь, мы сможем быстро с ним покончить.

Друзья радостно улыбнулись.

— Да, полковник! — крикнули они в один голос. Макхью хлестнул свою лошадь и подъехал к графу.

— Все как в добрые старые времена, Уинтерли!

— Надеюсь, что нет, — проворчал тот.

Деймиен понимал, что уже сделал выбор и вскоре снопа окажется на войне. Он окинул взглядом особняк и ближайшую рощу, и его охватила неизъяснимая тоска. Эта земля так нуждалась в его присутствии, а он вновь покидал Бейли-Хаус.

Минуту спустя его друзья уже скрылись за деревьями, и он повернулся к Миранде. Она прогуливалась по аллее, и в ее темных волосах виднелись белые лепестки, осыпавшиеся с ветвей. Перехватив его взгляд, она улыбнулась. Он вздохнул и направился прямо к ней.

Увидев Деймиена, Миранда сделала несколько шагов ему навстречу и остановилась ожидая, когда он приблизится к ней. Ветер теребил подол ее платья и растрепал волосы, но день был ясный, и солнце все сильнее припекало.

Тут муж наконец-то подошел к ней, и она, указав на ближайшие деревья, сказала:

— Давай устроим здесь беседку и будем в ней принимать гостей. Мне кажется, это самое уютное место на свете.

Деймиен ответил ей улыбкой, и эта улыбка озарила его лицо, уже покрывшееся весенним загаром. Теперь граф одевался совсем просто — на нем были кожаные бриджи, рубашка и короткая кожаная куртка. И здесь ему приходилось надевать высокие сапоги — чтобы можно было ходить по топкой болотистой почве в окрестностях поместья.

— Мы можем разместить там скамейки и стол, — продолжала Миранда. — И повесим на ветвях светильники. Что ты на это скажешь?

— Почему ты без плаща?

— Мне жарко. И потом, у меня крепкое здоровье. — Она внимательно посмотрела на него и вдруг спросила: — Деймиен, что случилось?

Он снял перчатки и сунул их в карман куртки. Миранда взяла его за руку и пристально взглянула ему в глаза.

— Деймиен, так что же случилось?

Он выдержал ее взгляд. Затем посмотрел в сторону реки.

— Макхью и Сатерленд только что были здесь… — Он внезапно умолк, и сердце Миранды сжалось; она поняла: случилось что-то ужасное.

— Так почему же они не остались на ужин? Деймиен, что произошло?

— Они очень торопились.

— Торопились?

— Да.

— Зачем же они приезжали?

Он посмотрел на нее с невыразимой тоской в глазах.

— Они привезли известия из Лондона.

— Какие? — прошептала она. — Это плохие известия? Деймиен кивнул:

— Очень.

— Но что же случилось?

— Наполеон бежал с Эльбы. Он направляется в Париж. Веллингтон собирает армию…

— Нет! — Миранда вцепилась в рукав его куртки. — Нет, Деймиен, нет!

Собравшись с духом, он проговорил:

— Я должен ехать. Ты ведь знаешь, я нужен там.

— Ты нужен мне! — в отчаянии закричала Миранда. Деймиен обнял ее.

— Пойми, дорогая…

— Нет, ты не поедешь! Нет! Я запрещаю тебе, слышишь!

Он промолчал.

Миранда знала, что все ее просьбы бесполезны, знала, что муж уже принял решение. На глаза ее навернулись слезы, и она с дрожью в голосе проговорила:

— Деймиен, я не позволяю тебе это сделать! Я не хочу потерять мужа. Я все отдала, чтобы помочь тебе и спасти тебя, чтобы вернуть тебя к жизни. Поверь, если ты снова отправишься на войну, тебе уже ничто не поможет, я уже не смогу тебя спасти.

— Это моя собственная забота.

— Я — вот главная твоя забота! Я твоя жена, и я хочу, чтобы ты остался со мной!

— Я не могу отказаться, Миранда. Многие мои друзья погибли на предыдущей войне, и я не хочу, чтобы их смерть оказалась напрасной, не хочу, чтобы корсиканское чудовище снова уселось на трон.

— Он же сядет на французский трон! Какое тебе дело до этого? Франция — чужая страна…